Чудовище Цеплин
Шрифт:
Хозяин конюшни был рад возвращению Арпада. Тот с запозданием понял, что мог и не торопиться: в зимнее время приобретением лошадей мало кто интересуется. Пару недель назад, когда все охотники рвались в Игерон, спрос на тяговую силу был огромный, но не теперь.
— Кто-то раньше времени вернулся с драконьей охоты? — удивлённо спросил Арпад у конюха. — Или в посёлке есть гости кроме меня?
— Откуда мне знать? — тот явно не понял, почему этот вопрос задают именно ему.
Лошадей было заметно больше, чем три недели назад, когда Арпад и Нора собирались идти в пустыню. Выглянув через ворота, Арпад обнаружил на заднем дворе две большие крытые повозки, которых также раньше не было.
— Чьи это?
— Мои, —
— Нет, нет, — поспешил остановить его Арпад, пока он не потратил ещё больше сил на заведомо бесперспективную рекламу. — В прошлый раз, когда я был здесь, их не было. И я решил, что кто-то их брал для охоты, чтобы перевозить разделанные части дракона.
Теперь он понял, что ошибся. Не было смысла гнать повозки так далеко: в Игероне наверняка найдётся достаточно подходящих телег и лошадей. Кроме того, готовиться к перевозке туши до того, как дракон будет сражён — дурная примета. И это уже не говоря о том, что никто не знает, где именно эти повозки потом понадобятся.
— Нет, их брал Иштван несколько недель назад. Я ещё удивился, на кой чёрт они ему понадобились посреди зимы, спросил, не собирается ли их семейка переезжать. Если так, повозки я бы ему не дал: где бы я искал их потом?
— Иштван Месарош? — с подозрением уточнил Арпад.
— Он самый, — подтвердил хозяин конюшни. — Единственный из их семейки, с кем можно иметь дело. Остальные — что гемофилы, что миньоны — заносчивые сволочи.
Арпад нахмурился. Йерне деликатно умолчала о том, что Иштван ехал, мягко говоря, не налегке.
— И зачем ему понадобились повозки, он не сказал?
— Сказал, что собирается отвезти кое-что на продажу, — равнодушно пожал плечами хозяин. — В прошлом году они у меня их часто брали…
— Именно эти? — допытывался Арпад.
Теперь он уже вышел на задний двор и внимательно осматривал повозки. Они были припорошены свежим снегом, и никаких следов не было видно. Вот только предназначались они для перевозки людей, а не грузов.
— Нет, раньше брали вот эту, — хозяин кивнул на лёгкую повозку, с одной лишь скамьей для кучера и брезентом, чтобы накрыть возможный груз. Это было больше похоже на правду. Какой смысл брать более тяжелую повозку, с высокими стенками и крышей? — Ох и поминал я его недобрым словом, когда пришла весть о драконе! — продолжил хозяин. — Я ведь мог заработать на лошадях втрое больше, чем Иштван мне заплатил! Но, когда я пришел к Йерне, она вошла в моё положение, и заплатила мне за обеих лошадей столько, сколько я потерял. Раньше я её побаивался, признаюсь, но она на удивление легко уступила.
— Обеих?
Арпад нахмурился. Каждая повозка была слишком большой, чтобы одна лошадь могла её потянуть. А если с нагрузкой — то и две могут не справиться. Значит, им было нужно как минимум четыре лошади. Арпад был уверен, что Месарош не держали лошадей — запах слишком сильный, чтобы кровососы могли находиться с конюшней по соседству. Но где же они тогда взяли ещё двух лошадей?
— Их гостьи, которые прибыли к ним незадолго до этого, сказали впрячь их лошадок, — пояснил конюх на вопрос Арпада. — Хорошие лошадки, крепкие и послушные.
— Они назвали свои имена? — спросил Арпад.
— Кто, лошадки? — озадаченно переспросил хозяин.
Арпад посмотрел на него озадаченно, но так и не понял, шутит он или издевается.
— Нет, гостьи.
Хозяин покачал головой.
— Имена мне нужны только если берут напрокат. Чтобы оставить лошадь на сохранение, нужен задаток на прокорм и за уход. Я уж о них хорошо забочусь…
Арпад кивнул. Конюшни действительно были чистые, вода в поилках свежая. Нечасто он встречал такую добросовестность.
— Коняги — моя единственная
любовь, — с нежностью в голосе сказал хозяин, ласково хлопая по шее кобылку, которая потянулась к нему из стойла. — Благородные животины, умные, как люди, и каждая со своим характером…Арпад понял, что рискует нарваться на очень долгую и захватывающую историю отношений и поспешил вернуться к интересующей его теме.
— Откуда они приехали, не говорили? — спросил он и уточнил на всякий случай: — Гостьи.
Хозяин покачал головой.
— Я лишних вопросов не задаю — это людей раздражает, особенно если они уставшие с дороги. А эти две уставшие были. И лошади хорошо так набегались — видно было. Я уж о них позаботился…
— И приехали они к Месарош, это вы точно знаете?
— Ну как же я могу точно знать? Во второй раз они пришли ко мне вместе с Иштваном — и тут же уехали. Больше я их не видел.
— То есть они с Иштваном отправились, так?
— Да не знаю я! В конюшне — моя территория, и я за всем слежу. Снаружи — не моя, так что и не спрашивайте.
Арпад понял, что выудил из этого человека всё, что мог. Но даже это было больше того, на что он рассчитывал. Да уж, Йерне и Иштвану придётся ответить на несколько неудобных вопросов… и кто же были эти две гостьи? Скорее всего, ещё одна гемофил клана с миньоном. Но кто именно, и зачем они здесь? И почему вскоре после их приезда Иштвану понадобилось тащить эти две повозки в Ункуд? Что он в них вез?
Арпад боялся даже вообразить ответ на последний вопрос. Ему в душу закралось дурное предчувствие, и здравый смысл требовал немедленно забрать Нору и вернуться в Грэйсэнд за подкреплением. Но его интуитивного беспокойства будет явно недостаточно, чтобы оправдать девчонку, поэтому Арпад решил не принимать поспешных решений, а хотя бы немного поразмыслить над новой информацией, которую предоставил хозяин конюшни. Глупо получится, если он поднимет шум, а потом окажется, что повозки Иштван использовал для какой-то абсолютно заурядной цели.
Наутро ситуация не стала выглядеть иначе, и Арпад решился наведаться к Йерне. Тащить в поместье кровососов девчонку казалось не слишком хорошей идеей, и он снова запер её в комнате в трактире, предупредив, однако, хозяина и дежурного гардиана, чтобы сообщили в гильдию охотников, если он не вернется или если с ним что-нибудь случится. Однако опасения были напрасными — Йерне отказалась его принять, и его даже в дом не пустили.
Злой как сто чертей, Арпад вернулся в трактир и обнаружил, что курьер уже уехал. Теперь, чтобы отправить в гильдию запрос на лицензию, ему придётся ждать целый день. Что ж, это время он не собирался тратить впустую. Он решил опросить местных жителей — возможно, кто-то и видел, по какой дороге приехали таинственные гостьи Месарош и что именно вёз в повозках Иштван. Теперь уж Арпад взял с собой Нору: это было, пожалуй, единственное преимущество, которым обладали женщины-охотники перед мужчинами. Им всегда было легче подключиться к системе местных сплетен и получить больше информации.
Проблема была в том, что гемофилы интересовали людей до неприличия мало. Если Месарош и пакостили где-то, то явно не здесь. Несколько раз им попадались семьи, которые сетовали на то, что кровососы забрали их детей, но на поверку оказывалось, что "дети" были совершеннолетними, и выбор свой сделали свободно. Что ж, это было законно, хотя и трагично для личности, попавшей в зависимость. Тут Нора и Арпад ничего сделать не могли. Было ещё несколько жалоб на исчезновения людей, но поводов обвинять Месарош не было: их не видели в компании пропавших, исчезнувшие люди не выказывали желания так или иначе примкнуть к гемофилам… более того, один из пропавших обладал устойчивостью к харизме, другой был больным стариком — а такими кровососы, как правило, брезговали.