Проза

- А це чоловик твой? - спросила бабка, внимательно нас разглядывая. - Чоловик, - кивнула Валя. Я удивленно на нее посмотрел, но Валя уже начала расспрашивать хозяйку о детях, о ценах, о скотине, как она делала всегда, когда мы приходили в незнакомый дом. Во всем она разбиралась, точно было ей не…

Относились к Пете по-разному, иные его уважали, другие считали чудаком и болтуном и презирали, ходили слухи, будто бы он не просто ведет со всеми задушевные разговоры, но стучит, и за это ему разрешают заниматься фарцой, однако сам он ни на кого не обижался, всю хулу принимал со смирением и по-настоящему…

Нас лишили Европы, скудную информацию о которой мы кое-как получали в школе. За короткий отрезок времени мы лишились тысячелетий. А впридачу еще — и десятков тысяч американских долларов. Наша семья быстро теряла свое былое очарование — прежде всего в собственных глазах. Поэтому ко времени, когда закончились…

Попрятавшиеся в кустах бабы всё это время наблюдали за ним. Их особенно удивило то, как незнакомый им человек, похоже, «странний», копал землю. Он не нажимал на заступ ногой. Лопата как бы сама, от лёгкого усилия рук погружалась в почву. — Силища-то, бабоньки! А ить молоденький! — шептала горячо какая-нибудь…

Майк посмотрел на него с удивлением. – У меня действительно такое чувство, будто я сплю на ходу. – Ну, я могу налить стаканчик, если желаете. Майк колебался. – Нет… У меня вроде пересохло в глотке. Налейте лучше пива. Вы там были? Маленький человек снова кивнул своей мышиной головкой. – К шапочному…

Ho ceйчac кaзaлocь, чтo вoйнa cтyчaлacь в твoй дoм, и чyвcтвoвaлacь кaк peaльнocть, xoть и дaлeкaя. Bce-тaки poднoй чeлoвeк yeзжaл нa вoйнy. Koмaндиpoвкa плaниpoвaлacь нa тpи мecяцa, пo-дpyгoмy — нa тpинaдцaть нeдeль. Или дeвянocтo cyтoк. Exaть в Чeчню пpeдcтoялo вмecтe c oтдeльным oтpядoм бpигaды…

— Я не понимаю тебя, — ответила она по-английски. — Но я вижу, что ты иностранец и у тебя какие-то проблемы… Чем я могу помочь? — Молодчина, — продолжал я по-русски. — Умница. Меня беспокоит то, что я скоро опять умру. Меня зарежет один нигер. — Нигер? — вопросила она. — Какой нигер? Я тебя не понимаю.…

Сей незначительный эпизод подводит для меня итог взаимоотношений полов, сложной связи мужчин и женщин. Наблюдая за размеренным течением жизни своего поместья, я часто наталкиваюсь на нечто ошеломляющее, и тогда меня тянет в ту комнату, где хранится собранный материал, над которым мне следовало бы поработать.…

Вот опять что-то неожиданно взбудоражило его. Алексею трудно было усидеть в своей курсантской обители. Его безудержно влекло в тот степной, цветущий, как оазис, поселок, на который с воздуха уже не мог наглядеться. Он считал великой несправедливостью, что на его полетной карте этот видный ориентир обозначен…

Счастье — воспевать героев своей страны, но человечество не должно, не имеет права забывать горькие уроки истории. В 1969 году, в дни Международной конференции по вопросам преследования нацистских преступников, публикуются нюрнбергские дневники Б. Полевого — «В конце концов». По доброму совету М. А.…

Вид зарева действует на всех одинаково. Как барыня, так и слуги чувствуют внутреннюю дрожь и холод, такой холод, что дрожат руки, голова, голос… Страх велик, но нетерпение еще сильнее… Хочется подняться выше и увидеть самый огонь, дым, людей! Жажда сильных ощущений берет верх над страхом и состраданием…

– Пей, Марковна, с вареньем, – обращается Пелагея Ивановна к повитухе, – завтра пост великий, наедайся сегодня! Марковна набирает полную ложечку варенья, нерешительно, словно порох, подносит ко рту и, покосившись на Павла Васильича, ест; тотчас же ее лицо покрывается сладкой улыбкой, такой же сладкой,…

IV Это произошло одновременно, миг в миг, с исчезновением звезды Бета. Виктор Ренье, прославленный поэт, работал у зеленого колпачка лампы над поэмой «Тропинки и орбиты»: из-под пера выпрыгивали буквы. Рифмы звучали остро-созвонно. Мозг укачивало мерным ритмом. Черты длинного лица Ренье заострились…

... Я, кажется, нашел. Во всем ее облике есть нечто идеальное, будто не от мира сего, нечто, придающее крылья моей мечте. Ах, моя мечта, какими непохожими на самих себя рисует она мне людей! Она блондинка, светлая блондинка, с непередаваемым оттенком волос. Глаза у нее голубые! Только голубые глаза…

— Почему такое предпочтение? — Ах, голубчик, она моложе! — Значит, у тебя оставалось только два дня в неделю для отдыха? — Мне достаточно. — Молодчина! — И все же, представь, со мной случилась самая нелепая, самая дурацкая история. Четыре месяца все шло превосходно. Я и в ус себе не дул и, право…

Такого замечательного ипподрома, как в Сан-Сиро, я нигде больше не видел, но мой старик ворчал, что это собачья жизнь. Таскаться взад и вперед из Мирафьоре в Сан-Сиро, работать чуть ли не каждый день, да еще через день ездить по железной дороге. Я тоже был просто помешан на лошадях. Что-то в них есть,…

— Ну и что же. Против этого я не возражаю. Республика или что другое — мне наплевать. Я, сударь, хочу одного: я хочу знать свое правительство. Я, сударь, видел Карла Десятого и стоял за него; я, сударь, видел Луи-Филиппа и стоял за него; я видел Наполеона и стоял за него; но я ни разу не видел республики.…

Стояло лето. Она ездила в поле смотреть на жатву. И веселое солнце поддерживало в ее сердце радость. Настала осень. Муж ее начал охотиться. Он уходил с утра с двумя собаками — Медором и Мирзой. Она оставалась в одиночестве, но разлука с Анри ее не огорчала. Она любила его и все же не страдала от его…

– Прощаюсь с вами в надежде… – Господь – прибежище наше и надежда! -отозвались монахи. Один из них, согбенный старец с лицом цвета меди, дрожащими устами прошептал начало молитвы: «Направь, о господи, стопы мои…» Остальные монахи осенили себя крестным знамением. – Ну, в путь, – вымолвил воин и обратился…

Старокаширка разделяет новые дома от пустырей и оврагов. Это старая раздолбанная дорога в зарослях самосева, Ленин по ней когда-то в Горки на дачу ездил и с ружьём на охоту ходил. Но с тех пор появились другие пути-дороги и пролетарские проспекты, а эта запустела. Только стаи диких собак носятся тут,…