Годы гроз
Шрифт:
— Они здесь!
Один из солдат Брона забежал в неф.
— Они здесь! — повторил он, и следом за ним в церковь хлынуло Возрождение.
— В круг! — закричал Бронвер, поднимая секиру. — Щиты поднять!
Враги окружили их со всех сторон. Кассандра, все еще опираясь на Бастиана, взяла Молнию и печально улыбнулась Дэнтону.
— Похоже, мы бы все равно не успели уйти, — сказала она. — Но лучше умереть вместе, разве нет?
— Пусть лучше хоть один из нас остался бы жив, — надевая рогатый шлем, ответил Моллард.
Сплошные ряды возрожденцев сомкнулись
Вперед вышел невысокий человек в свободном грязно-желтом одеянии. Волосы на голове были обриты, на щеках белели густые бакенбарды. Посох в его руках гулко стучал о камни. На верхушке посоха золотилась молния в незаконченном круге. Следом за ним вышли Тигрица и еще один человек, прятавший лицо под капюшоном. Походка последнего показалась Дэну знакомой.
Дэнтон протиснулся через стену щитов и вышел навстречу.
Человек с посохом кивнул, глядя на него. Под крючковатым носом расцвела улыбка.
— Инквизитор Моллард, — сказал он. Его голос был глубоким и мягким, как бархат. — Я ждал встречи с вами. Меня зовут Дэлуин Грейн.
Дэн молчал, глядя на его теплую, почти отеческую улыбку.
— Настало пора свершиться тому, что должно, — сказал Дэлуин.
Он воздел руки и посох. Ряды Возрождения зашевелились.
— Приветствуйте потерянного короля! — во всю мощь объявил Грейн.
Воины Возрождения все до единого упали на колено перед Моллардом, пальцами касаясь земли. Наступила долгая, звенящяя тишина.
Грейн поднялся первым и поманил Дэнтона к себе:
— Идемте, ваше величество. Вам многое предстоит узнать.
Глава девятая: Так будет
I
Где-то в Дар-Миноре
Подарок, который тебя обрадует
Щелкнул пальцами перед лицом девчонки. Шлепнул по щеке. Она не дрогнула. Глаза были пусты, почти как у мертвой.
— Эй, девка, — Оглан снова дал ей слабую пощечину.
— Она в оцепенении, — Ама возникла за спиной. — Ты слышал, что она кричала напоследок? Похоже, она любила того юношу.
— Оглан убил его. Отомстил за руку, Гора и остальных, — в доказательство поднял окровавленный шлем. — Твой порошок помог.
— Солнечная пыль — могучая вещь, и опасная. Миреданцы перестали применять ее в бою, потому что ветру все равно, куда дуть.
Ама не отрывала взгляда от принцессы, а та была словно дышащая кукла. Даже не моргала.
— Бери ее, и пойдем.
Уже скоро, благодаря колдовскому пути, оказались возле дома ведьмы. Оглан вел принцессу за собой. Она покорно шла, хоть и еле переставляла ноги. Левую руку баюкала у груди — похоже, сломала, когда упала с лошади. Красивая была скотина, шкура как будто сверкала.
Ама провела их внутрь, по винтовой лестнице поднялись на последний этаж и оказались в комнате с колоннами и большим балконом. В центре комнаты находился круглый
алтарь, изрисованный потертыми знаками власти.— Положи ее туда.
Оглан перебросил Алину через плечо и уложил на алтарь. Ведьма закрыла принцессе глаза и что-то прошептала на ухо. Грудь девушки приподнялась, дыхание стала глубже и размереннее.
— Она уснула, — сказала Ама. — Идем. Время вручить тебе награду.
— Сколько волкаров ты привела?
— Ты все увидишь, дорогой. Пошли.
Они спустились в закопченный зал на первом этаже. Туда, где убили всех родных ведьмы. Несколько десятков волкаров стояли там. Увидев Оглана, они склонили приплюснутые головы.
— Я провела кое-какие ритуалы. Они должны слушаться лучше, чем прошлые.
— Хорошо. Их много.
— Это еще не всё.
— Да. Ведьма обещала лук и много стрел. Правда, теперь у Оглана только одна рука, и лук ему не нужен, — поднял культю и со злобой взглянул на нее.
— У меня есть подарок, который тебя обрадует, — улыбнулась ведьма.
Мы принесем ужас
Когда проснулся, над головой было ночное небо. Оглан понял, что лежит на балконе той комнаты, где оставил принцессу. Уснул в другом месте. Интересно, как крохотная ведьма перетащила его сюда?
Приподнялся, опершись на руки. Последнее, что помнил — Ама дала ему горький, противный отвар. После этого заснул. Голова еще немного кружилась.
Вдруг осознание ударило в голову. Оглан опирался на обе руки.
Посмотрел. Культи больше не было. Вместо нее — покрытая черной шестью лапа с длинными когтями. Лапа волкара. Две разные плоти переходили одна в другую так, словно всегда были вместе.
— Ты доволен?
Оглан вскочил и повернулся. Ведьма стояла в комнате возле пустого алтаря. Силы будто бы покинули ее — она потемнела и сгорбилась, и даже голос звучал как будто со смертного одра.
— Где принцесса?
— Отдыхает, — устало ответила Ама. — Ее ритуал был сложнее и занял гораздо больше дней, чем твой.
— Дней?!
— А ты думал, так легко пришить лапу и заставить ее работать, как следует?
Сжал и разжал пальцы. Они были слишком длинны, чтобы собраться в кулак. Но в самый раз для того, чтобы рвать.
— Ты просил тебя сделать волкаром. Я подумала, что разум лучше сохранить, а лапа будет в самый раз… И у меня есть для тебя еще кое-что. Или, вернее, кое-кто.
В темноте раздался стук когтей о пол, и на лунный свет вышел лохматый безухий пес.
— Гор… Ты оживила Гора!
Бросился и обнял его. Разрубленную шею соединяла металлическая нить, незаметная под шерстью. Гор был прежним — только холодным, как камень. Когда он лизнул Оглана в щеку, то показалось, что по лицу провели мокрой лягушкой.
— Голову срастить сложнее, чем руку, сил пришлось потратить в разы больше. Но ты заслужил.
Заглянул Гору в глаза. Что-то неуловимо изменилось в них. Не понимал, что именно, но восторг сменился непонятными чувствами.