Цитадель Теней
Шрифт:
Толпа взревела радостными лаем, тявканьем и воем. Все подбадривали молодых собратьев: старшие вспоминали себя в их годы, а молодняк завидовал выпавшей чести.
– Устррремите же все свой взгляд в небо, что является последней обителью Бинатанг Бесара и взгляните же в его очи!
– проревел Старейшина.
Все собравшиеся на площади посмотрели вверх. Небо неспешно окрашивалось в сиреневые тона. Одна за другой загорались звезды. Когда весь небосвод был усеян белыми искрами далеких светил, над поселением загорелись два огня. Серебряные, как шкура шамана, они ярко горели в небе,
– Вот и настал час Волка!
– голос Старейшины звучал как гром, в повисшей тишине.
– Вррремя Бинатанг Бесара! Вррремя Мусабидже! Вррремя перррвого испытания! Бинатанг Бесар унсер!
Новая волна радостных возгласов пронеслась по поселению.
– И что теперь?
– спросила малышка.
– Как и сказал Старррейшина, - шаман оскалился в улыбке, - перрррвое испытание.
Говорящий-С-Духами вышел вперед и встал спиной к раздраженному старцу, развернувшись к удивленному молодняку.
– Ну что, отрррыжка черррьвя, поррра пррриступать к перррвому испытанию, - Говорящий-С-Духами ударил посохом о землю.
Бледное свечение озарило ошарашенные морды щенков.
***
Шаман привел испытуемых к отдаленному древо-дому. Позади шли старейшины и вождь. Остальные жители, вместе с гостями поселения, остались на главной площади, праздновать начало Мусабидже. Первое испытание молодые проходили без чьей либо помощи и наблюдения. Лишь кагэми, что шли рядом с серебряным фурри, было позволено присутствовать.
– Внутррри вас ждет испытание Духа, - подойдя ко входу в древо-дом, произнес шаман, - Начиная с этой минуты и до перррвых лучей нового дня, вам запрррещается спать, есть и покидать древо-дом. Как бы неудобно вам не было, вы должны оставаться внутррри. Ведь стойким Духом все нипочем и нет ничего, что может отвлечь их от целей и задач. Или, - старый усмехнулся, глядя на вождя, - искусить.
Амансиз тихо зарычал и сделал шаг по направлению к шаману, но старейшины остановили его. Говорящий-С-Духами постучал посохом по древо-дому, тем самым приглашая молодых фурри пройти внутрь. Щенки топтались на месте. Никто не решался входить первым. Хесед и Гебура посмотрели на стоящих за спиной кагэми, переглянулись и решительно потянулись к занавесе, что закрывала проход, когда их оттолкнули фурри шакалы.
– Место монгрелов позади достойных фурри, - тявкнул пришлый и сам отдернул занавесь.
Следом за ним и остальные проследовали во внутрь, толкая и пихая братьев. Когда же у входа остались лишь кагэми-фурри, Говорящий-С-Духами преградил им дорогу посохом.
– И запомните, ваша сила в вас самих, - проговорил шаман, убирая посох в сторону.
Братья кивнули и зашли в древо-дом.
Т'эрка подошла к шаману.
– И это все?
Шаман усмехнулся, отвязал суму с пояса и, отодвинув занавесь, закинул ее в древо-дом.
– Теперррь - все, - Говорящий-С-Духами направился по тропе в сторону центра поселения.
– Нам остается только ждать. Пррредлагаю перрреместиться на главную площадь. Там нас ждет еда, питье и ррразвлечения. Это поможет нам скоррротать вррремя.
Старейшины согласно покачали головой и устремились на звуки веселья.
Вождь шел впереди. Кагэми шли следом. Замыкали своеобразную процессию т'эрка и шаман.– Не беспокойся за своих дрррузей, Шептунья - проговорил шаман, - Они спррравяться. Это в их силах.
Девочка лишь молча кивнула.
***
Хесед и Гебура вошли в древо-дом. Внутри помещение оказалось куда просторнее, чем казалось. В центре, в специальном углублении в земле, горел костер. Поленья тихо потрескивали, заполняя пространство приятным запахом дыма. Вдоль стен валялись охапки трав и цветов, устилая обширное пространство древо-дома. Среди растений можно было заметить и спелые плоды местных фруктовых деревьев.
Участники испытаний разбрелись по древо-дому, осматриваясь и делясь на группки.
Трио фурри-шакалов заняли место у восточной стены, и с вызовом смотрели на собратьев. Фуррийка-койот с надкушенным ухом и ее подруга со сломанным хвостом, сели в тени у юго-западной стороны. Чуть левее стояли двое самых мелких, по комплекции, участника - фуррийка-койот с разноцветными глазами и фурри-койот с кожаным шнурком на хвосте, за который та его и держала. Две пары фурри-волков, чисто-серых и светло-коричневых, облокотились на южную стену, внимательно следя за входом напротив, но и не упуская из виду других фурри. По правую сторону от входа стояли фурри-динго. Именно их т'эрка приняла за домашних собак. Это компания из четырех самцов недобро посматривали на стоящих рядом шакалов. Неподалеку от костра неуверенно топталась троица фурриек с пятнистой шерстью бурого цвета.
Хесед и Гебура уверенно подошли к костру и сели у огня. Со всех сторон они чувствовали пристальные взгляды.
– Почему мы должны торррчать в этом месте с монгрелами?
– проворчал рыжий шакал.
– Я не желаю находится рядом с ними.
– Не желаешь - проваливай. Ты знаешь, где выход, - грозно прорычал серый фурри-волк.
– Неужели ты на их сторрроне?
– удивился Рыжий.
– Здесь каждый сам за себя и я не желаю выслушивать твое тявканье все вррремя испытания, - ответил Серый.
– У него хотя бы хватает смелости говорррить то, о чем он думает, - заметил динго с пучком травы на шее.
– Не знала, что у твоего племени есть слабость к падальщикам, - усмехнулась фуррийка с надкушенным ухом.
– Скажи еще хоть слово и я вырррву твой поганый язык!
– осклабился Пучок.
– Только попррробуй тррронуть ее!
– заступилась за подругу фуррийка со сломанным хвостом.
Со всех сторон послышалось грозное рычание. Каждый был готов атаковать другого. Испытание только началось, а уже готовилась пролиться кровь.
Разноглазка и Шнурок забились в угол. Фуррийки с пятнистым мехом дернулись в сторону. Одна из них, с поясом из перьев, наткнулась спиной на Гебуру и, ахнув, пригнулась к самой земле.
– Успокойтесь, - от голоса белого фурри веяло зимней стужей.
– Наша цель пррройти испытание. Перррегрррызть дррруг дррругу глотки мы всегда успеем. Или кто-то торрропится?
Кагэми медленно открыл закрытые до этого глаза и неспешно посмотрел на каждого из собратьев по крови. Все как один, сглотнули.