Глория
Шрифт:
— Тогда, моё желание будет таким же. А двоим царь уж точно не откажет, — усмехнулся Илья.
— А я не понимаю, — возмутилась Алекс, — Вам что? И правда от этого легче станет?
— Определённо! — сказал Макс.
— Ребята, — вмешался Павел, — Месть — это конечно хорошо. Это, где-то даже приятно. Но вот меня не совсем устраивает формулировка «последнее желание»! Мне, надеюсь, как и многим здесь присутствующим, всё-таки хочется пожить. И, в связи с этим, предлагаю всё-таки придумать хоть какой-то план по спасению наших душ.
— Хорошо, предлагай Седой, — Макс вернулся к своему прежнему месту и сел на деревянную лавку. Он
— Давайте попробуем договориться с царём, — предложил Павел, — Показать, что мы ему ещё можем пригодиться.
— И что дальше? — спросил его Илья, — Ты собираешься дальше работать на этого узурпатора?
— Ну знаешь! Мне жить хочется! У меня мать на Земле осталась. И у неё кроме меня никого нет.
— Ты ещё попади на ту Землю! — Алекс возмутили слова Павла. Она даже прикрикнула на него, — Дурак! Он никогда и никого из нас не отпустит обратно! Зачем, скажи ты мне, ему это? Чтобы спустя время на его планету прилетели земляне и, чего доброго, захватили её?
— Я согласен с Алекс, — кивнул головой Илья, — Царь не хочет, чтобы о существовании Глории знали на Земле. Иначе, они не прятались бы, не создавали защиту от нас.
— Я не хочу быть рабом царя. Прислуживать ему я не стану, — сказал Тигран, как отрезал. — Как я вижу, единственный шанс сохранить нам наши жизни…
Тигран замолчал. Он повернулся к Семиле и, кивнул в сторону стражников, спросил:
— Они понимают, о чём мы говорим?
— Не знаю, — пожала она плечами, — Возможно.
На всякий случай, Тигран понизил тон, чтобы его не слышали стражники:
— На самом деле, выход я вижу только один: царя нужно устранить.
— То есть?! — переспросила Алекс. Конечно, она поняла, что именно предлагает Тигран. Но решила на всякий случай уточнить.
— Ты всё поняла правильно.
— И как ты это предлагаешь сделать? — спросил его Илья.
— Вот, над технической частью этого мероприятия нужно поразмыслить, — Тигран почесал затылок и обратился к Максу, — А ты что скажешь?
— Если тебя интересует моё мнение, то я против, — категорично ответил Басаргин, — И сейчас объясню почему. Во-первых, это технически невозможно сделать. Если ты или я причиним хоть малейший вред царю, его стража во главе с Керифом, нас сразу же разорвут на клочки. А во-вторых, ты же помнишь пророчество.
— Ты в серьёз в это веришь? — ухмыльнулся Тигран.
— Тигр, если эти сказки и пророчества правда, то погибнут две планеты. И мы с тобой, и наши друзья, понимаешь? Ты себе тогда это простишь? Я — нет.
— Макс… — начал было Тигран.
Но их разговор прервал один из стражников. Он подошёл к решётке и строго произнес одно лишь слово:
— Хатинорес!
— Чего он сказал? — тихо переспросил Макс.
— Замолчите, — перевела его слова Семила.
— Нам что? Нам и разговаривать запрещено? — возмутилась Алекс и подошла к решётке. Злобно глядя на стражника, она сложила на груди руки в замок и грозно сдвинула брови. Но столь угрожающая поза не вызвала страха у стражника. Он не отходил от решётки. Все почувствовали, что назревает конфликт.
— Алекс, — подошёл к ней Макс, — Успокойся, прошу тебя. Нам не нужны сейчас разборки.
Видя, что стражник стоит на своём и ей его не запугать, Алек отступила. Она медленно развернулась и пошла к лавке.
— Время уже позднее, поэтому
предлагаю ложиться спать, — сказал Макс.— Спать? — удивленно переспросила Алекс, — Да ты что? Это, возможно, последняя ночь в нашей жизни, а ты хочешь лечь спать? И всё?
Макс улыбнулся. Ему так нравилось наблюдать за Алекс, когда та злилась. А особенно, когда всё её негодование было обращено на него одного. Он медленно подошёл к ней и, положив свои ладони на её худенькие плечики, сказал:
— Мы все сильно устали. Как и другие, предыдущие дни на Глории, этот выдался трудным и богатым на события. Нужно поспать. Отдохнув, у нас больше будет шансов спастись, понимаешь?
— Понимаю я всё! Только заснуть здесь у меня вряд ли получиться, — с досадой проговорила она. — И потом, где здесь спать ты предлагаешь? Тут вон и сесть негде.
— Как это негде? — возразил ей Макс, — Вы с Семилой ложитесь на эти скамьи, а мы с ребятами лажем на пол. Вон в углу соломы целый тюк. Её подстелем и ляжем.
Так они и сделали. Алекс и Семила заняли обе лавки, а возле них, у самых опор легли ребята.
Не смотря на позднее время с улицы всё ещё доносились крики. Залпы оружия слышались где-то вдалеке. Жестоким террором окрасилась сегодняшняя ночь в Цэнаре. Люди Клиоса полностью захватили власть в городе. Империя Хетта пала. Выставляя напоказ своё великодушие, царь предложил всем, кто был на стороне его злейшего врага, помилование в обмен на службу. Службу ему. Но к его величайшему удивлению, таких перебежчиков оказалось крайне мало. Со всего пятитысячного войска, что находилось в Цэнаре, в услужение Клиосу согласились пойти лишь сто человек. Остальные же предпочли смерть, а не предательство.
«С нашим царём до конца!» — вот каким был ответ этих доблестных воинов. И царь с удовольствием исполнял их волю. Приговоры приводились в исполнение сразу и на месте. Кровь текла повсюду, окрашивая улицы, мостовые и площади военной столицы. В Цэнаре не проживали гражданские. Не было здесь мирного населения. Только военный люд, как оплот противостояния узурпирующему режиму царя Клиоса. К утру всё было закончено. За ночь люди царской армии, под руководством Керифа, уничтожили пятитысячное войско Хетта. Конечно же, потери были и со стороны царской армии. Воины хеттской армии были безгранично отважны. И живыми мало кто из них давался в руки воинов Керифа. Были и те, кто, видя перед собой лицо смерти, убивали сами себя, чтобы не становиться добычей луфаносов. Так воины Хетта прозвали царскую армию, что означало «стервятники». И всё же, по сравнению с хеттским войском, потери царской армии были не значительны. Капсула, сконструированная землянами, стала главным орудием расправы, мечом, косившим ряды хеттского войска с высоты.
Уже на рассвете, осматривая захваченный замок, Клиос призвал к себе Керифа. Своего военачальника царь встретил на самой высокой площадке замка там, куда приземлился луфертад с землянами.
— Какая прекрасная панорама открывается с этого места. Не правда ли? — начал свой разговор царь. Заведя руки за спину и сложив их в замок, он смотрел на Цэнару, погружённую во тьму и кровопролитие. Почти повсеместно горели большие костры, в которых сжигали тела убитых, а вернее, казнённых воинов. А в воздухе, над городом курсировали луфертады царской армии. Теперь большинство из них были собраны по образу и подобию МИТ-1, с тем же оснащением и функциями.