Чтение онлайн

— Вы ведь не против примерить голубые плащи? — спросил Дэнтон у гвардейцев. — Цвет неба.

— Как прикажете, — ответил один из них. — Лишь бы граф Бальдер не узнал.

— Почему?

— Высечет за то, что предали герб.

— Это не предательство, а хитрость. Твой граф ценит ее.

Горожане искоса подглядывали на Молларда, не скрывая недовольства, а то и ненависти. Он глядел поверх них на взмокшего глашатая.

— Также, отныне из города запрещено вывозить золото и серебро, съестные припасы, включая живой скот, оружие, любые металлы, древесину, смолу

и масло…

Глашатай еще долго перечислял товары, многие из которых люди Рейнвиля раз в несколько недель отправляли Возрождению. В городе только одни ворота, на которых встанут новые голубые плащи и, быть может, Моллард хотя бы чуточку ослабит Грейна, прервав поставки. Деревни продолжат помогать ему, чем смогут, но Рейнвиль — большой город, сюда приезжают обозы со всей страны. Вчера Дэн узнал о скором прибытии купцов из Стоунгарда, везущих тысячу слитков стали. Он вынужден был отправить им навстречу пятьдесят конных с большей частью своего золота, чтобы сталь эта не досталась Возрождению.

И так невеликие силы приходилось распылять. Часть солдат Дэнтон отрядил в патрули, чтобы знать о том, что творится в округе. Гвардейцы Бальдера притворятся гвардейцами Черлинга и отправятся на охрану ворот и стен.

— Едем, — сказал Моллард, разворачивая Вихря. Глашатай заканчивал перечисление товаров. — Нечего мозолить людям глаза. Особенно вам. Отдохните сегодня. Когда стемнеет, отправитесь в поместье Черлинга. Вас будут ждать.

— И кому нам подчинятся?

— Дуну их гвардии.

— Вот незадача, — скорбно пробурчал гвардеец. — Я приносил клятву графу Бальдеру, потом оказался в инквизиции, а теперь буду служить графу Черлингу… И кто я теперь после этого?

Лотария

Альдеринг

Два строя с громким воплем сошлись, и началась бойня. Солдаты лупили друг друга деревянными булавами, и эта битва уже вполне походила на настоящую. Мальчики почти научились драться, как мужчины.

— Хорошо! — воскликнул Брон. — Левые, у вас строй прогнулся! Правые, наподдайте!

Одетые в полную амуницию — двуслойные стеганки, кольчуги, шлемы, панцири и поножи — молодые латники истекали потом. Один даже упал в обморок, не успев как следует подраться.

Схватка продолжалась недолго. Левый строй прогнулся окончательно, правый пробился им в фланг и задавил с двух сторон.

— Хватит, хватит! — воскликнул Брон. — Правые победили и получат пива в обед! Отдыхайте. Левые сегодня чистят конюшни.

Солдаты поплелись в казарму, горячо обсуждая тренировку. Двое поссорились, один толкнул другого и началась драка. Бронвер не стал останавливать — молодые, пускай побесятся. От сломанного носа или даже ребра жизнь только ярче.

Он прошел через переднюю залу замка, где слуги драили полы щетками, через пустующий зал для пиров, преодолел задрапированный серебряной и синей тканью коридор, и поднялся по винтовой лестнице в свои покои. Каждый раз поворачивая за угол, он надеялся

увидеть задорное веснушчатое личико. Но Загадка с той ночи не появлялась.

Близилось очередное новолуние, и Брон признался себе, что без девочки чувствует себя уже не так уверенно.

Загадка непростая, на то она и Загадка. Она знает и умеет делать необычные вещи. И несмотря на это, Бронвер был уверен, что Икелия, как она себя назвала, не колдунья. Он чувствовал это и не верил, что ведьма смогла бы обмануть его и всех вокруг. В глазах девчонки светилось добро, и этим она была похожа на принцессу Алину. Может, поэтому Брон так быстро доверился ей.

Интересно, как там принцесса и Лавеллет? Уже должны быть в Дримгарде — почти два месяца прошло с их с Моллардом отъезда.

Проклятый Моллард.

За прошедшее время Брон поуспокоился. Возможно, Дэнтон и правда не хотел его оскорбить. Обида никуда не ушла, но быть может, как инквизитор он поступил верно — оставил надежного человека в крепости, тренировать резерв, держать центральную Лотарию.

— Интересно, что там на севере, — буркнул Брон, заходя в покои.

Когда он ступил внутрь, раздался громкий щелчок, и Брон схватился за кинжал. Сердце чуть не выпрыгнуло из груди.

Клювогорн, сидя на спинке кровати, щелкнул снова и потешно вывернул шею.

— Арик, проклятая птица! На рагу пойти захотелось?

— Брон, — ответил клювогорн голосом Дэнтона. — Мне нужна твоя помощь в Рейнвиле. Ересь намного сильнее, чем мы думали. Они собрали армию в пятнадцать тысяч человек. Выезжай немедленно.

Арик закрыл желтый клюв, и тут же раскрыл снова:

— Стоило сразу поехать вместе.

Да уж, стоило, подумал Бронвер, хмурясь.

— Ты полетишь к хозяину или поедешь со мной, дурная курица?

— Курица! — словно эхо, повторил Арик.

— Смотри — договоришься.

— Дурная курица! — расправляя крылья, пробасил клювогорн.

Брон махнул рукой и раскрыл сундук с вещами.

* * *

За неделю пути дождь прошел только однажды — и то какой-то вялый, не лотарский. Если весна выдалась такой сухой и жаркой, каким будет лето?

Брон покинул земли Альдеринга и шел по владениям графа Линеда. Молодые солдаты стойко переносили путь, хотя из-за жары он был изнуряющим. Ну ничего, крестьяне, к солнцу привыкшие. Вьючным мулам, уныло бредшим в хвосте, приходилось куда хуже.

Старый рыцарь ехал с тяжелым сердцем. Загадка осталась где-то там, а может, пропала навсегда. Сначала ему не дали попрощаться с принцессой и бросили здесь, а теперь единственная отрада пропала. Алкоголь не в счет — с ним он почти перестал проводить время после того запоя.

К тому же, приближалось новолуние.

Суеверные солдаты попросили сойти с миреданского тракта — в новолуние он не светился, как при полной луне, но зато напротив, как будто источал темноту. Камни впитывали звездный свет, а если бы кто-то положил на дорогу факел, то не увидел бы его уже и с десяти шагов.