Чтение онлайн

То есть, стражники сообщили им, как только Рикайя произнесла имена.

– Почему король не убил Кадавроса?

Анатолис закатил глаза и покачал головой. Он вздрогнул и выдал душераздирающий крик за ладонью Зевандера. Его тело сотрясалось от мучений. Крики продолжались, и Зевандер сжал губы еще сильнее.

– Скажи мне, и это прекратится! — прорычал он.

Но это не помогло. Зевандер вытащил скорпиона, который выполз из мантии мага, но Анатолис все еще кричал. Его глаза закатились, и он рухнул на колени. Красный, желеобразный кусок вылез из его рта, когда он задыхался, и вылился на землю.

Маевит вздрогнула и отскочила назад.

За

первым куском последовал еще один, разбрызгавшись по мокрым камням.

Органы. Что-то атаковало его органы. Заклинание, чтобы он не мог говорить.

Анатолис упал лицом вниз, кровь сочилась из его губ.

– Скорпион убил его? — в голосе Маэвит слышалась дрожащая паника.

– Нет. Но это не имеет значения. Я все равно собирался его убить.

Зевандер опустился на колени рядом с магом и начал рыться в карманах в поисках порошка вивикантем.

Вдали раздался грохот, и он замер, обратив взгляд в сторону шума.

Он схватил Маэвит за руку и потянул ее обратно к входу в замок, где имперские гвардейцы мчались к воротам. Пламя перекинулось через каменную преграду, охватив палатки и солому, разбросанную по двору.

– Сельские жители! — крикнул один из гвардейцев.
– Они атакуют!

Восстание.

– Что это? Что происходит? — спросила Маэвит, и Зевандер оглянулся и увидел, как вокруг нее снуют люди, а она подняла руки, чтобы защититься от их доспехов и оружия. Солдаты соласиона вместе с имперской гвардией направились к воротам, а гости «Становления» бросились в замок, чтобы укрыться.

Хаотичная суматоха толпы.

Зевандер поднял ее на руки и понес в замок, который был переполнен гостями, врывавшимися из двора. Пока она цеплялась за его шею, он искал Рикайю и Торрина и обнаружил их забаррикадированными в углу.

Быстрыми шагами Зевандер пробился сквозь толпу, держа Маэвит на руках, и подошел к ним.
– Идите по коридору к западной башне и сделайте кливинг в Эйдолон.
– Его голос едва слышался из-за шума криков позади них. Он осторожно поставил Маэвит на ноги.

– А как же ты? — крикнула Рикайя.

– Я должен найти Дорджана. Оставайся с Торрином. А теперь идите!

Трое пошли по коридору, как он велел, а Маэвит оглядывалась на него, пока Рикайя тащила ее за собой.

Зевандер выдохнул раздраженный вздох, обратившись к неуправляемой толпе.
– Блядь.

ГЛАВА 53 МАЭВИТ

Рикайя потянула меня за собой, а я смотрела, как Зевандер исчезает в суматохе. Голос в моей голове говорил мне, что я должна остаться с ним. Что с ним я в безопасности. Но вместо этого я поспешила за Рикайей и Торрином, которые искали тихое место, чтобы пройти, подальше от тех, кто мог бы последовать за нами.

Рикайя бросилась к темному углу, и в тот момент, когда она прикоснулась пальцем к камню, звук приближающихся шагов предупредил нас, что кто-то идет с другой стороны. Четыре фигуры в золотых доспехах приближались к нам — стражники соласиона.

– Уходи, — сказал Торрин, обходя ее в направлении шагов.
–

Я разберусь с ними.

Подойдя к ним, он снял перчатки, отбросил их в сторону и сдернул плащ, чтобы достать короткий, но грозно выглядящий клинок, пристегнутый к спине. Каким-то образом он сумел остаться скрытым под плащом, и когда Торрин потянулся за рукоятью, клинок вытянулся до полного размера.

Дрожащей рукой Рикайя провела по стене мерцающую линию и прошла через нее.

Когда я подняла ногу, чтобы последовать за ней, что-то схватило меня за руку. Прежде чем я успела понять, что это было, рука закрыла мне рот и оттащила назад, подальше от этого. Я впилась зубами в плоть своего похитителя, и он зарычал, отпустив меня. Оказавшись на свободе, я бросилась к светящемуся шву с единственной целью — вернуться в Эйдолон.

Мои ноги ослабели, как будто я бежала по густой грязи, и я упала на колени, не дойдя до кливинга, и смотрела, как свечение угасает. Мой пульс учащенно бился, когда ужасающее ощущение поднималось по моим бедрам к животу. Протянув руку к медленно закрывающемуся выходу, я открыла рот, чтобы закричать, но крик замер в горле.

Отдаленный звук Рикайи, зовущей меня, затих под пронзительным шумом в ушах. Мои руки опустились по бокам, тело отказало мне, лишив воли.

Каменный пол ударил меня по скуле, и боль пронзила челюсть. Я выдохнула, увидев черный сапог, а над ним — фиолетовый подол мантии. Фигура наклонилась и схватила свисток на моей шее. Одним резким движением он сорвал его.

Тьма поглотила мое зрение.

* * *

Запах горящих трав проник в мой нос, и я открыла глаза, увидев мерцающее сияние свечей. Сотни свечей освещали куполообразный белый потолок над моей головой. Гул тихого пения привлек мое внимание справа, где стояли рядами фигуры в мантиях и черно-золотых масках. Почувствовав давление на запястьях, я посмотрела вниз и увидела, что мои руки скованны медными кандалами, а цепь прикреплена к цементной плите под мной. Я в панике дернула цепь, а когда попыталась двинуть ногами, то поняла, что они тоже не могут свободно двигаться.

Холодная, разветвленная паника заполнила мою грудь, сдавливая легкие, и я смогла издать только тихий стон.

Я повернула голову влево и увидела золотой жаровню, из которой вырывалось насыщенное черное пламя, извивающееся и дрожащее в гипнотическом танце.

Голодное и жаждущее топлива, оно, казалось, тянулось ко всему, что могло сжечь.

Рядом с жаровней стояла еще одна фигура, одетая в характерные фиолетово-черные одежды мага, с лицом, скрытым черной маской.

Он протянул руки по обе стороны от себя.
– Смотрите на последнюю дочь Корвикаи! Противоречие всему, что мы представляем.

Он поднял одну ладонь.
– Отец алхимии. Жизни, магии и творения.
– Он поднял другую руку.
– И дочь смерти и разложения. Ее кровь, превратившаяся в камень, принесет истинное алхимическое преобразование. Благодаря ее смерти мы будем жить. Ее сущностью мы укрепим Умбравале, чтобы защитить себя от врагов. Чтобы изгнать болезни и голод, как предсказано божественной Богиней Предвидения. Вместе с шестью камнями, которые нам еще предстоит вернуть, мы не станем жертвами Черной Чумы.

– Отпустите меня! Прошу! Я не та, кем вы меня считаете!
– Я извивалась и корчилась в наручниках.
– Прошу! Умоляю вас! Не делайте этого!