Альянс Ангелов
Шрифт:
— Малыш, — пробормотал он, обнимая и приподнимая её, — Змейка, моя маленькая Змейка… — шептал он, осыпая её лицо поцелуями.
Внезапно она оттолкнула его и отошла.
— Хаарт, нам с тобой нельзя быть вместе. Не забывай об уговоре. Ты и Сунор…
— Да не говори мне о Сунор! — сорвался вдруг Хаарт. — Как ты не понимаешь, мне не нужна она! Я не люблю её, я ненавижу её! Я люблю тебя, Змейка! — Он подался к ней, но она опять отступила на шаг. Молодой рыцарь остановился, глядя на девушку. Выражение холодной решимости на её лице заставило его замереть. — Змейка, скажи одно слово, и я плюну на всё! Мы спрячемся, убежим, мне
— Как ты можешь такое говорить? — неверяще покачав головой, произнесла Змейка. — А Альянс? Мы дали клятву!
— Змейка! — воскликнул он. — Я не понимаю, тебе, что, плевать на меня? На наши чувства? Ты так легко согласилась бросить на ветер нашу любовь, потому что пришли какие-то незнакомцы — более того, аронвардские наёмники — и завели речь о спасении мира! Сунор высказала свой каприз, и все бросились исполнять то, что ей угодно?!
Змейка взглянула на него с обидой и укором, и Хаарт содрогнулся от мысли, что так сильно обидел её своими словами.
— Мне не плевать на тебя и наши чувства. Но я верю Джаре и её друзьям! Я думала, ты тоже им веришь. Я согласилась на это не из-за каприза Сунор, а из-за Альянса, из-за Таэрии! Ты, что, не понимаешь? Не видишь, что творит эта Книга? Ты сам был тогда, когда рушился Тадор! А теперь мы вновь под угрозой! Арлан под волшебным куполом, и только это спасает тысячи людей! Мои родители погибли из-за Книги, Хаарт!
Змейка без сил опустилась на кровать и закрыла лицо руками. Хаарт сел на колени подле неё.
— Змейка, милая, я понимаю это… Но я люблю тебя, ты для меня важнее всего на свете…
Змейка посмотрела на него, и он с болью увидел блестевшие в мерцании свечей дорожки слёз на её щеках.
— Для тебя не я должна быть важнее всего сейчас.
Он провел рукой по её волосам.
— Помнишь твою комнатку на чердаке? — мягко спросил он. — Когда ты распустила на деревянном полу и стенах настоящие цветы?
— Они были не настоящие, — слабо улыбнулась сквозь слёзы Змейка.
— Для меня настоящие, — возразил Хаарт. — Я смотрел на тебя и думал, что никогда не встречал другой такой девушки, как ты. Я тогда даже был готов прыгнуть с корабля, если бы Дарвей решил увезти меня от тебя… Змейка, ты — лучшее, что случалось со мной в жизни. Я полюбил тебя тогда и люблю до сих, и буду любить тебя всегда, поверь мне.
— Но мы не можем быть вместе, — тихо проговорила она. — Сунор…
— Давай не будем о Сунор этой ночью, малыш? Да, завтра нам нужно будет дать ей ответ и двигаться дальше по пути Альянса, но… эта ночь ведь ещё наша.
Он осторожно потянул её за руку, и Змейка опустилась на пол рядом с ним. Хаарт покрыл поцелуями всё её лицо, чувствуя вкус её слёз. Он потянул ткань её платья, обнажая плечо, и нежно коснулся губами родимого пятна в виде змейки. В охватившем её порыве девушка обняла его, уткнувшись лицом в его шею. Он крепко обхватил её, зарываясь руками в густые волосы, а потом они снова целовались, забывая обо всём на свете. В ту ночь они любили друг друга, любили нежно и жадно, прощаясь навсегда…
— …потому что он — мужеложец! — выставив указательный палец, объявил Ивор пьяноватым голосом, когда Тэллар наконец вернулся в таверну, весь обуреваемый тревогой за Джару.
— Кто гомик? — вопросил Сокол, садясь за стол и наливая себе вина.
— Принц
Таэрии, — заговорщическим шёпотом сообщила Эльфийка.Тэллар поперхнулся вином и принялся кашлять.
— Чего-чего?!
Аерис похлопала его по спине.
— Помнишь, из-за чего Грифон пошёл в наёмники?
— Ну да, он был в личном отряде принца, но испортил с ним отношения из-за чего-то… Ты, что, серьёзно, Ив?! — возопил Тэллар, когда до него наконец в полной мере дошёл смысл сказанного. — Принц тебе предложил…
— Я ему там чуть морду не набил, пусть он и принц, — грозно заявил Ивор. — Но кончать жизнь на плахе или в темнице не хотелось, и я ушёл из отряда принца. Но тот точно бы объявил меня в изгнанники или изменники… так что я уехал на Гирит!
— Что же ты никогда ничего не рассказывал?
— Ну… — Грифон смутился. — Мне как-то стыдно было говорить о таком…
— Но у тебя же ничего с ним не было?! — в ужасе воскликнул Тэллар.
— Сокол, тебе справа врезать или слева?
— Мальчики, не ссорьтесь. Кстати, — спохватилась вдруг Аерис, — а где Сельма и Джара?
Тэллар, глазом не моргнув, выдал придуманную Джарой сказку.
— Но Сельма совсем мало выпила… — с сомнением в голосе произнесла Эльфийка.
— Может, чародеи плохо переносят вино? — неуверенно предположил Тэллар.
Аерис подозрительно поглядела на него, постукивая пальцами по столу.
— Сокол, где Джара?
Тэллар вздохнул.
— Ладно, я честно пытался вас обмануть, но вы не поверили, так ведь? В общем, Джара уложила своими друидскими фокусами Сельму, и мне пришлось утащить её в гостиницу, и ускакала драться с женщиной-рыцарем…
— Что?! — взревел Ивор, так что все посетители таверны замолкли и посмотрели на него. — И ты отпустил её? Где Джей?! — вскочил он из-за стола, мигом трезвея.
Из Эльфийки тоже улетучилась хмель.
— Сокол, объясни нормально.
— Ладно, давайте расплатимся и уйдём отсюда, а то все глазеют…
— Мы уходим, потому что нам надо найти Джару, — сказал Ивор, кидая на стол монетки.
Когда они вышли и Тэллар вкратце рассказал им, что случилось, Ивор вновь накинулся на Сокола с обвинениями.
— Да ничего с ней не случится, Грифон! — разозлился тот. — Она уже взрослая и отлично дерётся, она положит эту рыцаршу на лопатки и вернётся…
— А если что-нибудь случится?! А если… Да как ты мог, нужно было нас позвать…
— Послушай, не один ты беспокоишься о Джаре! — огрызнулся Сокол.
— В любом случае, надо найти её, — пресекла их перепалку Аерис. — Мы действительно не можем позволить, чтобы Джара погибла в какой-то драке сейчас, когда мир нужно спасти от этой Книги…
— Я не могу позволить, чтобы она погибла в какой-то драке не потому, что она должна спасти мир!
— Послушай, Ивор, ты заткнёшься или нет! — прикрикнул Тэллар. — Пока мы тут разглагольствуем, мы Джаре никак не поможем! Как мы будем искать её? Сельма в отключке, город огромный, мы его не знаем…
— Давайте на коней, разделимся и будем искать, — коротко бросила Аерис и направилась к лошадям.
Лунный свет заливал пустырь на окраине города и выхватывал две женские фигуры, оценивающе кружившие друг против друга с мечами наизготовку. Наконец одна из них бросилась в атаку, другая спокойно встретила её удары, подставляя под них свой клинок. Обменявшись градом ударов, они снова закружили.