Цитадель Теней
Шрифт:
Хейнет Ган проходил испытание за испытанием. На его отражались упорство и гнев. Одна мысль билась в его голове:
"Я - лучше"
Скрепя зубами, молодой шиварец пролезал под ядовитым и шипастым вьющимся растением, чьи заросли начинались в конце "лабиринта". Обливаясь потом юноша карабкался по скалодрому и с силой задерживая дыхание, проплывал под водой сотню метров. Вынырнув из искусственного водоема, Хейнет Ган спустился в подземный туннель, имитирующий городские катакомбы. Идя в кромешной темноте, доверяя лишь своему чутью, парень пробирался вперед, словно мантру повторяя одну и туже фразу:
– Я - лучший... Я - лучший...
Впереди показался свет и Хейнет Ган выбрался на поверхность. Тяжело дыша, он огляделся. Ансацу в поле зрения не было.
– Да! Я первый! Я смог!
– шиварец вытер стекающую по лицу влагу и обернулся.
В нескольких метрах от него стоял Мастер Сатсугай и беседовал с юным Ансацу. Хоть тот и был младше, но на нем никак не отразилось прошедшее. Казалось, что полоса препятствий для него не более, чем увеселительная прогулка.
Ансацу заметил товарища и робко улыбнулся.
Для гордого Хейнет Гана это было последняя капля. Он бросился на собрата и завязалась драка. Но подчиняемый эмоциям, юноша не мог четко контролировать свои атаки и вскоре был повален на обе лопатки.
– Ты жалок, Хейнет Ган, - грозный Сатсугай навис над проигравшим учеником.
– Ты не способен признать своего поражения и быстро теряешь хладнокровие, - старший шиварец поднес клинок к волосам юноши и резким движением обрезал их.
– Ты не достоин называться Бесшумным Ходоком.
Хейнет Ган подскочил с земли и бросился прочь. Пробираясь сквозь лес, что окружал лагерь, он выбрался к открытому склону.
– Проклятье!
– кричал во все горло шиварец.
– Будь все проклято! Пусть вас всех заберет к себе Многоликая Мать и покарает Зеленоокий Отец!
– Хейнет Ган!
Юноша обернулся. Следом за ним из чащи показался Ансацу. Мальчик глубоко дышал, а движение выдавали его волнения.
– Хейнет Ган!
– срывающим голосом повторил молодой шиварец.
– Прости, Хейнет Ган, я не хотел. Я...
– Ты всегда "не хотел", - передразнил мальчика юноша, - но все они смеются надо мной! Они называют меня жалким и все из-за тебя! Ты, родившейся от неизвестного отца, всегда! Во всем!
– схватившись за головы, буквально рычал Хейнет Ган, яростно стуча ногами по земле, - Меня! Превосходишь!
Камень под ногами шиварца осыпался и Хейнет Ган полетел вниз. Ансацу бросился следом и припал к обрыву. Его собрат лежал на одном из выступов, а из его груди торчала острая ветка. Вокруг древесины клубился черный туман, а сам Хейнет Ган был в облике до-во.
Только пробудившейся кагэми поднялся на ноги, осмотрел свои руки и взглянул вверх. На его лице играла безумная улыбка.
– Я - кагэми! Я лучше, чем все они!
– смеялся Хейнет Ган.
– Они больше не станут тыкать меня в мои неудачи! Теперь ты можешь быть лучшим шиварцем, ведь я кагэми! Я прощаю тебе все прошлые обиды! Прощаю!
– Да, Хейнет Ган. Благодарю тебя, - Ансацу спрятал за спиной руки, на которых исчезали дэне эшекей.
***
– Знаете, Амо, - девочка прекратила петь и тихо заговорила, пытаясь отогнать морок, что клонил ее в сон, - а я уже бывала в пустыне. Не такой дикой, конечно, но была. Мне тогда было лет шесть. У мамы было турне...а вы знаете, что такое турне? Конечно, нет. Турне - это когда кто-то известный путешествует по миру и показывает, какой он крутой. А моя мама была очень крутой. Но вы это и сами знаете, да ведь?
– малышка взглянула на шиварца. Мужчина мирно спал.
– Но сейчас
Маленькая брюнетка дрожащей рукой указала вперед. На горизонте показалось трое огромных зверей, быстро приближающихся к стоянке кагэми. Вскоре т'эрка смогла разглядеть неожиданных гостей. Ими оказались двое фурри, бегущие по бокам от химеры в истинном обличье. На спине Хариты сидел Векс. Кагэми приблизились к девочке.
– Ребята, - улыбнулась малышка, растягивая слова, - а что вы тут делаете?
Не реагируя на слова подруги, Векс, успевший слезть с денром, окатил двух кагэми виа Сацуи водой из бурдюка. Харита же, заметив покраснения на коже т'эрки, что уже распространились на большую часть тела, тут же сорвала с колючего дерева ветку. На изломе выступил белесый сок. Им она смазала губы девочки, заставив затем и зажевать кору. Спустя пару минут, сознание маленькой брюнетки прояснилось.
– Друзья?
– малышку немного мутило.
– Что вы тут делаете? Как вы нас нашли?
– Мы верррнулись в Цитадель, как только в нашем миррре все утррряслось, - объяснял Гебура, закидывая одну руку шиврца себе на плечо. Хесед сделал тоже самое с другой стороны.
– По возвращению мы сразу же пошли искать тебя, но ни Октуш Ширр, ни Октуш Мадлен вас не видели с тех пор, как вы ушли с нами.
– Мы забеспокоились и верррнулись в Зеррркальный Зал, - продолжил за братом Хесед.
– Мы вошли в пррроход и верррнулись обррратно на Ду'Тог. Уже оттуда, Харита смогла почувствовать, куда же вас занесло.
– Нам следует покинуть этот мир. Дальнейшее нахождение в нем может привести к нашей гибели, - Векс указал на небо. К трем светилам приближалось четвертое. Тень стала угасать с невероятной скоростью.
– Скорррее!
– Гебура открыл проход. Первыми ушли Векс и Харита. Фурри коснулись друг друга лапами и их тела покрыл теневой узор. Черными провалами глаз, Хесед взглянул на малышку:
– Мы не смогли тебя тогда пррровести. Не уверррен, что получится сейчас.
– Зато у меня получится, - облизывая губы, пробормотал Ансацу.
– Подойди.
Девочка приблизилась к наставнику. Мужчина убрал руку с плеча Гебуры и взял подопечную под локоть. Тела двух Сацуи запылали дэне эшекей.
Проход сомкнулся за кагэми в тот миг, когда все четыре светила выстроились на небосводе и мир Денром покрылся толщей стекла.
***
Тени раскрыли свои чертоги, выпуская компанию кагэми.
– Мы дома, - вздохнув полной грудью, произнесла т'эрка и посмотрела на друзей. Замешательство читалось на их лицах.
– Почему мы не в Зеррркальном зале?
– Хесед аккуратно поставил шиварца на ноги.
Кагэми вышли во внутреннем дворе Цитадели, около одной из стен.
– Может поэтому?
– Гебура указал наверх.
Небосвод над головами кагэми переливался различными цветами и содрогался. В некоторых местах были трещины.
***
– Глава 28 -
***
– Что, во имя Госпожи, тут творится?
– впервые девочка видела, чтобы ее наставник, был в смятении. Шиварец, так же как и молодые кагэми, с недоумением взирал на Цитадель, что казалась абсолютно чужой.