Глория
Шрифт:
— Сама по себе она и с места не сдвинется, — хихикнул Павел.
— Да не цепляйся ты к словам, — одёрнула его Алекс, — Ты же прекрасно понял, что я имела ввиду.
А в то время, пока они стояли и спорили, Макс поднял капсулу вверх и стал демонстрировать некоторые манёвры. Так сказать, всё то, на что она была способна. За пять секунд она разгонялась до триста тридцати километров в час. Капсула могла неподвижно зависать в воздухе на длительное время. При этом, движение МИТ-1 было абсолютно бесшумным. Но самое главное её преимущество над всей существующей на планете техникой, было продемонстрированно далее. Заметив цель, Макс развернул МИТ-1. Он потянул на себя нужный рычажок и две огромные пушки высунулись из гладкого блестящего корпуса капсулы. Одним движением большого пальца Басаргин открыл крышку, которая закрывала красную кнопку на верхушке рычага. Словно взвёл курок. Убедившись, что цель
— Похоже, смотрины прошли на ура.
— Что-то тебя это не радует. Или я не прав? — спросил Тигр.
— Да нет, просто…
Он не стал договаривать. Только тяжело вздохнул и отстегнул ремни безопасности. При выходе из капсулы их ждал полный восторг и ликование.
— Великолепно, друзья, — лицо царя озарила улыбка, — Она превзошла все мои ожидания.
А придворные, подняв ладони к Солнцу, только и повторяли:
— Вилоста, вилоста!
— Что они говорят? Какое-то не знакомое слово, — спросил Макс.
— Они прославляют вас, — довольно произнёс царь, — Это великий день для моего народа, для Архинона и всей нашей планеты. Я уверен, она повернёт ход войны в нашу пользу.
Клиос подошёл к капсуле и провел рукой по её поверхности. В ней он увидел своё отражение.
— Ну а теперь думаю, что самое время отпраздновать нашу победу.
Они выступили на рассвете. За штурвалом МИТ-1 был сам царь. Овладев за короткое время навыками управления этой «крошкой», он чувствовал себя уверенно, как никогда прежде. И в это утро он вёл свой народ в бой против самого ненавистного им и призираемого врага — Хетта. Мчась впереди полсотни новеньких не бывавших ещё в бою луфертад, МИТ-1 выглядела потрясающе величественно и, в то же время, угрожающе. Сливаясь со всем окружающим её миром, будучи неотъемлемой частью его, капсула несла смертельную угрозу всему живому, самой жизни. Одно понимание этого приводило в необъяснимый ужас и восторг. Именно эти чувства овладели молодым царём. Он ощущал в своих руках силу и мощь, какую его планета до сих пор не видела. Осознание того, что отныне равных ему по силе нет и вряд ли появятся, не могло теперь остановить его не перед чем. Клиос уже предвидел свою победу. Он мчался на невообразимой скорости к месту смертельной схватки. А его военачальники и генералы еле поспевали за ним на, хотя и новых, но отстающих по многим показателям, боевых капсулах — луфертадах.
На борту МИТ-1 вместе с царём находились земляне, за исключением Алекс. Она наотрез отказалась участвовать в этом «кровавом месиве». А Макс, Илья, Тигран и Павел не смогли избежать этой печальной участи. Им придётся стать свидетелями жестокой расправы. Они сидели за спиной царя на пассажирских местах и молчали. То ли от недовольства и нежелания во всём этом участвовать, то ли от того, что было слишком рано. А в такое время вряд ли кому-то взбредёт в голову болтать без умолку.
По правую сторону от царя сидел его верный и самый главный военачальник — Кериф. Он неустанно следил за полётом и был готов в любую минуту сменить царя за штурвалом. Но Клиос, окрылённый приближающимся триумфом, не собирался ни с кем делиться славой. Его цель на сегодня — провести операцию по освобождению, недавно захваченного врагом, города Гонатоса. Холодный, стальной блеск огромных серых глаз царя и подающаяся вперёд осанка говорили о готовности, или даже, о сильном желание поскорее прибыть к месту сражения.
И вот, спустя два часа после вылета МИТ-1 и других, еле плетущихся за ней луфертад, в дали показалась крепость города.
— Вот мы и на месте, — довольно произнёс Клиос, — А что же нас никто не встречает? Это даже как-то не вежливо. Не гостеприимно, что ли.
Но не успел он закончить свою мысль как из-за высокой каменной стены, что ограждала город от всего мира, стали вылетать луфертады противника. Они принялись обстреливать капсулу царя Клиоса. Но все их попытки были тщетны. Пуленепробиваемый корпус капсулы оставался неуязвим. А на агрессивный приём людей Хетта царь ответил сокрушительным огнём, который сметал
всё на своём пути. Один за одним падали луфертады противника на землю, разбиваясь и взрываясь там, внизу.Изумлённый Макс и его товарищи смотрели на всё происходящее из иллюминатора капсулы и ужасались. Вот уже они насчитали тридцать, да нет, сорок луфертад Хетта, что догорали внизу. И всё новые и новые капсулы вылетали из-за стены. И всё та же участь ждала их, что и прежних. Пятьдесят, шестьдесят луфертад уже лежала на земле. А МИТ-1 хоть бы что! Она беспрестанно метала огонь в противника. И царь, от охватившего его задора, беспощадно крушил всех и всё на своём пути. А остальные пятьдесят луфертад царской армии замерли в воздухе позади и, затаив дыхание, следили за этой бойней.
Но недооценивать противника было рано. Хитрые полководцы Хетта тоже были предусмотрительны. И хотя предвидеть такой «прыжок» в оснащении царской армии они не могли, зато со стратегией у них было всё в порядке. Не заметно для военачальников Клиоса и для него самого, с тыла, из самого центра небольшой деревушки под названием Цетра, стали вылетать луфертады армии Хетта. Они открыли огонь с тыла и стали громить царские луфертады, что выстроились позади МИТ-1. Слишком поздно сориентировались военачальники царя. Они перестроились и открыли огонь по противнику, когда уже большая половина их была уничтожена. Видя, что воины Хетта оказались хитрее, царь будто озверел. Ещё с большим, неистовым остервенением он расстреливал капсулы противника. Отбив защиту с переднего фланга и дождавшись, когда из-за стен Гонатоса перестали вылетать луфертады, Клиос развернул капсулы и переключился на истребление сил противника с тыла. Не выдержали напора МИТ-1 и эти корабли. Падали они на поверхность Клариона один за другим. Каким бы ни был прицельный обстрел капсулы царя, а ничего не могло её поразить.
Наступил момент, когда из окна МИТ-1 уже ничего не было видно. Дым от догорающих на земле луфертад застил всё в округе. Наконец, звуки от работающих пулемётов боевых капсул стихли. МИТ-1 неподвижно повисла в воздухе. Казалось, вокруг всё замерло. Вдалеке, метрах в тридцати показались луфертады царской армии. Они были из тех не многих капсул, которым посчастливилось остаться в воздухе, а не сгореть на земле. В живых их осталось меньше половины. Капсулы царской армии легко было отличить от луфертад противника по сине-серому цвету корпуса.
— Всё кончено? — тихо и, непривычно хмуро, спросил Макс.
— Нет, это пока только первый акт возмездия, — упиваясь победой, ответил Клиос.
Когда дым рассеялся, Басаргин и его друзья увидели весь ужас, который сотворило их изобретение. Но это были только цветочки.
На земле кое-где ещё дымились и догорали капсулы противника. И их было превеликое множество.
— Сколько осталось в живых наших кораблей, — спросил царь у Керифа.
— Из пятидесяти вылетевших с тобой, великий царь, из Арихона осталось всего семнадцать, — напряжённо, ожидая негодования правителя, ответил военачальник. Но эта новость вовсе не расстроила царя.
— Превосходно, — сказал Клиоса, осматривая высокую, белоснежную стену Гонатоса, — Теперь, когда силы врага повержены, мы можем восстановить правление в этих землях. Но для начала…
Он не договорил и направил капсулу в сторону города. Уцелевшие луфертады отправились за ним. То, что происходило дальше иначе как террором и назвать нельзя.
Пролетев над всем городом Клиос убедился в том, что сил врага в нём больше не осталось. Приземлившись в самом центре города, он вышел из капсулы. Боевые капсулы сделали то же самое. А военачальники и воины, что находились в них, поспешили к своему царю, дабы защитить правителя от любой, затаившейся в толпе горожан, угрозы. И вот, царь Клиос, окружённый щитом своей охраны, взошёл на помост. К этому времени в центре города собралось немало праздных зевак и толпы напуганных жителей города. Они с неистовым испугом смотрели на царя и мысленно готовились к самому худшему.
— Ну здравствуй, свободолюбивый народ Гонатоса, — поприветствовал собравшихся людей царь, — Отныне вы свободны от насильственной власти предателя.
— А разве кто-то просил освобождать нас? И от кого? — донеслось из толпы.
— Что? Кто это сказал? — закричал царь, всматриваясь в толпу, — Если у тебя хватит смелости, поднимись сюда и стань передо мною.
И вдруг, в самой гущи зевак стало происходить какое-то движение. А через минуту к помосту уже шёл щуплый, не высокого, относительно всех остальных кларианцев, роста старик. Он был весь седой, с длинной окладистой бородой и в бедняцкой одежде. На трясущихся ногах он поднялся на помост. Стоявшие у ступеней молодые люди помогли ему взобраться на верх. А девушка, что была с ними, пыталась отговорить старика. Но тот лишь грустно улыбнулся и покачал головой.