Глория
Шрифт:
— Ваше величество, с моей стороны было бы большим преступлением сказать вам, что я чем-то не довольна. Напротив, я и мои друзья бескрайне благодарны Вам за всю ту заботу, которой Вы окружаете нас, — Алекс аккуратно поставила свой бокал на столик и посмотрела на царя. В его глазах трудно было что-то прочесть. Они не выказывали ровным счётом ничего.
— И всё же, я знаю, что ты, в отличие от своих товарищей, не совсем довольна той работой, за которую они взялись с охотой и старанием. Разве я не прав?
Алекс понимала, в какую сторону клонит Клиос. Ей вдруг стало тяжело говорить, и она сделала ещё один глоток вина.
— Вы правы, Ваше величество, — ответила
— Это весьма похвально. И до недавнего времени я был тех же взглядов, что и ты, — не выпуская бокал из своих рук, царь встал со своего места и подошёл к балкону. Он стоял рядом с открытым окном и смотрел в даль. Не отрываясь от созерцания ночным пейзажем, он продолжил, — И, следуя за своими прежними убеждениями, я должен был уже давно сдаться Хетту, отдать ему трон, переданный мне моим отцом, предать свой народ и бросить его в рабство людям этого предателя. Но, и ты это сама поймёшь, к счастью для своей страны и народа, я оставил свои стремления к мирному существованию и всем сердцем желаю истребить это семя зла.
Царь развернулся к Алекс. Он хотел видеть её лицо. Но девушка старалась смотреть в сторону, время от времени пряча свои глаза. Тогда Клиос сел на своё прежнее место — как раз напротив Алекс и продолжил:
— Есть ещё кое-что. — Царь выдержал паузу. Сделал он это преднамеренно, чтобы подчеркнуть огромную значимость того, что хотел поведать далее своей ночной гостье. — Если случиться так, что Хетт захватит власть в свои руки и убьёт меня, будет нарушено равновесие. Кларион устремится навстречу Земле и тогда два мира будут разрушены. Я не могу этого допустить. Пусть и ценой войны.
Алекс с недоумением посмотрела на него. Всё что она услышала сейчас от царя слабо походило на правду.
— Но-о, как такое может быть?
— Это древняя магия. Она походит от царя Сиоза. Его жрецу Фавонну посланниками Бога была дана в руки великая сила, великий дар.
— Магия?
— Да. Платой за эту благодать Божью был мир, жизнь без насилия и страданий. И в благодарность за милость великую, Фавонн пообещал хранить её и наложил заклятие: если род царя прервётся и он не оставит после себя потомков, и сам он умрёт не своей смертью, а от руки врага — Кларион прекратит своё существование. Поэтому, жизнь царей на Кларионе всегда была святыней. Но сейчас моя жизнь, как единственного потомка царя Сиоза под угрозой и судьбы всех жителей Клариона и Земли соответственно.
Алекс смотрела на него круглыми глазами и не могла поверить услышанному.
— С самого первого дня, когда нога первого царя ступила на землю Клариона, его судьба так же, как и всех его потомков стала нераздельной с судьбой нашей планеты. Но и связь с Землёй, где зародилась наша цивилизация, осталась сильна. В наших летописях сказано: «Клариона и Земля — две части одного целого. Ни будет одного, не будет и другого. Великое равновесие нельзя нарушать».
— Но почему Вы ничего не рассказали нам раньше?
— Какая разница когда? Твои товарищи и так уже помогают нам. Но я хочу, чтобы ты тоже была не безучастна в нашей общей беде — беде Клариона и Земли.
Глаза царя сверкнули холодным огнём, и Алекс стало снова не по себе.
— Ваше величество, — осторожно проговорила она, — После всего, что вы поведали мне сейчас, я не могу понять одного.
— Спрашивай, — будто приказал он.
Алекс ещё немного помялась и, понимая, что отступать не куда,
сказала:— Если Вы последний из царского рода, почему же до сих пор Вы не обзавелись наследником. Ведь, риск для вашей и моей планеты очень велик?
Клиос посмотрел на неё, и едва заметная улыбка скользнула по его лицу.
— Наверное потому, что до этой самой минуты из всех женщин, что живут на Кларионе, я не смог найти себе жену. Ту, которая смогла бы разделить со мной и трон, и постель.
Царь встал со своего места и вплотную подошёл к девушке. Он взял ладонь Алекс в свою руку и прислонил её к своим устам. Круглыми, безумными глазами она смотрела на царя. Клиос стоял рядом и не выпускал её руки. Вокруг воцарилась тишина. Алекс хлопала глазами и не знала, что ему ответить на это. Но понимала: она должна достойно выйти из сложившейся ситуации.
— На вашей планете много красивых девушек и я уверена, что Вы, Ваше величество, обязательно найдёте среди них будущую царицу Клариона. А я и мои друзья будем только рады за Вас.
С этими словами она поклонилась Клиосу и добавила:
— А теперь я прошу прощение, потому что хочу удалиться в свою комнату.
— Как? Уже? — царь едва сдерживал своё негодование, вызванное отказом Алекс. Но, при этом, старался быть спокойным и не терять своё царское лицо.
— Семила обещала, что завтра мы с ней отправимся в зоологический сад. С самого утра. Поэтому мне нужно как следует отдохнуть и набраться сил. Спокойной ночи, Ваше величество, — спешно проговорила она и направилась к двери. Царь попытался её остановить, но это было весьма трудно. Даже для него.
— Что ж, будем считать, что наш разговор не окончен. Мы к нему ещё вернёмся, только позже. Когда ты будешь готова. А теперь ступай. Кериф проводит тебя обратно. И помни, — Клиос нахмурил брови и приподнял подбородок. Вид его был весьма суров, не то, что ещё пять минут назад. — Всё, что ты сегодня здесь услышала — чистая правда. И я очень хочу, чтобы в истории Клариона именно ты сыграла свою важную, главную роль.
Царь тогда и не знал, что его желанию суждено было исполниться.
Алекс ещё раз поклонилась царю и покинула его покои.
Следуя за военачальником по узким, гулким коридорам дворца, она снова и снова прокручивала в своей голове их с царём разговор: «Если всё, что он говорил правда, то обе планеты действительно в опасности. И, в таком случае, я за то, чтобы помогать им в их войне с Хеттом. Но, всё это как-то слабо похоже на правду. Хотя магию, которую мы видели в храме Заура, тоже с научной точки зрения не объяснишь». Она и не заметила, как Кериф подошёл к дверям её комнаты.
— Спокойной ночи, — учтиво пожелала ему Алекс.
— У нас говорят: «Калиторос паритум», что означает «Доброй встречи завтра», — ответил Кериф и, подождав, пока Алекс зайдёт к себе, поспешил покинуть восточное крыло.
Алекс же, повалилась на свою кровать и закрыла глаза. Рой мыслей кружил её голову: «И как же мне быть теперь? Нужно непременно рассказать обо всём Максу. Про наш разговор с царём он должен всё знать. И о его двусмысленных намёках тоже. Так, стоп! Если об этом узнает Макс, то он может наломать таких дров, что потом будет худо всем. Нет, об этом ему не нужно говорить. Да и потом, возможно никаких намёков с его стороны и не было вовсе. Возможно, мне показалось, и царь хотел сказать что-то другое. А я уже тут нафантазировала. Но, в любом случае, мне лучше держаться от него подальше или, вообще, избегать. Да, так и поступлю». На этой мысли она просто отключилась и проспала до самого утра, так и не сняв с себя халатик-накидку из блестящего рубинового шёлка.