Чтение онлайн

– Это вольпы, - говорит он негромко, - молитесь, кто умеет.

И отворачивается обратно. Воронье, словно только этих слов и ожидало, вдруг срывается и, громко каркая и хлопая крыльями, разлетается. И теперь уже ничто, к сожалению, не мешает разглядеть их необычные насесты. Трупы. Детские. Числом двенадцать, насажены на колья. Все раздеты догола, у некоторых не хватает рук или ног. Над ними уже порядком потрудилось воронье, совершенно изуродовав черты их лиц, но одну деталь вороны "стереть" не успели: нарисованные углем широкие - от уха до уха - улыбки.

– Что же это?
– спрашивает Дин

совершенно беспомощным голосом и всхлипывает. Ворчун отвешивает ему такую затрещину, что Дин кубарем летит в щедро припорошенную пеплом придорожную пыль.

– Длинный, сними трупы, сложи в сторонке и прикрой чем-нибудь. Потом похороним. Если будет кому. Будь осторожен, там наверняка ловушки. Страх, Птица, идите к обозу, принесите кольчуги и арбалеты на каждого.

– А мы разве не в лес идём?
– недоумевает Децим, получивший кличку "Птица" за попытку сбежать через окно третьего этажа от неожиданно появившегося ревнивого мужа.

Ворчун смеривает его тяжёлым взглядом.

– Ты сколько раз вольпов чистил?

– Ни разу...

– Тогда засохни и топай к обозу. И заткните уже кто-нибудь эту мерзкую кошку! Шелест!

– А!
– я встряхиваюсь, с трудом отвожу взгляд в сторону и смотрю на лейтенанта, - кошку? Заткнуть? Как?

Ворчун хмурится, кривит губами.

– Нет. Не кошку. К лешему кошку! Найди Весельчака и Цезаря, пусть идут сюда. Им надо на это посмотреть.

Ван-Весельчак и Юлий по кличке "Цезарь" - это остальные лейтенанты нашего отряда. Нас здесь тридцать егерей и три лейтенанта - а это, между прочим, немало. Я делаю шаг в сторону, но потом останавливаюсь и задаю мучающий меня вопрос:

– Почему...

– Что почему?
– Лейтенант не даёт мне и рта открыть, - Потому что они хотят, чтобы ты сдох! И чем больше ты думаешь о всякой... хрени, тем они к своей цели ближе!

Это он не столько мне, сколько поднявшемуся с земли Дину.

– Я не об этом, - говорю я, - почему... улыбки?

– А... Потому что они над нами смеются. Вольпы. А еще это значит, что ничего не кончилось. В деревне их нет, но они далеко не ушли. Они хотят нашей крови, они ждут нас. И это - очень плохо. Потому что вольп не отказывается от драки только тогда, когда полностью уверен в своей победе.

– Понятно, - киваю я и топаю по бывшей улице в сторону тракта. В деревню только наш сквад пошёл. Два остальных должны были окружить её плотным кольцом, на случай, если предположительно еще хозяйничающие в деревне бестии решат оттуда драпануть. Так что Ван с Юлием могли быть где угодно - но я всё равно пошёл уже хоженой дорогой. Я понимаю, что остальные здешние улицы ничем от той, по которой мы от тракта сюда пришли, не отличаются. Да и Гай вон - уверен, что все вольпы из деревни ушли, а он уже шесть лет как лейтенант и зря слов на ветер не бросает. Но всё равно - эта улица мне более безопасной кажется. Да и на площадь мне, признаться, выходить не хотелось. Хорошо, что трупами заняться Гай Марку поручил. Мог ведь и мне - и куда б я делся? Возился бы сейчас, рыча от бессильной злости и пытаясь удержать в желудке скудный походный завтрак.

Лейтенантов, однако же, я нашёл прямо у тракта. Даже искать их не пришлось - вышел к нашим повозкам, да сразу их и увидел. Ван сидел

на земле и придерживал руками какой-то большой свиток, а Юлий, уперев руки в колени, нависал над ним и что-то там усердно выглядывал. Неподалёку переминался с ноги на ногу Кипарис - длинный и худой, как жердина, егерь из сквада Юлия. Услышав мои шаги, Ван поднял голову и посмотрел на меня вопросительно.

– Ворчун просил подойти, - сказал я, - обоих. Он там, на площади, и там...

Я замялся. Юлий выпрямился, посмотрел на меня холодным оценивающим взглядом.

– Дети на кольях?

– Ага, - кивнул я, радуясь, что не придется объяснять, зачем Гай их зовёт.

– Я же говорил, - Юлий посмотрел на Вана, - дом Шейрас, их почерк. Пойдём, Весельчак, поговорим с Ворчуном. Подумаем, как дальше быть.

Ван отпустил, не замедливший свернуться, свиток, подобрал его, сунул под мышку и оба лейтенанта быстро ушли по дороге. Я наладился было за ними, но задержался - Ван с Юлием определённо уже знали, с кем нам придётся иметь дело. Откуда?

– На следы наткнулись?
– почти утверждая, спросил я у Кипариса.

– Угу, - кивнул он, - рыл десять-двенадцать. К холмам ушли, на юг.

– Точно? Не больше?

Кипарис пожал плечами.

– Мне откуда знать, я их не считал. Так Проныра сказал. Не больше пятнадцати, говорит.

Я вздохнул с облегчением: Проныра - следопыт бывалый. Раз он сказал "не больше пятнадцати", значит - так оно и есть. А еще это значит...

– Ну да, - я торжествующе улыбнулся, - не могли же они знать, что нас тут три сквада вместо одного окажется. Ну теперь-то уж мы им поджарим хвосты, тварям проклятым.

Сквад Арле десять егерей насчитывал и одного лейтенанта - Юлия. Район этот довольно безопасным считался, здесь уже лет пять ни одного нападения бестий не случалось. Не окажись в Арле случайно еще двух сквадов, в Фракию направлявшихся, Юлий со своей десяткой только и пошёл бы в деревню. Здесь бы они все и полегли, несомненно.

– Ты их поймай сначала, - скептически отозвался Кипарис, - я думаю, они уже узнали, что нас три десятка вместо одного. И удрали, конечно же - это ж вольпы. Уже вторую сотню стадий, небось, разменивают.

От повозок послышался громкий металлический лязг. Я повернул голову и встретился глазами с Птицей. Он с натугой перевалил через борт повозки кучу кольчуг и поманил меня пальцем.

– Шелест, подь сюды!

– Зачем?

– Ты совсем страх потерял?
– а это Страх. Спрыгнул с другой стороны повозки, держа за рога одиннадцать арбалетов - пять в левой и шесть в правой.

– Поможешь Птице кольчуги нести. И не спорь. А то мне страх как хочется кому-нибудь рожу начистить, так что не давай повода.

Я вздохнул и пошёл к повозкам.

Тяжелые они, кольчуги. Мин тридцать каждая весит. Не знаю как Птица, но я весь вымок, пока свои шесть штук обратно до площади дотащил. Огляделся, отметил с облегчением, что колья уже опустели, нашел взглядом негромко о чем-то разговаривающих лейтенантов, и, подойдя к ним пасов на десять, с грохотом ссыпал кольчуги на землю. Птица сделал то же самое. Ворчун посмотрел на нас тяжёлым взглядом.

– Одевайте. Арбалет каждый возьмите и болтов с десяток, - вздохнул, - больше точно не потребуется.