Современная проза

И снова, как ни крути, опять та же история получается, как с Павкой Корчагиным: умереть-то, конечно, гораздо легче и приятней, а вот ты попробуй выжить и победить — хоть кровь из глаз! Павка нас как учит? «Умей жить и тогда, когда жизнь становится невыносимой». Но, я извиняюсь, товарищи, минуточку! Какая…

Я думаю о том, как начался тот день; тогда в игру вступила Маргрит (и Ана), неделей же раньше — Паула (и Офелия): рыжеволосая девушка вышла на одной из самых каверзных станций, на «Монпарнас-Бьенвеню», которая, подобно зловонной многоголовой гидре, не оставляла почти никакого шанса на удачу. Я сделал…

И, сидя за чашечкой кофе в «Ричмонде», он кропит сухой хлебец своей натуральной слезой. 2. ЖИЗНЬ ХРОНОПОВ И ФАМОВ ПУТЕШЕСТВИЯ Во время путешествий, когда фамам приходится заночевать в чужом городе, они поступают следующим образом. Один из фамов отправляется в гостиницу, где с превеликой осторожностью…

– Мы поняли друг друга, – коротко ответил принц. – Президент подписал составленный нами договор о сотрудничестве. – Договор с вами, мистер Фарид? – осторожно начал американец. – Но все люди смертны, короли не исключение. А ваш брат, как я понял, давно мечтает о престоле и не разделяет ваши гуманные…

– По путевке? – Я же рассказываю: у них тюрьма – это музей… Нет, не так. Музей – это тюрьма. Тауэр. – В тюрьме я бывал. А в музее не приходилось. – Там, в этом Тауэре, все осталось, как было в тюрьме. – И свидания разрешают? – У них не свидания, а посещения. Это же музей. – Но если ничего…

Устав от разговоров о политике, Степкин возвращался к Хренопуло, надеясь выяснить некоторые обстоятельства касательно его жены, но Хренопуло не помнил своей жены и воспринимал ее как планету Женю на орбите звезды Катерины Ивановны, а Степкина как пришельца с этой Жени, который прилетел за Хренопуло,…

Хотя не исключено, что старый партизан шутит. Может, он просто любит историю. Оттого и Сократом назвался, и приплел ни к селу ни к городу Троянскую войну. Скорей всего так и было, но бдительности терять не следовало. Этот белый балахон тоже наталкивает на размышления: халат не халат, а что-то совсем…

Какой покой наступает, когда думаешь, что цвет детства – цвет колодезной воды, вкус детства – вяжущий вкус рябины, запах детства – запах грибов в ивовой корзине. Как делается в душе прозрачно и хорошо. Но об этом почти никогда не думаешь. А говоришь еще реже. Потому что это никого не касается. Все равно…

Да что там Фортуна! Закадычная подруга Инка, и та к ней сегодня не заглянет, так как вчера отбыла в Австрию с новым ухажером кататься на лыжах. «В Новый год – с новым женихом», – шутила она. Всю неделю Инна исправно забегала к Марине каждый вечер, принося «вести с полей», то есть детальнейшим образом…

  Я хочу сказать, что время соития показалось мне слишком затянувшимся лишь по той причине, что это были мои первые сутки пребывания в Бробдингнеге (самого названия страны я, естественно, еще не знал), и я порядком устал от впечатлений и был душою опустошен. В противном случае я бы не удержался от…

Аккордеонный, набирающий все большую, нежную мощь трагедии проигрыш, аккорд, обрыв и вослед мигу замогильной трансцендентной тишины, словно б разом исчерпывающе, всеобъясняюще на этом свете и итоговое - «Налейте, налейте скорей мне вина, Рассказывать не-ет больше мо-о-чи...» «Отчего так много…

Он, надо сказать, давно уже запутался, давно уже перестал отличать смерть от жизни, активно участвуя как в первом, так и во втором. Порой ему кажется (и, может быть, справедливо), что жизнь и смерть всего лишь две ипостаси какой-то единственной сути. И все ведь в гармонии, все в равновесии. И если быть…

А назавтра, когда вы покидали Нью-Йорк, у отеля произошло чудо. Не успели вы с женой спуститься по ступенькам подъезда, как один из дремавших в очереди таксистов, заметив пассажиров, нажал на гудок; другой, похожий, кстати, на вчерашнего, бросился вам навстречу и буквально выхватил из рук чемодан, а…

Миссисипи — коричневого цвета, потому что она уносит с собой много земли, потому что это энергичная, и нервная, и длинная, и широкая, и коричневая река. В любом случае, это хорошая река. Поговорив с адвокатом, я снова спустился в бар, когда я проходил мимо бассейна, девочки бесследно исчезли, так что…

Ты проклинаешь его? Ненавидишь? Все еще? – Уже – нет, – говорит она вслух. Она бы не вернулась сюда, если бы ярость еще терзала ее, если бы рана еще кровоточила, а разочарование разрушало бы и отравляло, как в молодости, когда учение и работа были единственным, неотвязно маниакальным средством от воспоминаний.…

Правда, подружка говорила, что потом, в ресторане, вечером пили много всякого вина и много танцевали. Но бабушка-то объясняла, что самое главное происходит в загсе! Полная загадка. Еще немного помучившись, Света спросила у мамы. Мама наверняка знает. Ведь она тоже когда-то выходила замуж за папу. Но…

– Я слышу. Клаус, может быть стоит добавить ему? – я увидел, что тот, что был немного повыше, повернул голову в сторону от меня. – Думаю, не стоит,– возразил ему другой мужчина,– вы почти закончили, а боли он чувствовать не должен. «Сука,– подумал я, закусывая нижнюю губу, – лег бы на мое место… О,…

В сущности, его охранял этот единственный вахтер, тоже старый хер и тоже уже одинокий. Он был мучим легкой бессонницей, и сам напрашивался сидеть здесь ночь напролет: пусть ребята поспят! Была же песня времен его давней юности (песня его дедов), где высокими до небес голосами выводили так: пу-уусть…

Словно бы комедия! Как только выборы или иная политическая встряска, у них в семье нелады и почему-то сразу кончаются деньги. А кончились деньги — кончилась красивая пара. И тотчас полезло разное — он вдруг поминал ей ее еврейство, вернее, еврейство ее «отвернувшейся родни», а она бранила его за начавшееся…

Но все же Петр Петрович Алабин насторожился. Гром с неба... Могли взять и уехать. На юге продлить отпуск. Алабин вдруг ясно представил, что уехали и снимают там себе комнату. У моря... За хорошую (еще какую обдирающе хорошую) цену... Не надо бы им так тратиться! У них на даче убирала старуха Михеевна.…