Чтение онлайн

— Что случилось?

Адайн тоже осмотрелась и ответила ещё тише:

— Я не знаю. Может быть, отец что-то заподозрил? И ещё… Вир знает, что мы задумали. Он обещал помочь, но… — она замялась. — Он девять лет прожил без демона и каждый год, изо дня в день, мечтал о мести. Я не знаю, что должно произойти, чтобы Вир отказался от плана.

Девушка сделала несколько больших укусов — только с одной стороны яблока, чтобы побыстрее добраться до косточек.

— Но что он может сделать?

— Я не знаю. Так или иначе, времени у нас немного. Кай собирается в Чёрный дом, а я должна

проверить отца.

Адайн выковыряла косточки и крепко сжала в кулаке. Нужно о себе позаботиться. Если ничего, связанного с землёй, рядом не окажется, она станет беспомощна, а сегодня сила могла понадобиться.

— Проверить?

Адайн огрызнулась:

— Да, или ты что, хочешь вечно сидеть и ничего не делать? Отец говорил, что сегодня собирается Совет. Он скоро уедет.

Эль кивнула и решительно ответила:

— Я тебе помогу. Мы должны попасть в кабинет отца. Это не так сложно, — Эль покраснела. — Я уже делала это. Если он что-то прячет, то только там.

Адайн кивнула.

— Хорошо. Тогда ждём, когда отец уедет.

Он не заставил себя ждать. Эль выглянула в окно и сообщила:

— Отец выехал за ворота, — она встала напротив Адайн и стала деловито рассказывать: — До Дома Совета ехать около двадцати минут, столько же на дорогу назад. Собрания всегда длятся не меньше часа. Из всех слуг отец только Хамре доверяет прибираться у него. Ключ от кабинета он всегда носит с собой, а вот она — нет. Скоро Хамра должна отправиться на рынок, и тогда-то мы сможем зайти.

Адайн с удовольствием рассмеялась.

— Ты — часть Крысиного совета.

Эль улыбнулась, точно хитрый лисёнок.

— Отец слишком много молчал, и я пыталась узнать правду сама.

Минут через пятнадцать или двадцать Эль снова сообщила:

— Они уходят.

Адайн подскочила к окну и увидела, что по дорожке сада бодрым шагом шла Хамра, а следом за ней спешила девчонка с большой корзиной для продуктов.

— А как ты попадёшь в её комнату? — с сомнением спросила Адайн.

— Хамра скрывает это от всех, но я замечала, что она начала путаться и забывать. Поэтому она не запирает свою дверь и не носит ключи с собой — они уже не раз терялись. Отца часто нет дома, а на меня слуги привыкли не обращать внимание, но я ведь есть, и я не слепая и не глухая, — Эль привычным движением задрала подбородок повыше, в глазах сверкнул гневный огонёк.

Они подождали ещё немного, затем Эль ушла. Вернувшись, она раскрыла ладонь и показала длинный ключ. Девушки посмотрели друг на друга, а затем вышли из комнаты и добежали до другого конца коридора — к кабинету отца.

Снизу доносились голоса слуг, но на втором этаже было тихо. Адайн встала рядом с лестницей, а Эль в это время аккуратно отперла дверь и быстро шмыгнула внутрь. Адайн бросила ещё один взгляд на ступени — никого — и зашла следом.

Как и всё в доме, кабинет отца мало соответствовал словам Церкви об отказе от роскоши. По шкафам и столу из красного дуба было ясно, что стоили они не один десяток тысяч киринов, а таких роскошных бордовых кресел Адайн никогда не видела. Целая стена была заставлена книгами, и все они шли, как на подбор: в кожаных обложках с золотыми надписями. То тут, то там

на полках стояли разные безделушки: массивные часы в медной оправе, статуэтка ворона из чёрного камня, янтарная лампа в виде женщины, сложившей руки в молитве.

Рядом со столом стоял глобус. Адайн уже видела такие: стоило потянуть верхнюю часть, и он открывался.

Пока Эль запирала дверь изнутри, Адайн подскочила к глобусу и открыла его. Внутри оказался целый ворох исписанных листов. Она схватила их и стала жадно скользить взглядом по строкам, но ничего, кроме длинных рядов цифр и имён рядом с ними, не увидела. Адайн бросила их назад и с шумом закрыла глобус. Эль укоризненно посмотрела на неё.

— Давай будем тише.

— Я не знаю, что искать, — Адайн, раздраженно пробурчав, подошла к столу.

— Всё что угодно против отца, — решительно ответила Эль и потёрла руку, где недавно красовался синяк.

Встав рядом с книгами, она начала поочерёдно переворачивать каждую из них. Несколько раз из них вылетали листики, но те оказывались просто закладками или случайными записками.

Адайн села в кресло и открыла первый шкафчик в столе. Там лежали портсигар и книга. Она быстро пролистнула страницы, дотронулась до изящного узора на крышке портсигара и закрыла шкаф.

Следующий оказался заперт. Адайн провела пальцем вокруг замка. Дерево и металл. Учитель говорил, что магия земли позволяла подчинять даже металл, но он никак не поддавался ей. В отличие от дерева.

Одной рукой Адайн прикоснулась к дверце. На другой переплела указательный и средний пальцы. Виски сдавило от боли — так было всегда, если она долго не пользовалась магией.

Адайн выбрала одну точку на дверце и взглядом сосредоточилась на ней. Затем резко сжала большой, указательный и средний пальцы и повела ими вниз. Кончики закололо, а дерево начало сыпаться мелкой крошкой.

Эль обернулась на шум и подскочила.

— Что ты делаешь? Как мы это объясним?

Адайн продолжала тянуть пальцы вниз. Она медленно ответила, стараясь не потерять связь:

— Никак. Я не уверена, что вечером мы ещё будем здесь. Если мы не найдём ничего, то что нас держит?

Эль растерянно кивнула и вернулась к книгам.

Дерево стало не толще бумаги, и Адайн сорвала его, как крышку. Внутри лежала кипа писем. Адайн стала по очереди брать их и читать.

— Кто такой Амран Я-Дескал?

Эль обернулась.

— Глава Северной Церкви.

— Он, — Адайн замешкалась. Она не могла сказать «мой» и не могла сказать «наш». — Родственник?

— Дальний. Эта ветвь рода «Я» отделилась уже давно.

Адайн кивнула. Обычное приглашение на вечер по поводу рождения сына. Следом шло письмо от Крейна У-Дрисана. Торговая гильдия хотела оплатить ремонт Западной Церкви, а взамен просила снижения церковного налога для себя. Глава предлагал встретиться и обсудить этот вопрос. Адайн раздражённо отбросила письмо и взялась за следующее, а затем ещё одно и ещё.

Весь ворох она засунула назад и принялась за третий, самый нижний, шкафчик. Адайн погладила дерево рукой, прощупывая его. Затем одну руку положила на поверхность, а на другой переплела пальцы в нужном жесте.