Чтение онлайн

— Однако вы — америец.

— Так уж вышло, — вздохнул Унна. — Я всегда ощущал себя тут чужим.

— Итак, вы послушались Грейна?

— Что я мог сделать? — повторил граф. — Пойти с сотней против народа? Возрождение стерло бы меня в порошок.

— И как обстоят дела теперь?

— А вот как, — Черлинг обвел рукой душные стены опочивальни. — В моем графстве не осталось ни одной церкви. Какие-то священники поверили Грейну, какие-то были изгнаны. В городе есть храм, но он почти пустует. Над теми, кто еще ходит туда, насмехаются все остальные.

— Большой

храм?

— Да, вполне. Но службы некому проводить — наш епископ недавно ушел вместе со всем клиром. Люди молятся так, как учат их проповедники Грейна. Под открытым небом, без всяких книг, «чистой молитвой», как они говорят, — Унна посмотрел на плотно закрытое окно. — Кажется, сквозняк, вы чувствуете?

— Вам бы не помешало тут проветрить, — скривился Дэнтон. — Сколько людей у Грейна?

— Вы имеете в виду армию? Разное говорят. Судя по всему, не меньше пятнадцати тысяч.

— Пятнадцать тысяч человек? — изумился Моллард. — Откуда?

— Из народа, — печально ответил Черлинг. — Его посланцы собирали в деревнях молодых парней. Уж не знаю, насколько они обучены, но их много, и они хорошо вооружены. Вместо офици… истинной церкви люди платят ему, кузнецы куют для него оружие, крестьяне выращивают для него рожь. Грейн уже давно стал богаче меня.

Дэнтон молчал, переваривая услышанное. Некий человек смог за считанные годы подчинить себе графство, не пролив при этом ни капли крови. Народ служит ему и верит. Он собрал армию — пускай из крестьян и ремесленников, но немалую. Такое количество войск не всегда мог выставить даже, например, Дримгард.

И Дэнтон хочет сражаться с ним, имея четыре сотни солдат.

— Что вы собираетесь делать, инквизитор? — проговорил Черлинг.

— Ваш дун, Гидеон. Он заодно с Грейном?

— Думаю, тот платит ему. Гидеон всегда брал взятки, — буднично ответил Унна.

Дэнтон уже понял, что этот человек — не правитель, а слизняк, но как можно столь наплевательски относится к своему долгу сюзерена?

— Вы должны были поддерживать в своих землях мир и порядок, — сказал он. — Если бы король узнал, что здесь происходит, он бы лично снес вашу больную голову.

Черлинг побледнел, приподнялся и погрозил Дэну пальцем.

— Не угрожайте мне, инквизитор! Я знаю свои права!

— Но вы забыли об обязанностях! — Дэнтон поднялся и навис над Черлингом. — Вашу власть просто-напросто забрали, а вы просто лежите тут и нюхаете соли?

— Я больной человек, — проблеял Унна. — Что я мог…

— Вы можете кое-что сейчас.

— Что вам нужно?

— Это нужно вам, если хотите вернуть свою власть. Как вы вообще живете?! Когда в последний раз осматривали владения?! Издавали указы?! Вы хотя бы собираете свою долю жатвы или она тоже достается Возрождению?!

Граф потупился.

— Я доверил это дуну Гидеону. Доля стала меньше, но я думал, виновны Годы гроз…

— Довольно, — Дэн приложил руку ко лбу. В провонявшей болезнью и лекарствами комнате, в диалоге с никчемным человеком мигрень атаковала исподтишка. — Издайте несколько указов, а я прослежу, чтобы они выполнялись. У вас есть писарь?

— Да,

конечно, — граф хлопнул в ладоши и слабым голосом приказал позвать писаря.

Дэнтон подошел и без спроса распахнул окно, полной грудью вдыхая свежий воздух.

— Пожалуйста, закройте, инквизитор! Я могу простудиться!

— Свежий воздух полезен, — буркнул Дэн.

Окно выходило на запущенный внутренний двор. Дорожки поросли травой, беседка покосилась. Кусты орешника и белая ива слишком разрослись. Зато из окна был прекрасный вид на голубые в дымке горы. Острые пики вонзались в облака, на вершине Седой свечи — высочайшей скалы в этой части гор — белел вечный снег.

Моллард не обращал внимания на стоны Черлинга и почти успокоился, когда дверь сзади распахнулась. Он обернулся, ожидая увидеть писаря, но вместо этого на пороге появился солдат с булавой наизготовку.

— Инквизитор, — сказал он. — На Рексена напали.

— Подите прочь!

— Собаки!

— Долой кальдийскую церковь!

Толпа горожан заполнила двор поместья. Десяток стражников стоял отдельно, не пытаясь навести порядок. Среди них возвышался дун Гидеон — он криво ухмылялся, сложив руки на груди.

Рексен стоял впереди, сжимая серебряное знамя. Меч в его руке был окровавлен, горожанин с разрубленным плечом, стеная, отходил к своим.

Вперед полетели камни и застучали по щитам солдат. Один камень врезался в шлем гвардейца Черлинга, он вскрикнул и обнажил короткий клинок.

— Назад! — прокричал он. — Это поместье графа!

— Граф предал нас! — крикнули из толпы.

— У него тут церковные псы!

Дэнтон достаточно насмотрелся. Он надел шлем и вышел вперед.

— Тихо! — велел он.

Но толпа закричала только громче.

— Они хотели забрать знамя, — сказал Рексен. — Я даже не подумал, инквизитор… Сразу выхватил меч. Мы послали за подмогой.

Дэнтон кивнул. Такой ответственный солдат не мог поступить по-другому. И он все сделал правильно.

— Дун Гидеон! — вскрикнул Моллард. — Почему вы допускаете бунт в своем городе?!

Судя по ухмылке дуна, он его и затеял.

— Немедля разгоните людей!

— Я не пойду против воли народа, инквизитор! — развел руками Гидеон.

— Противодействие Железной инквизиции карается казнью! — воскликнул Моллард и обнажил меч. — Если Низарет и светлейший король узнают, что здесь случилось, ваш город сравняют с землей!

Толпа не ответила, только заревела еще громче и двинулась вперед.

— К оружию! — раздался голос Кассандры.

Арик взлетел в небо и протрубил. Гидеон, скалясь, выхватил палаш.

Кэс во главе отряда появилась на улице перед поместьем. Солдаты загородили улицу стеной щитов.

— Строем вперед! — скомандовал Моллард.

Его солдаты двинулись на толпу. Горожане продолжали ругаться, но отступали. Они явно не были готовы к тому, что их зажмут в клещи.

— Люди Рейнвиля, послушайте меня! — раздался слабый голос из-за спины.