Дополненная реальность
Шрифт:
На мошек круживших вокруг небесной посудины не сразу обратили внимание. Не у всех имелась оптика и телефоны с функцией увеличения. При наведении фокуса и рассмотрении "мошек" любопытным становилось не по себе. Коротышки в серых комбинезонах с несоразмерно крупными головами и огромными линзами чёрных глаз на ряженных в подпитии не походили и праздничных эмоций не вызывали. Фонтаны воздуха выталкивали их из тарелки, "серые" выстраивались в шеренги и падали вниз, как пауки на невидимых паутинах.
Улицы и дворы переполнились зрителями за какие-то пять минут. Горожане дружно повылазили из квартир, желая приобщиться к потрясающему событию, успевшему попасть в последние
Клаксоны застрявших в пробке автомобилей надрывались как угорелые, но сдвинуть с места толпы зевак не было никакой возможности. Водители отчаянно матерились - явление небесной посудины ломало их планы на вечер. Увеселительные мероприятия срывались из-за сущего пустяка - самого обыкновенного конца света.
Микроавтобус с эмблемой новостной программы как всегда оказался в гуще событий. Директор съёмочной группы и оператор радостно потирали руки, им грезилась премия "Эмми" за трансляцию апокалипсиса в прямом эфире. Красотка телеведущая смотрибельно рисовалась в кадре, чирикала в микрофон и вовремя округляла голубые глаза. Изображала сенсацию чем только могла, включая объёмные буфера, каким-то чудом заряженные в тугое платье для залпа в вечерний эфир.
Тем временем коротышки в серых комбинезонах закончили спуск с небес и зависли над любопытной толпой. Они по-быстрому расчехлили стволы и деловито взялись за истребление. Из дул полилась термоплазма прямо на головы горожан, и в этом мире всё разом перевернулось. Прямой эфир превратился в хаос из перекошенных лиц, разливов огненных рек и истошных воплей в кадре.
Директор съёмочной группы заполыхал как факел в костюме за тысячу долларов. Оператор затрясся от ужаса, но продолжал снимать, не выпуская камеру в режиме апокалипсиса "он-лайн". Блондинка-телеведущая швырнула микрофон в ближайшего из пришельцев и обложила американским матом с подробным описанием извращений. Но магия слова в прямом эфире на этот раз не сработала. Тогда она сбросила туфли и припустила бегом, сверкая холёными ляжками и рассыпая причёску в воздухе.
Кругом распускаются цветы огня, как розы в оранжерее. Со звоном сыплется стекло витрин. Автомобили сшибаются всмятку, словно яйца на святую пасху. Сирены воют нестройным хором, заглушая вопли двуногих.
Неподалёку виднеется Голливуд - я обожаю кинозвёзд на завтрак! Там производятся сильные впечатления путём проекции изображения на ровную плоскость с последующим просмотром видеоряда жаждущими зрелищ двуногими. Я изучил культурологию аборигенов, но местная "фабрика грёз" мне не пришлась по вкусу. Обычное скотское фэнтези поставлено здесь на поток, мешаясь с крикливым насилием и навязчивой обнажёнкой. Людишки без ума от жестокости, по крайней мере киношной. Мы их закормим ею сегодня под соусом их собственной смерти.
Аборигены плодятся как саранча, марая варварской технологией источник биологической жизни. Мы зорко за ними бдим, как бдим за всеми, кто поганит совершенство мира уродством первобытных машин.
Забить лишний скот и дать планете вздохнуть свободно - вот цель нашей нынешней миссии. Мы порождения сильных сфер, захватчики и зачистители скверны. За преданность богу войны и веру в силу оружия нас называют вармонгерами.
Передовым державам галактики не интересны Миры Окраин. Их принудительный гуманизмом и миссия "старшего брата" не достают до галактических дебрей. А потому хозяйничаем здесь мы и мы же устанавливаем
порядки. Метаполитика штука не из простых, но право сильного будет существовать всегда. Земля - это наша корова, мы доим её и пасём. Но пустим под нож и зажарим, как только нам захочется шашлыка.Детёныши и самки разбегаются в панике. Самцы палят из потешных пукалок, держа в кривых худосочных руках, неприспособленных к сложностям выживания. Здесь весело и очень жарко, будоражаще пахнет смертью и поджаристым барбекю.
Цефалиды пока в тени, наше время наступит позже. Мы командуем строем сектоидов и собираем добычу в собственную копилку.
Я сверился с мнемокартой и создал визуальные ориентиры. Мой третий глаз следит за радаром. Аэровизоры выпущены, связав их с нейроинтерфейсом, я наблюдаю за происходящим на улицах. Вторая половина моего сознания управляет сектоидами.
Свет гаснет во всём квартале, и улицы ныряют во мрак. Небоскрёбы прикидываются исполинскими привидениями. Визор шлема на моей голове переключается в режим ночного видения, хоть мне это и не нужно. Мои светящиеся в темноте глаза помогали мне охотиться и убивать в мире вечного мрака родной планеты. Помогут и здесь - охотиться и убивать.
Двуногие при виде меня улепётывают не разбирая дороги и прячутся, как мыши по норам. Другие, не в силах сдвинуться с места, трясутся и источают адреналин. Сектоид из моего отряда поджарил молодого самца струёй термоплазмы, другого поймали живым. Здоровый и в меру упитанный он подходит мне в самый раз. Синтетитовый кокон спеленал его и втянул в упаковку для сохранения. Дальше им займусь я.
В роли утробы для взращивания потомства местные двуногие подходят нам безупречно. Куколки цефалида хорошо совместимы с биохимией их тел, годящихся в качестве первичной пищи. Богатая белками сбалансированная кормёжка - то что нужно для малышей. Корабельный вычислитель Селесты провёл практические эксперименты на паре-тройке изъятых с планеты двуногих и заранее удостоверился в этом. Самцы вынашивают лучше самок, они выносливей и сильней физически. Самки часто производят преждевременный выкидыш и откидываются на тот свет, не доносив младенца положенный срок.
Я вытащил двуногого из упаковки, зажал его голову в челюстях и раскрыл рот. Он задрыгался в моих лапах - беспомощный, но строптивый. Язык мой проник глубоко в его пищевод и вогнал туда куколку. Следующие двенадцать часов плод будет прорастать в живом инкубаторе, питаясь его жизненной силой. Навяжет организму носителя покровительственный симбиоз и целиком подчинит себе. А потом освободится от оболочки, разорвав её и сделав труп своим первым завтраком в этом мире.
Закончив с первым самцом, я принимаюсь за следующего... следующего и следующего... Сектоиды пеленают двуногих и подносят мне на летающем транспортёре. Я разворачиваю упаковки, вгоняю куколки в пищевод и отпускаю на волю "живой инкубатор". С целью реанимации даю оживляющего пинка - двуногие улепётывают вприпрыжку от радости что остались живы.
Наведение неразберихи и паники - вступительная часть нашего плана. Вторая и главная его часть - поиски артефакта. Сейчас мы заняты только первой, для поисков артефакта необходимо засечь приборами обнаружения его след. Они задействованы, но пока молчат.
– Солдаты зачистки изолировали район, - прозвучал в моей голове скребущий по нервам голос Зиаргада.
– Подозрительно быстро, - со злобой прорычал я и оскалил клыки.
– Мне это совсем не нравится.
– Как будто знали, что мы заявимся и поджидали!
– взвился Китаурон с лютой ненавистью к роду аборигенов.