Чтение онлайн

– Нельзя ль повежливее? – хмуро бросила Эллис, задержав руку на эфесе клинка.

– Я тебе не молокосос, сержант, – уставился на вояку пустыми глазницами Сол. – Успел повидать, как течет и вино, и кровь.

– Ты можешь быть опытней меня только в вопросах посмертной жизни, – нагло осклабился сержант. – Так что, пока у меня в жилах течет кровь, здесь командую я. А теперь, новобранец, скажи, у нас с тобой будут проблемы?

– Нет, сержант, – все еще недобро ухмыльнулся костяк.

– То-то же! Хватит на меня пялиться, хватайте мешки и живо в транспорт, пока все кактусами не поросли.

«На долгие уговоры времени уже нет, – Александр помедлил, глядя на Мидаса. – Придется ему решать прямо здесь

и сейчас».

– А ты чего примерз? Раздумал из города линять? – окликнул Аббас толстяка и, заметив удивленные лица, продолжил: – Не стройте из себя героев-добровольцев. Только безусые юнцы бегут записываться в надежде на сокровища и славу. Не знаю, чем вы удостоились благосклонности майора Текели, но он передал, что днем прибыл отряд Конфедерации с просьбой к халифу о помощи в поимке особо опасных преступников. И сиятельный владыка, конечно же, пойдет навстречу просьбам союзника. Не удивлюсь, если по какой-то невообразимой случайности эти преступники похожи на вас как две капли воды, так что решайте, стоит ли пытать счастья в городе. Транспорт уходит с вами или без вас.

Сержант легко вскочил на подножку и скрылся внутри автобуса.

– Конфедерации? – охнула Эллис. – А этим что мы сделали? Блин, Мидас, не знаю, что в действительности творится, но нам лучше оказаться как можно дальше от Аль-Хали. Я не стану тебя удерживать насильно, ты должен принять решение сам.

«А почему все решили, что ищут именно нас? Не таким способом я хотел стать популярным и известным».

Девушка грустно посмотрела на толстяка и поднялась в транспорт. Сол молча фыркнул, смерив Мидаса пустыми глазницами, и залез следом.

«А что бы на месте Мидаса сделал я? Вопя от счастья, побежал домой или продолжил путь?» – еще до Ардаса он сам, не раздумывая, выбрал бы первый вариант. Но та жизнь была бесконечно давно и далеко.

– Слушай, наш путь не назовешь легкой прогулкой, но назад дороги нет. Можешь попробовать затеряться в городе, надеясь, что одиночка не привлечет к себе внимания. Но один раз ты уже поставил на карту прежнюю жизнь, и не стоит отказываться на полпути. Иногда стоит спросить себя: а что, если получится? – Александр по-приятельски хлопнул толстяка по плечу. – Надеюсь, ты составишь нам компанию.

Заходя в транспорт, он не удивился, что Мидас двинулся следом.

Внутри царил легкий полумрак: свет проникал сквозь узкие щели, да тускло мерцали светильники под крышей салона. Рядами шли сиденья, вроде самолетных кресел, а за перегородкой находилась кабина. Везде, где можно было впихнуть хоть что-то, размещались разнообразные грузы и снаряжение.

Втиснувшись в неудобное сиденье рядом с костяком, Александр попробовал задремать, не обращая внимания на гул машины, тронувшейся с неторопливостью парового локомотива. Но спина чувствовала каждую выбоину и камень на дороге: наполненные газом шины еще не успели войти в моду.

Его попытки заснуть прервала внезапная остановка. Люк в корпусе откатился в сторону, пропуская смуглых парней, судя по ободранной экипировке, тоже только что вступивших в ряды легиона. Транспорт загрохотал дальше, не ожидая, пока рассядутся новоприбывшие.

В скором времени под колесами заскрипел песок, и тряска сменилась легким покачиванием. Передняя переборка сдвинулась, и из кабины вышагнул сержант.

Загрубевшим пальцем Аббас пересчитал по головам контингент.

– Э, а мы скоро на заставу-то припремся, а? – Продолжить новичок не успел, слетев на пол от мощной затрещины.

– Напоминаю в первый и последний раз: для вас я бог и царь в одном лице, и, когда кто-то захочет что-то вякнуть, он сначала спрашивает разрешение, усек? – проорал сержант. – Утром мы прибудем в соседний оазис пополнить запасы провизии, так что всем лечь спать, если хотите завтра передвигаться

быстрее черепах. Отбой.

Светильники погасли, и в транспорте стало совсем темно. Александр попытался устроиться поудобнее, что вряд ли было возможно на старых пружинах сиденья. Убаюканный пыхтением парового двигателя, он заснул.

К утру тело занемело, и он еле удержался на ногах, попробовав встать.

Судя по живописному виду – желтый песок, мелкий песок и просто песок, – вокруг раскинулись бесконечные просторы пустыни, кое-где вздымавшиеся холмами барханов. Поприветствовав товарищей, Александр выхлебал полфляжки воды и закусил не лезущим в горло сухим пайком.

«Ненавижу долгие перегоны, когда часами сидишь, маясь от безделья. Еще и сиденья рассчитаны на гоблинов или гномов. Еще одна причина завидовать костяку», – подумав, он решил прояснить пару давно интересовавших его вопросов.

– Народ, вот объясните пришельцу: я часто встречал в вашем мире развитые технологии, взять то же стрелковое вооружение или транспорт, а иногда единственным признаком цивилизации на многие километры будут ножницы.

«Некоторые южноамериканские племена тоже до сих пор не попали под блага цивилизации вроде налогов, адвокатов и правительства, прозябая в каменном веке. Но эти места находятся на задворках мира».

– Лет семьдесят назад самым сложным механизмом была ветряная мельница, – начал прислонившийся к переборке скелет. – А потом появился Орден. Их технологии развились совершенно внезапно, буквально за годы. Так-то инженеры давно уже сооружали всякие паровые двигатели и другие умные штуки, но применения они не находили, ведь есть же магия! Чародеи же веками совершенствовали волшебство, но больше пытаясь развивать заклинания, а не исследовать сам эфир. Главным оружием маги делали свой дар. Остальные же люди брали палку потяжелее и шли искать равных для драк. И никто до Ордена не пытался объединить магию и механизмы, науку и волшебство в одно целое. «Равенство для всех!», «Поставим под контроль необузданный эфир!». Эти лозунги до сих пор привлекают многих.

– Ага, а потом попали на костер те, кто не соизволил склонить голову перед черно-бело-красным штандартом, – мрачно добавила Эллис.

– Но согласись, если кто начнет поджигать крестьян огненными шарами на землях Ордена или строить мрачные замки с армиями скелетов, то вряд ли долго проживет, – возразил Сол.

– Орден сам сожжет тех же крестьян, если заподозрит незаконную волшбу, – отрезала девушка.

– Эй, эй, я не собираюсь защищать инквизицию, – воскликнул Сол. – Я люблю вольную жизнь, свободные города, где, если знать и богатеи начнут прижимать, то простой люд завсегда возьмется за вилы и раздаст награбленное имущество беднякам, то есть себе любимым. Места, где деревенская знахарка без разрешения свыше может усмирить боль, не опасаясь, что назавтра в дверь забарабанит латная перчатка.

– А у меня туда двоюродный племянник с семьей уехал, – добавил Мидас. – Писал, что платят изрядно и мастеровые у них в почете. Звал к себе, но я все раздумывал, да так и не надумал.

«Технологически развитая держава. Это понятно. Но на Земле любую новую „вундервафлю“ за десятилетие научатся клепать все поголовно. Не ядерную, конечно, но те же винтовки и бронемашины уж точно».

– Неужели просто нельзя скопировать их технологии?

– Собрать такой же аппарат мастеров хватает, – лицо девушки потемнело. – Те же гномы, стоит им глянуть на вещь, через день предложат тебе копию, но в два раза дешевле. Только вот, чтобы заработала техника или оружие Ордена, одной кучи металла мало. Надо, чтобы искусные маги создали магосхемы, нарисовали целый альбом заклинаний, вставили нужные руны. И наконец, нужны лучшие накопители эфира.