Чтение онлайн

Они шли рука об руку, быстро, как только могли.

–  Один?
– уточнил Данте.

–  Да. Я здесь попробую организовать помощь.

Как именно он хочет ее организовать, он опустил. Это могло вызвать возмущение.

–  Хорошо, - согласился ками. А потом усмехнулся, как-то зло и немного азартно.
– Я справлюсь.

Что ж, в Бизене сложно сомневаться. Он и надежность - это почти синонимы.

Все вышло без особых накладок. Они на лошадях проскакали по осенней, размытой дождями дороге до конца щита, а там обнаружили неожиданный подарок - спутники на перемещение в Сарумэ еще стояли в той позиции, в которой их оставил

Акито. Это хорошо, потому что не пришлось терять времени для вызова и построения.

Данте спешился, поправил юкату, а потом дернул ленту для волос. Когда коса была расплетена, и волнистый водопад заструился вдоль спины, Накатоми снова поразился, насколько же этот ками был "Амэ". И если бы не плоская, мужская грудь, он бы снова принял его за девушку. Все же в обличье ками он выглядел угловатым мальчишкой-подростком, неугомонным и нетерпеливым, а будучи человеком его угловатость сглаживалась.

–  Вот что делает женская душа с телом… - вздохнул он.

–  Что-что?
– не понял Данте.

–  Ничего. Спутник готов. А ты?

"Принцесса" Сарумэ ослепительно улыбнулась.

–  Тогда и я тоже.

Накатоми по старой привычке прикрыл глаза рукой, когда темное небо разрезал зеленый луч и, точно молния, упал на землю. Вдали заржали испуганные лошади. Всего один удар сердца, и Данте и след простыл. Садахару открыл глаза и постоял так немного в ожидании, когда ослепленные ярким лучом спутника глаза снова придут в норму. А еще пришлось потратить немного времени, чтобы успокоить лошадей.

Когда Садахару вернулся в Академию, до утра было еще далеко. В такие дни светало поздно, ведь была осень, и ночи казались неприлично длинными.

Нет, Накатоми не отправился к себе. Путь его лежал в покои куратора Синсэн Аши. Конечно, будить Хорхе - себе дороже, но родитель Данте в плане Садахару занимал не последнюю роль. Удзумэ понадобится помощь, здесь можно не сомневаться.

Садахару постучался громко, но постарался сделать это со всей деликатностью.

–  Вон!
– раздалось из-за двери.

–  Я прошу прощения, но кое-что случилось, ками, - протянул Накатоми, переступая с ноги на ногу.

–  Да пусть хоть конец света будет!

Садахару не сдавался. Он был морально готов к тому, что Хорхе начнет капризничать или еще чего похуже.

–  Я пришел насчет вашего отпрыска Данте. Он в опасности.

Слова были подобраны правильно, потому что секунду спустя дверь рывком открылась, и на пороге стоял в голубой сорочке с рюшами растрепанный Хорхе. Вид у него был такой, будто он собирался убить всех людей, а Инстинкта не существовало в природе.

–  Ну-ка повтори, - потребовал он.

Вместо того чтобы сказать, Накатоми решил показать, потому протянул куратору Хищников письмо, которое нашел у Акито на столе. Хорхе быстро прочитал его и поднял глаза на пророка, ожидая объяснений. Они последовали незамедлительно.

–  Командир отправился в Сарумэ. Данте узнал об этом и пошел за ним.

Хорхе неопределенно хмыкнул, а потом отошел в сторону, приглашая незваного гостя войти. Это было хорошим решением, потому что подобные вещи обсуждать в коридоре, по меньшей мере, неудобно.

Апартаменты куратора оказались просторными, а обстановка целиком и полностью отражала характер ее владельца. Ужасающая в своей вычурности бежевая софа с львиными золотыми ножками стояла посреди гостиной, пол устилала шкура какой-то пятнистой кошки, горел камин, украшенный изящной лепниной, люстра имела столько

хрусталя, что по всем законам физики потолок должен был обвалиться.

Хорхе недовольно скривился, усаживаясь на софу. Он закинул ногу за ногу, и сорочка задралась, показывая идеально гладкие ноги и острые до невозможности коленки. Своему гостю присесть он не предложил.

–  Я не вчера родился, и понимаю, что без тебя здесь не обошлось. Мой Данте еще слишком юн, чтобы в одиночку отправиться в Сарумэ через спутник.

–  Я пришел к вам, ками.

Хорхе закатил глаза.

–  Я тебя умоляю! Ты пришел ко мне! Но вначале ты отправил моего Данте к Акито.

–  Я не отрицаю. Но вы должны меня понять: мы считаем, что это ловушка. Ведь тот, кто покушался на командира, не был найден. И поэтому нужна помощь.

–  Моя, - заключил Хорхе.

Он только выглядел таким спокойным, но его выдавали пальцы, которые беспокойно мяли оборку сорочки. Родители всегда ревностно защищают своих детей. А тут, когда отпрыску может грозить опасность…

–  Не поймите меня неправильно, ками, но это самый короткий путь. Я использовал Данте, чтобы заставить вас отправиться в Сарумэ и навести там порядок.

–  Действительно, - пренебрежительно фыркнул Хорхе.
– Так ловко сыграно. В любом другом случае, я бы отказался, но так…

–  Совершенно верно, - Накатоми уважительно поклонился. На всякий случай.

Амацукумэ это не разжалобило никоим образом. Он зло щурился и поджимал губы, когда смотрел на Садахару.

–  Выметайся, - почти спокойно произнес Хорхе.
– После, я прослежу, чтобы вас всех наказали, - он поднял руку и ткнул пальце в сторону пророка.
– А тебе достанется особенно.

–  Как будет угодно, ками, - еще ниже поклонился Накатоми и удалился.

Теперь можно и вздохнуть с облегчением, потому что все, что нужно, было сделано. Наверное, стоит поблагодарить Небо, что у Данте такие нежные чувства к командиру, иначе бы выйти из положения было бы труднее. Хотя, кто знает исход этой ситуации?

02 день месяца Овцы 491 года Одиннадцатого исхода,

Ие- но футана, страна Поднебесная, Нара,

Особняк Сарумэ

Выдох…

Колени подкосились, ноги ослабли и дрожали, сердце в груди билось, как сумасшедшее - вот раздвинет ребра и выскочит наружу. Данте, чтобы его успокоить, невольно приложил теплую ладонь к груди. Оно успокаивалось, медленно и нехотя, будто капризничая, сбавляло обороты, а ногам в это время возвращалась твердость. Все же, перед перемещением нужно было снять с себя манжету - удалось бы избежать таких неудобных последствий.

Когда у Данте в голове прояснилось, он осмотрелся, с удивлением отмечая, что находится "дома". Здесь ничего не изменилось: все осталось таким, каким он помнил, даже поздние сверчки, стрекотавшие в переспелой траве уныло, звучали настолько до боли знакомо, что от нахлынувших чувств в горле образовался ком. Здесь и пахло домом - не так, как в Академии, которая была призвана лишь копировать традиционную архитектуру Поднебесной. И хотя там здания выглядели знакомо: черепичная крыша, с поднятыми вверх концами, несколько ярусов-этажей, деревянная веранда, раздвижные бумажные двери - тонкие, хлипкие; здесь все это даже ощущалось по-другому. Знакомо. Только вот вряд ли теперь Данте имеет право называть это место своим.