Девушка с Острова Ураганов
Шрифт:
Она с волнением наклонилась к столу. К счастью, на все вопросы было легко ответить, и написаны они были на общем языке. В графе имя она написала Афира Вензелос. Потом скинула себе десять лет, поставив в графе возраст восемнадцать. Ксавье сказал, что всё остальное — необязательно, поэтому в «роде деятельности» она поставила длинный прочерк, но в месте рождения всё-таки написала Остров Звезда.
Девушка даже не взглянула на её листок, просто кивнула и протянула медный прямоугольник на котором было выбито число 247.
— Первый этап испытаний начинается в полдень двенадцатого апреля. Полный свод правил будет напечатан в газетах и вывешен
Всё это девушка проговорила неживым механически голосом, даже не взглянув на Афиру. Она отошла в сторону и направилась к Ксавье, всё ещё подпиравшему стену, сжимая номерок в руке.
— Поздравляю, ты справилась, — он пару раз хлопнул в ладоши. — Кто это был?
— Жюль, сын владельца «Рыбного рая», в котором я работала в Клорке.
Ксавье фыркнул.
— Я прекрасно помню «Рыбный рай». Еда у них была замечательная.
Он сам ни разу не был в ресторане, но Афира каждый вечер приносила ему еду оттуда, так что попробовал практически всё небольшое и нехитрое меню.
— Кто бы мог подумать, что он тоже собирается участвовать. Хотя я уверен, что он вылетит во время Турнира. Наверняка большая часть записавшихся понимают, что у них нет никаких шансов, просто думают, что здорово будет потом похвастаться, что участвовал в Турнире и возможно перекинулся парой слов с будущим всадником.
Афира сильнее сжала в руке номерок.
— Что за Турнир, Ксавье?
Он пожал плечами.
— Обычный турнир. Чтобы сократить число участников, уверен, их будут сотни. Люди сражаются друг с другом, люди выбывают. Оставшиеся допускаются к Играм, и вот там уже начинается настоящее испытание.
Они спускались по ступеням Дворца Драконов, Афира обдумывала слова Ксавье, когда услышала женский голос, зовущий её по имени. Знакомый женский голос.
— Афира! Ксавье!
— Похоже, сегодня у нас вечер встреч, — пробормотал он останавливаясь.
К ним бежала Клодин, одетая в форму стражника — младшего стражника, шепнул Ксавье. Следом за ней шла женщина среднего возраста с вьющимися золотистыми волосами: она собрала их в пучок, но отдельные пряди выбились наружу. На женщине тоже была форма — богаче и с эполетами.
Ксавье оглядел Клодин с ног до головы и удовлетворённо кивнул.
— Я смотрю, ты получила, что хотела.
— Поздравляю, — искренне добавила Афира.
Девушка просияла.
— Спасибо! Наше дежурство только что закончилось. Я пока только младшая стражница, но Орели говорит, что я делаю успехи, — гордо сказала она.
Женщина по-доброму усмехнулась.
— Это правда, через пару месяцев она с блеском выдержит экзамен. — Голос у неё был низкий и глубокий. — Меня зовут Орели Бенар, я командир отряда Клодин. А вы её друзья?
— Приятно познакомиться, — вежливо ответил Ксавье, Афира поддержала его кивком, — мы с Клодин вместе добирались до Мертона. Ксавье Сент-Мор.
Они с Орели пожали друг другу руки.
— Афира Вензелос, — нехотя произнесла она, когда командир повернулась к ней.
— Необычное имя, — улыбнулась Орели, пожимая ей руку.
Афира с трудом изобразила улыбку в ответ.
— Мы перебрались в город, — сказала Клодин. — Воробьиная площадь, дом двенадцать, квартира двадцать шесть. А вы где поселились?
Ксавье назвал ей адрес, как показалось Афире — нехотя. Потом Орели сказала, что им пора идти, и они распрощались. Всю дорогу до дома она думала о Турнире, а когда они поднялись в свою квартирку,
внезапно поняла, что очень хочет спать. Сообщив об этом Ксавье, Афира ушла в свою комнату и, пока сон не сморил её, размышляла о своём очень расплывчатом плане и вспоминала Остров Ураганов: Лэ, Цан, Валлу, Лину. О Шаа она старалась не думать, потому что единственным воспоминанием, невольно встающим перед её глазами, был их последний неловкий разговор.Наконец, Афира заснула, и ей снилось, что она убегает по длинному коридору от кого с тёмно-серыми глазами.
Глава седьмая
Через два дня, вечером, они с Ксавье сидели в маленькой гостиной. В недоразумение, которое язык не поворачивался назвать камином, пылал огонь. Несмотря на то что, если верить календарю, пришла весна, погода оставалась холодной. На сегодня они запланировали то, чего Афира ждала с самой первой ночи в их новом доме — отправиться в Черничный лес к Алоизу.
Ксавье одобрил решение Афиры выдвигаться ночью. Не то чтобы для этого были какие-то веские причины. Ксавье считал, что ночью их никто не потревожит и они с меньшей вероятностью наткнутся на других людей. Ему не хотелось, чтобы кто-то видел, как они слоняются по Черничному лесу.
А Афира всего лишь вспомнила, о чём Иоланта говорила ей: «Ведьмы — ночные существа, если не хочешь разозлить ведьму, лучше не тревожь её днём». На саму Иоланту это правило не распространялось, она, пусть и в своей собственной манере, была рада Афире, когда бы та ни пришла. Но Алоиз — другое дело, лучше перестраховаться, чем навлечь на себя гнев ведьмака.
Пока выходить было рано, и Ксавье давал ей очередной урок — рассказывал о дворянских родах Сосновых Островов, с отпрысками которых ей придётся столкнуться на Играх. Он откуда-то достал толстый каталог, где расписывались родословные высшего дворянства и были чёрно-белые фотографии.
— Королевская семья никого не пошлёт в этот раз, это точно. — Он решительно пролистал первые страницы. — Обычно младшие дети пробуют свои силы, но принц Базиль и так по уши загружен работой, а принцесса Бернадет… Ну, не такой у неё характер. Так что твоими главными противниками будут отпрыски пяти герцогских семей. Они вечно сражаются за место под солнцем. То есть у трона. Тем, чьи дети станут Всадниками, можно не волноваться о своём положении следующие двадцать лет. Хотя Гишарам это и так без надобности, жена нынешнего короля — Валентина — была из рода Гишаров и их младшая дочь — Бернадет — носит её фамилию. Но им всегда было мало, так что, скорее всего, Нихэль — старший сын — появится на Играх. А может, и Нарсис.
Ксавье пожал плечами.
— Ничего особенного о них сказать не могу — хорошие воины, никакой магией не обладают. Честно говоря, не думаю, что у них так уж много шансов. Гишары славятся своей выносливостью и силой воли, могут нанести последний удар, когда ты этого уже не ждёшь, считаешь их побеждёнными. И в прямом, и в переносном смысле.
Он подвинул к ней каталог, и Афира провела пальцем по шершавой бумаге. На фотографии рядом стояли два юноши лет двадцати. Тёмная кожа, тёмные волосы, тёмные глаза. Точнее по чёрно-белой фотографии сказать было невозможно. Оба выглядели физически сильными, у обоих были волевые подбородки и прямой взгляд. Один — Нихэль — смотрел серьёзно, с вызовом, другой — Нарсис — улыбался, и его открытый взгляд был спокоен. Рядом была фотография девочки, их младшей сестры Нины.