Чтение онлайн

Этот момент еще не настал, но он быстро приближался.

Эрагон был уверен, именно этот страх за их судьбу не давал спать по ночам Насуаде, и поэтому она появлялась все более и более изможденной каждое утро, с мешками под глазами и грустно улыбающаяся.

Трудности, с которыми они столкнулись в Драс-Леоне порадовали Эрагона тем, что Роран избежал проблем в Эроузе и усилили гордость и восхищение за своего двоюродного брата, захватившего южный город. "Он намного храбрее меня." Эрагон был твердо убежден, что когда Роран вернется – а если все будет хорошо, то это произойдет через несколько дней – то Эрагон обеспечит его охраной, хоть это

и не одобрит Насуада.

Он остановился, что бы дать пройти по дороге трем гномам. У гномов не было шлемов или знаков, но он точно знал, что они не принадлежали Дургмист Игнетиум, потому что их заплетённые бороды были украшены бусинами – мода не присуща Игнетиум. Предмет перебранки гномов был тайной для Эрагона – он не смог понять более пары слов этого гортанного языка – но очевидно разговор был очень важный, осуждаемый их громкими голосами, несдержанными жестами, острыми фразами, и их неспособностью заметить ни его, ни Сапфиру, стоящих на дороге.

Эрагон улыбнулся, когда они прошли, он счел их увлеченность разговором забавной, не смотря на очевидную серьезность темы. Армия гномов, возглавленная их новым королем Ориком, ставшая огромным облегчением для варденов, прибыла в Драс-Леону два дня назад. Это и победа Рорана в Эроузе – главные темы для разговоров в лагере. Гномы вдвое увеличили количество союзников варденов и теперь шансы варденов в захвате Урубаена и Гальбаторикса будут увеличены, если найдется благоприятное решение в тупике с Муртагом и Торном.

Пока Эрагон и Сапфира гуляли по лагерю, он заметил Катрину, сидящую снаружи палатки, он вязала одежду для своего будущего ребенка. Она поприветствовала его, подняв руку и крикнув: – Кузен!

Он мягко ответил, поскольку это вошло у него в привычку после свадьбы.

После того как он и Сапфира насладились неторопливым обедом, они удалились к участку мягкой освещенной солнцем травы,рядом с палаткой Эрагона. По приказу Насуады участок всегда оставляли открытым для Сапфиры – предписание которое вардены выполняли с религиозным рвением.

Там Сапфира свернулась калачиком, чтобы подремать на полуденном солнце, а Эрагон достал Домиа абр Вирда из седельных сумок, а потом забрался к ней под левое крыло, чтобы удобно устроиться в частично затененном углублении между изгибом ее шеи и мускулистой передней лапой. Свет, который просвечивал сквозь складки ее крыла и отражался от ее чешуек, окрашивал ее кожу в странный фиолетовый оттенок и покрывал страницы книги сетью сверкающих бликов, что существенно затрудняло чтение тонких, угловатых рун. Но он и не возражал, ведь удовольствие посидеть некоторое время рядом с Сапфирой было несравнимо ни с чем.

Они сидели вместе около часа или двух, до тех пор пока Сапфира не переварила свою еду, а Эрагон не устал от расшифровки запутанных текстов монаха Хесланта. Затем, заскучав, они бродили по лагерю, проверяя защиту и время от времени переговариваясь с часовыми, которые были размещены по периметру.

Около восточного края лагеря, где была расположена большая часть гномов, они столкнулись с гномом который сидел с засученными рукавами рядом с ведром воды. Его руки формировали шар грязи размером с кулак. Под ногами у него была лужа грязи и палки для размешивания.

Зрелище было настолько нелепо, что прошло несколько минут прежде, чем Эрагон понял, что этот гном был Орик.

– Дерундан, Эрагон… Сапфира, – сказал Орик не глядя.

– Дерундан, – поздоровался Эрагон, повторяя традиционное приветствие

гномов, и присел на корточки на другой стороне лужи. Он смотрел как Орик продолжал совершенствовать контуры шара, разглаживая его и придавая ему нужную форму с помощью большого пальца его правой руки. Время от времени Орик наклонялся вниз, брал полную ладонь сухой грязи и сыпал ее на желтоватый шар земли, а затем стряхивал излишки.

– Я никогда не думал, что увижу короля гномов сидящего на земле, играя в грязи как ребенок, – сказал Эрагон

Орик раздраженно подул на свои усы. – И я никогда не думал, что дракон и всадник будут глазеть на меня, пока я делаю Эрокнур.

– А что это такое – Эрокнур?

– Сардсвергундзмал.

– Сардвер…? – Эрагон не смог запомнить не то, что выговорить это слово. – И это…?

– То, что представляется ни тем,что есть на самом деле, – Орик поднял шар грязи.

– Как например это. Это камень, сделанный из земли. По крайней мере он будет так выглядеть, когда я закончу.

– Камень из земли… Это магия?

– Нет, это мое собственное мастерство. Ничего больше

Когда Орик не смог объяснить подробнее, Эрагон спросил: – Как это делается?

– Если ты терпелив, ты увидишь. Затем, через некоторое время, Орик смягчился и сказал. – Для начала ты должен найти какую-нибудь грязь.

– Трудная это задача.

Орик кинул на него взгляд из-под густых бровей. – Некоторые виды грязи лучше других. К примеру, из песка ничего не получится. В грязи должны содержаться частицы разного размера, чтобы все соединилось как надо. Кроме того в ней должно содержаться немного глины, как здесь. Но самое важное состоит в том, как я это делаю, – и он провел рукой по полоске голой земли между островками примятой травы, – должно быть в этой грязи много пыли. Видишь? – он поднял руку, показывая Эрагону слой мелкого порошка, оставшегося на его ладони.

– Почему это так важно?

– Ах, – сказал Орик и почесал свой нос, оставляя на нем белые мазки. Он опять начал крутить сферу в руках, поворачивая ее так, чтобы она оставалась симметричной. – Как только найдешь подходящую грязь, намочи ее и смешай как муку с водой, пока она не станет достаточно густой, – он кивком указал на бассейн у его ног. – Из грязи ты лепишь шар, прям как этот, видишь? Затем сжимаешь его как можно сильней, чтобы выжать из него все до последней капли. А потом пытаешься сделать шар идеально круглым. Когда он становится липким, делай как я, посыпь его грязью, чтобы вытянуть изнутри оставшуюся влагу. И продолжай в том же духе, пока шар не станет достаточно сухим, чтобы держать форму, но не настолько сухим, чтобы потрескаться.

– Мой Эрокнур почти готов. Когда я его доделаю, то отнесу к своей палатке и на некоторое время оставлю на солнце. Свет и тепло вытянут еще больше влаги из центра, и тогда я опять полью шар грязью и опять очищу его. После трех-четырех раз, поверхность моего Эрокнура будет прочнее, чем шкура Нагры.

– И все это только для того, чтобы получить шарик из сухой грязи? – озадаченно произнес Эрагон. Сапфира разделяла его мысли.

Орик зачерпнул очередную горсть грязи. – Нет, поскольку на этом все не заканчивается. На следующем этапе необходима пыль. Я беру ее и покрываю ей поверхность Эрокнура, чтобы образовалась тонкая, гладкая оболочка. Потом я оставлю шар в покое и подожду пока влага не просочится на поверхность, потом почищу, потом опять подожду, потом почищу, подожду и так далее.