Эра героев. Антимаг
Шрифт:
– Мы объявим войну первому, кто откроет огонь в Ардасе начиная с этого момента, и окажем его противнику все возможное содействие, – полковник отправил окурок щелчком в канаву. – Хотите выяснять отношения, убирайтесь вон из города, джентльмены. А теперь прошу извинить: дела.
Аль-Хали.
Побережье Узкого моря. Халифат
Клонившееся к горизонту багровое солнце просвечивало огненным пятном сквозь мириады несущихся в воздухе песчинок. На окраине города никто не противился влиянию бесконечной пустыни, и под ногами скрипел слой крепчайших земных костей. Тянулись ряды глиняных домиков, засыпанные старые арыки и чахлые признаки растительности,
Наконец Александр различил в мареве очертания большого комплекса каменных строений. В центре Аль-Хали возвышалась респектабельная штаб-квартира легиона, полная предметов роскоши, статуй былых полководцев и десятков величественных фонтанов. Казармы же представляли собой образчик спартанской архитектуры для быстрого и компактного размещения людей.
Дежурившие на воротах солдаты проводили их безразличными взглядами: вряд ли стоило задерживать входящих сюда по своей воле. Иностранный Легион был сборищем наемников и головорезов всех стран и рас, готовых на любой риск за звонкую монету. Благо золотой поток, льющийся из казны халифов страны песков, не ослабевал. Бесплодная пустыня была щедра на залежи редких металлов, месторождения кристаллов и источники алхимических масел. Охраной разработок, а также подавлением редких мятежей и занимались легионеры, а золотые слитки являлись залогом их верности. Местные же уроженцы шли в личную гвардию халифов, расквартированную в городах и обеспечивавшую безопасность верхушки аристократии.
Легионеры сами решали, какую часть жалованья спустить в кабаке, а что оставить в лавках торговцев оружием. А судя по количеству амулетов и оберегов, не бедствовали и продавцы магической защиты. Некоторые наемники, несмотря на жару, были закованы в сталь с ног до головы, другие же предпочитали легкие одеяния и чалму или щеголяли загорелыми телами, прикрытыми лишь паутиной татуировок, но все, как один, таскали на себе приличный арсенал как стрелкового, так и холодного оружия.
Несколько куривших в сторонке загорелых парней в посеченных доспехах при виде путников громко и презрительно засмеялись шутке о «свежем мясе».
«Только вот я уже успел чуток прокоптиться в странствиях», – недобро подумал Александр.
– Что у нас дальше по плану? – решил он поинтересоваться у Эллис, бросив около казармы скромные пожитки.
– С нашим-то везением, маг сам выскочит перед нами из кустов, стоит выехать из Аль-Хали, – фыркнул скелет. – А с ним еще десяток злобных дружков.
– В последний раз мы и так едва выдюжили, – продолжал Александр, так и не услышав ничего от задумавшейся девушки. – Не хотелось бы под конец облажаться.
– Что ты от меня хочешь? – раздраженно дернулась Эллис. – Нам надо попасть в пустыню. И вот мы скоро окажемся среди песков, вдали от всякой погони. А если ты хотел весело прокатиться в компании наложниц из местного гарема, то уж прости, я еще не успела это устроить! – Александру пришлось отступать под напором воинственной девушки, пока он не уткнулся в стену. – Если ты такой умный, то придумай план получше, а я попрячусь за твоей спиной и поною! Конец? Ты, может, и свалишь куда подальше, а мне потом разгребать эту кучу дерьма!
«Черт побери, за всеми своими мыслями о конце пути и возвращении назад я и забыл, что все закончится только для меня. А им придется оставаться здесь. Со всеми напастями, с которыми мы сталкивались по пути».
– Народ, мы все устали и вымотались. Может, не будем друг на друга с мечами бросаться, а то свидетелей вокруг многовато, как мне потом трупы прятать? – возник между ним и девушкой Сол.
«Лучше признать вину сразу, чем спустя пару часов споров и обид. И ведь дернул меня демон за язык».
– Прости, мы действительно попали в
неприятности из-за меня, – произнес он искренне. – А сюда мы добрались благодаря тебе.– Ладно, проехали, – быстро успокоилась Эллис, пригладив растрепавшиеся волосы. – Я знала, на что подписывалась. Ну почти. И ты тоже делал все что мог. Все мы делали.
– Теперь они друг друга обожают, как мило, – проскрежетал, отходя, Сол. – А на мертвяка всем наплевать.
Мидас все это время угрюмо посматривал на наемников, украшенных напоминаниями о жарких схватках или пьяных драках в виде безобразных шрамов, и все сильнее съеживался, несмотря на все еще палящее солнце.
«Надо бы его тоже подбодрить, что ли, уж очень он в последнее время хмурый. Он явно не осознавал, на что идет. Как и я, в принципе, но у меня особо выбора не оставалось», – но, как всегда, на ум приходили сплошь банальные фразы.
Но тут долго молчавший толстяк пробормотал:
– Дальше наши дороги расходятся.
– Ты о чем? – опешила Эллис.
– Было очень весело, и, наверно, каждый мечтает об опасных приключениях, когда ему запросто могут отчекрыжить голову, но я-то хотел лишиться своего проклятия, а не жизни! – воскликнул Мидас. – А вас я вообще не понимаю: рискуете ради чего? Наемница? Хотела добыть славы своим мечом? Ты добилась этого, попав в список самых разыскиваемых людей! А что мешает тебе, Сол, просто развернуться и уйти? Золотом здесь и не пахнет! Мы не благородные герои из сказочной книжки, так что вы можете идти, куда вам хочется, а я убираюсь подальше отсюда. Благо мы еще не посреди пустыни, и меня не сожрут по дороге домой!
Последние слова Мидаса потонули в металлическом громыхании, и из-за казарм выехало три машины. Первые две словно прибыли из тридцатых годов прошлого века: ретроавтомобили с высокими угловатыми силуэтами. Корпуса покрывали решетки из металла, темные стекла были забраны мелкоячеистой сеткой, а над багажником возвышались механические установки, ощетинившиеся угрожающими воронеными стволами.
Следом громыхала здоровенная махина, настоящий гибрид вагона и междугороднего автобуса на восьми колесах. Узкие смотровые щели, поглощающая эфир арматура и вытравленные колдовские знаки с примелькавшимися пентаграммами. Корпуса машин хранили следы ремонтных работ в полевых условиях: поверх пробоин просто приварили пластины подходящего размера. Разнообразные мелкие дыры и оплавленные жаром участки красноречиво повествовали о бурной жизни вне гаража.
С протестующим скрипом автобус затормозил, подняв тучу песка. В бок с лязгом съехала дверная панель. Затем сквозь пыль пробился огонек сигареты, и на Александра устремилось облачко удушливого табачного дыма.
– Принять стоячее положение, салаги! – Громыхнув прокуренным голосом, из открывшегося проема показалась невысокая жилистая фигура. – Подозреваю, вас по ошибке назвали рекрутами легиона. Похоже, канцелярские крысы опять перепутали и отослали в зоопарк не тот список, – окурок переместился в угол рта, и наемник сплюнул на песок.
Легионер был экипирован в легкую желтовато-серую униформу и круглый шлем с опускным прозрачным забралом. Довольно смуглый, офицер, видимо, был местным уроженцем или просто провел годы под палящим солнцем. Щеку легионера, чуть ниже левого глаза, прочертил глубокий шрам. На поясе у офицера висело утяжеленное обрезанное ружье, а изогнутая сабля показывала рукоять из ножен на другом бедре.
– Баба, жирный тюфяк да гуляющее пособие по анатомии, позорящее своим присутствием землю. Похоже, только парень способен выполнять работенку попроще, вроде копания выгребных ям для офицерского состава, да и он, судя по морде, не приучен к столь благородному труду. Я сержант Аббас, и если кому-то уже пора заменить подштанники, то вам дается последний шанс слинять отсюда.