Анафема
Шрифт:
— Иди. И, клянусь богами, если моей сестре будет причинен вред, я сожгу тебя дотла.
– С мной она будет в безопасности.
– Не сказав ни слова, Долион прошел через тот же шов, что и Рикайя несколько мгновений назад.
Защита в конце зала исчезла, и имперские гвардейцы бросились к нему.
– Ты! Стой! — крикнул капитан Зивант.
Он проигнорировал их, эхо слов Долиона проникло в его мышцы и кости, пробудив зверя, который жаждал вырваться из него. Зевандер обернулся и увидел, как один из гвардейцев приближается к нему, а глиф на его ладони ярко светится. Зевандер рыкнул, выдернул стрелу и, вспыхнув пламенем, бросил ее обратно в гвардейца, который при ударе взорвался в пепел. Встревоженные,
Его прицел оказался точным, и еще два стражника превратились в пепел.
Остальные замедлили свое приближение, когда он шагнул через портал.
За своей половинкой.
ЧАСТЬ III
ГЛАВА 55 МАЭВИТ
Серебристо-синий свет манил меня, когда я стояла перед аркой.
Даже отдаленные звуки хруста веток и сучьев не смогли отвлечь мое внимание от сестры, которая ходила по другую сторону арки, словно ждала меня все это время.
Вокруг нее танцевали светлячки, и я оценила ее внешний вид — длину волос, которые начали отрастать. Синяки, которые давно уже исчезли. Ее лицо, освещенное сияющим отражением арки, и искра жизни, которая снова зажглась в ее глазах. Свежепошитое платье, которое она носила, доказывало, что она где-то нашла убежище.
Это казалось нереальным.
Слишком нереальным.
Тяжелые шаги по папоротнику становились все громче.
– Солдаты соласиона, — предупредила Меланфа, стоя рядом со мной.
– Они следовали за нами.
Угроза, которая должна была подтолкнуть меня пройти туда, где меня ждала моя сестра, но я не могла избавиться от чувства подозрения, скручивающего мне живот. Маслянистое чувство предательства и скептицизма, которое начало кипеть в тот момент, когда я увидела ее через портал. Была ли она вообще реальной? В то же время я не могла повернуть назад. Не тогда, когда была малейшая вероятность, что я смогу снова обнять ее. Не тогда, когда возможность воссоединения с ней была буквально на расстоянии вытянутой руки.
– Алейсея! — позвала я ее, и она огляделась, словно не могла понять, откуда донесся звук.
– Алейсея! Я здесь!
Она побежала в противоположном направлении,
к лесу на своей стороне.– Нет!
– Я ударила руками по поверхности, водная преграда арки была такой же непроницаемой, как и в тот день, когда я прибыла и пыталась вернуться назад.
– Алейсея!
– Сюда! — крикнули солдаты вдали, словно их предупредил мой шум.
– Положи руку на щит, Маэвит. И повторяй за мной.
– Меланфа, стоящая рядом, наклонила голову, явно пытаясь привлечь мое внимание, но я не могла отвлечься от своих мыслей.
Тревога пронзила меня, когда я уставилась на пустой лес по другую сторону. Доверяла ли я этой женщине? Я уже не знала, кому можно доверять.
Что, если она привела меня сюда только для того, чтобы под видом помощи бросить меня в пропасть? Сквозь туман мыслей я пыталась угадать ее мотив.
– Маэвит, пожалуйста. У нас нет времени, — настаивала она, и я бездумно сделала, как она велела, приложив ладонь к странному водянистому щиту.
– Zi da’dignio, septimiusz me liberih iteriusz.
– Zi da’dignio, septimiusz me liberih iteriusz, - пробормотала я тихо, а неуверенность грызла мою совесть. Через мгновение моя рука проскользнула через барьер.
– Иди. Найди свою сестру.
Нахмурившись, я уставилась на свою полувытянутую руку. Нет. Что-то было не так.
Беги.
Стрела вонзилась в землю всего в нескольких сантиметрах от того места, где я стояла, и я отскочила назад, убирая руку. Недалеко от нас солдаты пробирались сквозь деревья, один из них натягивал еще одну стрелу, а остальные доставали оружие.
– Уходи сейчас же!
Мощная сила ударила меня в спину, отбросив через сверкающую арку на другую сторону, где холодная лесная подстилка ударила меня по ладоням, когда я упала на землю.
Мгновенное изменение атмосферы.
Свет с другой стороны померк, уступив место кромешной тьме, и окружающие деревья освещались только полной луной над головой. В воздухе висела зловещая тишина, густая и удушающая. Никакого света из арки. Никаких танцующих светлячков. Только ледяной холод, пронизывающий меня до костей, когда я поднялась на ноги.
Я прошла через арку и вернулась в Мортазию.
Взгляд назад на арку показал мне только мое отражение на фоне черноты леса — нервирующее зрелище, от которого я отвернулась.
Дрожа, я осмотрела колючие кусты в поисках каких-либо признаков моей сестры.
– Алейсея, — сказала я, тише, чем раньше, но в ответ услышала только тишину.
Меня охватило ползучее осознание, что она, возможно, была всего лишь иллюзией, обманом. И все же под этой вероломностью гноилась необоснованная толика возможности. Своего рода шестое чувство, которое не давало мне вернуться назад.
Я двинулась в том направлении, в котором видела, как она бежала, осторожно пробираясь через колючие кусты. Сама тьма была хищником, наблюдающим за мной своими бесконечными глазами, а ее холодное дыхание на моей шее постоянно напоминало о ее присутствии. Образы дяди Рифтина, растерзанного на куски, мучили мои мысли, пока я искала среди деревьев существо, которое видела той ночью.
Волосы на затылке встали дыбом, лес был полностью лишен жизни. Никаких викенсов, птиц, летучих мышей или каких-либо признаков хищников, скрывающихся среди деревьев. И все же я чувствовала, как на меня смотрят глаза, когда я пробиралась через папоротник и мертвую растительность, которая била по подошвам моих ног. Тапочки, которые я носила на церемонии становления, были бесполезны на такой неровной местности. Неприятный страх полз по моей коже, становясь все более ощутимым, чем глубже я продвигалась, не видя никаких признаков Алейсеи.