Чтение онлайн

19-го марта, двигаясь необычайно быстро, мы достигли мыса Запад и повернули на юго-запад, стараясь двигаться ближе к берегу – Денис опасался встретить в этих водах пиратов, которые облюбовали западное побережье Вамина и хозяйничали здесь, бесстрашно нападая на все суда без разбору. Особенно Денис не хотел встречаться с английскими кораблями и порой подолгу стоял на шканцах или даже взбирался на марс, оглядывая горизонт. Хотя, быть может, он искал глазами как раз-таки английское знакомое судно, которое могло везти Барреттов. Но эта часть моря была пустынной, как и побережье, дикое, заросшее непроходимыми лесами, тянувшихся

по простору Российской Империи с запада на восток непрерывно.

Ветер дул противный, с юга, но, тем не менее, двигался галеон быстрее, чем гоночная яхта. А всему виной сила Дениса над стихией воды, невесть как оказавшейся у него.

Два раза нас настигала буря, во время которого Денис не спал по двое суток, контролируя море вокруг. Было очень странно наблюдать за водой, почти спокойно плескавшейся за бортом, хотя за километр от нас бушевала грозная стихия, которая могла бы сильно затормозить плавание.

Я, впервые переживавшая бурю в море, не могла спокойно сидеть в каюте и, несмотря на громкие протесты капитана, как всегда раздраженного и холодного, поднималась на верхнюю палубу и стояла у штурвала, с трудом удерживаясь на ногах от сильной качки.

Один раз корабль накрыло огромной волной, которую Денису не удалось сдержать – так трудно было ему бороться со стихией. Вода смела с палубы все, что не было привязано или не прикреплено. Я, непредусмотрительно не державшаяся за перилла, оказалась бы за бортом, если бы Денис не схватил меня за локоть и притянул к себе, попутно обругав меня. Волна, обрушилась на галеон, чуть не перевернув его, и все промокли до нитки.

Вода ушла, а я стояла, прижатая к груди Дениса, слегка ошарашенная. Поняв, что опасность прошла, я вырвалась из своеобразных объятий Дениса и наткнулась на его грозный взгляд.

– Спасибо, - пискнула я.

– Я же сказал тебе не выходить! – резко и громко проговорил Денис, не замечая, что волны вокруг продолжают расти. – А если бы тебя скинуло в воду?

Я сдержала за зубами дерзкие слова, готовые сорваться в ответ, но я всего лишь улыбнулась, показав рокерскую “козу” хмурому капитану. Волосы как у меня, так и у него, были мокрыми. Я усмехнулась, узрев забавный “ежик” у него на голове.

– Красавчик, - со все той же ухмылкой проговорила я, желая, чтобы Денис перестал быть таким сердитым. А потом уже засмеялась от того, что мне стало смешно.

Он сначала не понял моих слов, и только тогда, когда я указала ему рукой на волосы, слегка подросшие с того времени, как мы впервые встретились, пожал плечами.

– Я красавчик, а ты как облезший котенок, - ответил на это Денис, однако взгляд у него потеплел. Я возмутилась и выговорила много чего нелестного в его адрес, но парень отвлёкся на волны, с трудом успокоив их. Позже он сказал, что трудно уследить за всем сразу.

Когда он не дежурил и отдыхал, он либо спал в своей каюте, либо звал меня к себе в компанию.

– Ты единственный человек из моего мира, с которым можно нормально общаться без всякого этикета, - объяснил он мне однажды, - несмотря на твои заскоки и нытье.

– Я не ною! – воскликнула я, скрестив руки на груди. – И заскоки не у меня, а у кого-то другого.

Он вынудил меня рассказать о своей земной жизни: где я училась, что любила делать, какая у меня семья и где жила. Удивился, когда я сказала, что с детства занимаюсь музыкой и играю на многих инструментах.

Я

тоже кое-что узнала о новоявленном приятеле, с которым мы мало-помалу сближались. Я непроизвольно искала общества с ним, он – со мной; мы словно бы старались отгородиться от внешнего чужого мира, в который попали не по воле. То же самое я чувствовала в Казани с Ником, не заводя новые близкие отношения и не ища подруг, общаясь только с другом из Земли.

На корабле я сошлась со всеми моряками, но по-настоящему доверяла только своему соотечественнику. Меня забавляло то, как он относится ко мне – как к маленькому ребенку, хотя порой это доводило до белого каления. Он вообще умел хорошо выводить, этот странный неразговорчивый обычно парень.

А первого этнара на горизонте появился корабль. Дело вроде бы обычное, хотя в здешних местах нечасто встречаются суда. Но я ясно увидела, как Денис напрягся, когда марсовой объявил, что на флагштоке развевается флаг Великой Британии.

– Наверное, грузовое судно в Россию плывет, - сказала я, не воспринимая корабль всерьез. Но уже через полчаса стало ясно, что этот корабль направляется именно к нам на всех парусах, раздуваемых попутным ветром. Денис, поняв это, созвал всю команду наверх.

– Глядите в оба, - сказал он только, явно что-то предчувствуя.

– Денис, неужели ты что-то плохое подозреваешь? – спросила я его тихо.

– Я уже видел этот корабль раньше, - хмуро отозвался Денис. – Да. Это один из галеонов Ориана Барретта.

– Так это он на корабле?

– Нет. Он уплыл с семьей на галеоне. А это бриг.

Денис велел приспустить паруса еще больше, а сам он перестал направлять течение в нужную сторону. «Стрела» медленно сбавляла ход.

Спустя час бриг приблизился почти вплотную. Никто за это время не покидал палубы, хотя от жары смола растопилась на периллах и фальшборте корабля.

– Нам подают знаки, капитан! – крикнул один матрос, взобравшийся на ванты. – Английские!

– Переводи, - велел Денис. На капитанском мостике брига стоял какой-то человек и размахивал сигнальными флажками.

– Просят разрешение погостить, капитан! – доложил матрос звучным голосом.

– Эй, кто там разбирается в сигналах! Передайте, что мы ждем визита, - приказал громовым голосом Денис так, что я чуть не оглохла. Наверное, его слышали на соседнем судне.

Вскоре от брига, находящегося в полукилометре от нас – море было не совсем спокойным, оттого корабли старались держаться друг от друга подальше – с убранными парусами, отделилась шестивесельная шлюпка. Несясь стремительно на волнах, она вскоре остановилась с права по борту галеона, стукаясь о корму.

Матросы помогли взобраться гостям на палубу. Возглавлял их темноволосый субъект лет тридцати пяти, не очень высокий, но сильный. На его щеках была многодневная щетина, темные вьющиеся волосы скрыты под платком. Он окинул острым взором присутствующих на палубе, потом повернулся к напряженному Адольскому. Тот, едва завидев мужчину, воскликнул удивленно:

– Грем Альфред!

Глава 12

Грем Альфред отсалютовал двумя пальцами Денису, который улыбнулся уголками губ при виде знакомого. Я, знавшая этого человека только по рассказам Дениса, с живым любопытством посмотрела на Грема. Он ведь тоже из Земли, хоть и не русский.