Чтение онлайн

Идем, озираемся по сторонам, оружие держим наготове. Вдруг, слышим, как впереди, в метрах двести от нас, зазвенело стекло, и послышались истошные крики. Я скомандовал своим ребятам - к бою, и мы тихонечко, прикрывая друг друга, пошли к тому месту, где, как мне кажется, происходит что-то нехорошее.

Я не ошибся. Шайка местных гангстеров разбила окна первого этажа богатого европейского дома, и забралась вовнутрь. Там налетчики занялись своим привычным делом - грабежом и разбоем. Из распахнутого окна на улицу кто-то из этих уродов выбросил мертвое тело пожилого мужчины-европейца. А из дома раздались крики женщины, судя по голосу, молодой. Георгию вытащил из-за пояса здоровенный пистоль, и шепнул мне, что это

турецкая банда. Он разобрал несколько слов, сказанных одним из громил.

Я посмотрел на своих бойцами.
– Так, парни! Идем внутрь и делаем их как учили. В плен никого не брать - не велики птицы, эти душегубы стамбульские. Патроны экономить - один выстрел, один труп.
– Ну, понеслась!

Парни кивнули мне, и мы, отодвинув назад Георгиоса, типа - дядя, стой тут, смотри и мельтеши, перебежками направились к дому. Мой приятель, Петро из Рязани, подсадил меня, и я подтянувшись, через открытое окно ввалился в комнату. Четверо бандитов были заняты делом - паковали награбленное в мешки. Они удивленно уставили на меня свои небритые рожи. Но долго удивляться им не пришлось - один за другим хлопнули четыре выстрела и они уже были вне игры. Кстати, последнего свалил Колян из Питера, появившийся в соседнем окне. Все было сделано быстро - ни один из них даже не успел ни дернуться, ни рта раскрыть.

На шум из боковой комнаты выскочил еще один налетчик. Его ловко поймал на штык-нож Петро, который предпочитал в ближнем бою пользоваться холодным оружием.

– Мля! Петро!
– вполголоса прошипел я.
– Нам какой приказ был?
– Не рисковать!
– Два наряда вне очереди, мля!

Ну а мы, тем временем, стал осматривать квартиру, которая, судя по богатой обстановке, принадлежала состоятельному владельцу. Из одной комнаты, держа наизготовку здоровенный револьвер, осторожно вылез усатый турок в разорванной рубахе, и с расцарапанной до крови мордой. Увидев меня, он, то ли удивился, то ли испугался. Это понятно, здешний люд по первости шарахается от нас - уж больно мы странно для них одеты и экипированы. А если вспомнить про рожи, размалеванные устрашающим боевым гримом, то понятно, почему публика от нашего вида, постоянно впадает в ступор, а иногда и обделывается.

Пока турок пялил на меня свои зенки, раскрывая рот, я выстрелил ему прямо в морду. Рот с усами на месте, а мозги - брызгами по стене. Ну и хрен с ним - одним бандюгой меньше!

Потом я осторожно заглянул в комнату, откуда выполз этот гад с револьвером. Похоже, что это была спальня. На широкой кровати в куче мягких подушек безутешно рыдала молоденькая девица в разорванной в клочья блузке и в обрывках юбки вокруг пояса. Для меня все было ясно - тот подонок, который только что раскинул мозгами в коридоре, попытался снасильничать девицу. Собаке - собачья смерть!
– Не жалко.

Увидев меня, она вся сжалась в комочек, и, как дикая кошка, приготовилась к защите.
– Да успокойся, дурочка, - сказал я ей, - не беспредельщик я какой-то, а тебе помочь хочу...
– Услышав русскую речь, девица с удивлением посмотрела на меня, а потом спросила - Руссо?
– Я опять вспомнил бессмертное творение Гайдая, и засмеялся.
– Си, сеньора, Руссо туристо, облико морале!

Прибежавший на мой выстрел Колян тоже жизнерадостно заржал, - Ну ты даешь, Игореха, туристо... Мимо проезжали, верхом на боевых медведях, - он похлопал по своему "калашу", - и с балалайками!

Услышав наш смех, девица робко улыбнулась, а потом, заметив, что от ее одежды остались одни лохмотья, покраснела, как вареный рак. Я деликатно отвернулся, дожидаясь, пока спасенная мною незнакомка оденется.

Минут через пять я услышал за спиной деликатное покашливание и обернулся.
– Боже мой, какая она красавица!
– Черные волосы, смуглая кожа, карие глаза.
– Настоящая Кармен! Я тоже решил

не ударить в грязь лицом, и представиться ей по всей форме. Приняв воинственную позу, бодрым голосом, как на строевом смотре, я отрапортовал, - Сержант Кукушкин, Игорь Андреевич, морская пехота Северного флота.
– Ага натуральный Кинг-Конг получился, осталось только кулаками в грудь постучать и вопль издать посексуальней..

Девица, внимательно смотревшая и слушавшая, улыбнулась, а потом маленьким тонким пальчиком, указав на себя, произнесла, - Мерседес Диас.

– Во, дела!
– подумал я, - у красотки-то имя, как у иномарки.
– Может я тут еще Вольво какую-нибудь встречу, или вообще, Фольксваген.

Я жестом пригласил девицу следовать за мной. Она послушно пошла, доверчиво глядя прямо мне в глаза. От этого взгляда у меня почему-то гулко забилось сердце.
– Ох, и красавица!
– А как она головку-то держит гордо, словно королева какая.

У входа в спальню валялся труп незадачливого насильника. Вокруг него уже натекла большая лужа крови. Брезгливо переступив через убитого, Мерседес вошла в большую комнату, где уже находились мои ребята и Георгиас. Они с удивлением посмотрели на мою спутницу, а та, с испугом и удивлением - на них.

– Игорек, ты где такую кралю нашел?
– завистливым голосом спросил у меня Петро.
– Прямо, королева Кастильская.
– Услышав последнюю фразу, Мерседес с изумлением посмотрела на Петро, и закивала своей головкой, - Си, си, сеньор, Эспаньола...
– Ну вот, и выяснили мы наконец,- кто она и откуда...

А потом бедняжка Мерседес горько рыдала над трупом мужчины, которого турецкие бандиты выбросили из окна.
– Это был ее отец. А я стоял, сжав от злости кулаки, и думал, что никогда, ни за что на свете не дам больше в обиду Мерседес. А тех сволочей, которые грабят и убивают людей, хоть в Стамбуле, хоть в любом другом месте, я буду уничтожать, как бешеных собак.

Мерседес, как и несколько других обнаруженных нами беженцев, потерявших в эту ночь все свое имущество, и лишь чудом сохранивших жизнь, мы направили под охраной к дворцу Долмабахче. Там уже развертывается лагерь МЧС, где их примут и обогреют. И теперь в этом, ранее чужом для меня мире, появилось родное и любимое мною существо... По крайней мере, мне очень хочется в это верить.

Да, влип я под старость-то лет. Сколько читал книжек про всякого рода путешественников в прошлое, а тут вот - раз, и самому пришлось оказаться во временах Пастера, Пирогова, Мечникова и Склифосовского. Да-с, как говорят местные.

Но наш командующий эскадрой контр-адмирал Ларионов сумел быстро сориентироваться на месте, ему и XIX век не помеха. Выкинуло нас рядом с турецкой эскадрой, и когда джигиты под красным флагом с белым полумесяцем решили пойти на нас войной, он не стал с ними цацкаться, и страдать интеллигентской рефлексией. Дал команду, и от турецких кораблей остались только круги на воде. Вот тогда-то у нас и появилась первая работа.

Десятка полтора турок, подраненных во время скоротечного боя, выловившие их из воды морпехи, закинули к нам на "Енисей". Тяжелых среди них было всего двое. Остальные - так себе, непроникающие ранения, ожоги и контузии. Но повозились с ними изрядно. Бедняги, увидев наших медиков в халатах, и хирургический инструмент в их руках, до смерти перепугались, подумав, что мы собираемся их мучить и пытать перед смертью.