Цитадель Теней
Шрифт:
На небосводе стало плавно появляется третье светило, убавляя и без того малую тень. Т'эрка усилила старания. Когда тень от деревьев уменьшилась на треть, малышка смогла вырыть длинное и довольно глубокое отверстие в песке. Руки ее были исцарапаны и покрыты коркой высохшей крови. К счастью девочки на глубине нескольких сантиметров песок стал влажным, прохладным и более устойчивым, так что больше не приходилось по несколько раз копать в одном и том же месте. Маленькой брюнетке даже удалось выжить немного влаги для себя и шиварца, но ее хватило только для смачивания губ. Вот только место, куда ужалил скорпион саднило, и покрылось сеточкой красных линий.
К тому моменту, когда тень уменьшилась
– Фух! Этот тяжелый, - девочка взяла очередной камень готова была уже водрузить его на такие же валуны, когда внезапно ее охватила резкая боль. Камень полетел в песок, а маленькая брюнетка припала на колени, схватившись за, пульсирующую, голову. Все ее тело охватил резкий жар, во рту пересохло, а в глазах потемнело. Дышать стало тяжело. Из легких словно вырывался поток огня.
– Что...со мной?
– сердце учащенно забилось.
Со стороны шиварца послышалось шипение. Юная кагэми подняла взгляд в тот момент, когда один из ящеров стягивал с головы мужчины тэмат. Слабо закрепленная материя поддалась, оголяя лицо Амо. Еще несколько ящеров пытались сорвать одежду старшего кагэми.
Внутри девочки словно что-то перемкнуло. Она резко подорвалась с места и накинулась на обидчиков. Она не заметила, как в ее руке появился камень, как проявились дэне эшекей, а глаза заволокло тьмой. Малышка просто избавлялась от своих врагов. Пришла она в себя только когда вокруг повисла тишина.
Маленькая брюнетка тяжело дышала. Ее губы и рот потрескались. Кагэми огляделась. Рептилии сжались в одну кучку и дрожали в страхе, а прямо перед девочкой лежало растерзанное тело одного из них. Голова его превратилась в одну буро-красную кашецу. Девочка смотрела на бегущую кровь. Непроизвольно она сглотнула и облизала пересохшие губы. В следующее мгновение малышка припала ртом к живительной жидкости. Внутреннее естество ребенка противилось этому, но инстинкт самосохранения преодолел отвращение. Горячая кровь стекала по горлу девочки, утоляя жажду, возвращая силы. В поле зрение юной кагэми попал Амо. Повязка была сорвана и девочка увидела безжизненное лицо наставника. Подойдя к нему и спустившись в яму, т'эрка прислонилась спиной к прохладной стене, уложила голову Ансацу на колени и поднесла к его рту тушку ящера. Кровь стекала по сомкнутым губам, подчеркивая бледность шиварца. Юная кагэми силой разжала челюсть мужчины и вновь приблизила к нему тело рептилии. В этот раз влага попадала в рот Амо. Не приходя в себя, Ансацу пил кровь как простую воду.
Девочка вздохнула с облегчением и только тут заметила, что красные нити расползались от укуса уже по всей руке. Пытаясь отвлечься от происходящего, малышка тихо запела слова из колыбельной, что так любила играть ее мама.
В кривом Зеркале жила она,
Там, где в бездне тонут облака,
Там, где вечно полная луна,
Где любой смертный тронется ума,
Там горела лишь одна звезда,
На темном небе вечно холодна,
В кривом зеркале жила она,
В пустыне на одиночество обречена,
Засыпала Тень на облаках,
Что росли на зыбчатых песках,
В тишине постелью был ей прах,
А музыка писалась на слезах,
Кошмары снились ей в ночах,
Являлся только старенький монах,
И что-то страшное в его словах,
Вещалось ей в её кошмарных снах,
Но ты не бойся, крошка, засыпай,
Тебе во сне привидится
январь,Снега бушуйные и белоснежный рай,
Спи маленькая, детка, засыпай,
И в Зеркале кривом проснется май,
И в солнце ярком озарится край,
В котором Тень живет, ты только знай,
Она умрет, а ты не бойся, засыпай.
***
Кунай с красной обмоткой четко вошел в "яблочко". Несколько сюрикэнов отмеченных синей краской, вошли на пару метров ниже цели.
– Опять Ансацу превзошел Хейнет Гана, - несколько молодых шиварцев, тренировавшихся с кусаригами, отвлеклись, глядя на пару шиварцев у деревянных мишеней.
Тренировочный лагерь, в котором занимались все мужчины расы шивар в возрасте от семи лет до пятнадцати, представлял собой огромную полосу препятствий под открытым небом, включающий в себя множество испытаний ловкости, силы и реакции. Так же здесь находились ристалище и стрельбище с различными видами холодного и метательно-стрелкового оружия. Всюду проходили занятия, обучающие шиварцев их основному ремеслу - убийству. С ранних лет молодые юноши начинали жить в лагере и впитывали в себя навыки убийц под руководством старших мужчин.
Вот и сейчас за занятиями молодняка следил старый опытный Мастер Сатсугай.
– Ты не верно держишь руку при броске, - Сатсугай плашмя ударил ученика мечом по локтю.
– Одни и те же ошибки из раза в раз.
– Да, Мастер Сатсугай, - Хейнет Ган склонил голову перед учителем.
– Ансацу всего восемь, - послышалось из-за спины юноши, - а он уже во много превосходит Хейнет Гана, а ведь тому остался обучаться всего год.
Хейнет Ган зло оскалился и обернулся. Компания мальчишек, младше его на пару лет, тихо посмеивалась.
– Если у вас есть силы на болтовню, значит их достаточно и для лишней нагрузки, - высказывание молодых учеников не остались незамеченными старым Мастером.
– Пятьдесят кругов вокруг лагеря, сейчас же.
– Да, Мастер Сатсугай, - поникшим голосом произнесли мальчишки и побежали.
– А вы, - Сатсугай обратился к Хейнет Гану и Ансацу, - на полосу. Бесшумный Ходок должен быть не только метким, но и ловким. Вперед.
Двое шиварцев заняли свои позиции в исходной точке полосы препятствий и по сигналу старшего учителя начали ее преодоление.
Первым препятствием был так называемый "бесшумный участок" - полоса протяженностью до пятнадцати метров, поделенная на участки с мелким камнем, битой керамикой и стеклом и сухими кустарниками. Испытуемым следовало как можно быстрее и тише преодолеть его. Хейнет Ган уверено ступал по камням, перенося свой вес с ноги на ногу. Он не смотрел на своего соперника. Он не желал его видеть. Главное для него сейчас было выиграть во что бы то ни стало.
Участок с керамикой дался юноше сложнее. Несколько осколков хрустнули и осыпались, не выдержав веса парня. Один из кустарников так вообще зацепился за одежды. Хейнет Ган заскрежетал зубами. Каждый промах добавлял ему штрафных очков.
"Бесшумный участок" заканчивался зданием, в которое нужно было проникнуть, взобравшись по стене в закрытое окно. Вытащив из-за пояса пару кам, Хейнет Ган цеплялся ими в цели между камнями в стене и довольно быстро и легко прошел этот этап испытания.
"Кто бы что не говорил, я лучше тебя", - мелькнуло в голове молодого шиварца.
Выпрыгнув из окна с другой стороны здания и поразив предполагаемого противника сюрикэном, юноша продолжил путь.
Следующий участок был самым сложным, так как представлял из себя сращу несколько препятствий: проход по наклонным доскам, "болотные кочки", "сломанная лестница", подвесной мост, бревно подвешенное на цепях, цепь для спуска и "лабиринт" в конце.