Проза

— Будь здоров, Сережа… Удачи тебе… И счастья… И спасибо огромное за все. — Это тебе спасибо за все, — отвечает Сергей, сжимая мою ладонь в непривычном для меня с ним рукопожатии. — Я бы здесь без тебя сдох бы. А ты, — продолжает он, — держись, очень тебя прошу. Как бы тяжело не было — держись. Осталось-то…

- Стефания! Ирья обняла Штеффи и чмокнула в щеку. - Разве это не чудесно? Штеффи познакомила ее с Май, а Ирья представила им своего жениха. - Теперь Йон может вернуться домой, и мы сразу поженимся, - сказала она. - Поживем пока у его родителей в Хамаре. А ты? Какие у тебя планы? - Не знаю,…

Веденин и генерал Гавашелия с молчаливым укором ждут меня возле роскошного шевроле-седана. Это я должен ждать, стоя навытяжку… Впрочем, мне ничего не говорится — это как бы ниже генеральского статуса, но и молчание бывает весомым…Садимся в машину — генерал впереди, и мчимся из города. Задача наша — оценить…

Гостевая комната располагалась на третьем этаже и выглядела роскошно: стены цвета слоновой кости, отделанные внизу сизыми панелями, темные скошенные потолки, камин, собственная ванная, одеяла, пахнущие кедром, и свечи, пахнущие яблоком. В гостиничные времена люди платили двести пятьдесят долларов за…

По горам, даже по четырем главным вершинам, было нетрудно совершать прогулки: трава там была низкая, как на лужайке, и в ней лишь изредка попадались валуны. Вдоль хребта тянулась узкая звериная тропа. Стоя лагерем в горах, я как-то утром поднялась туда и немного прошлась по тропе, где недавно, судя по…

– A ну пошла вон с дороги! – раздался грубый и злой голос человека, уверенного в своей правоте. Именно так чаще всего говорили знакомые мне взрослые мужчины; людям с таким голосом не задают вопросов – им подчиняются беспрекословно; лучше не вставать у них на дороге – если уж так выйдет, надо…

— Очень! — искренно ответил Дементьев. — Верю, верю… — грустно произнес немец. — Мы ведь это тоже переживали… — Правда, несколько преждевременно, — заметил Дементьев. В глазах у немца сверкнул и тотчас погас злой огонек. Он опустил голову, плечи его обмякли, и он тихо сказал: — Да, сорок пятый…

У незнакомца были зеленые глаза, волосы выгорели и были цвета соломы. Я дала бы ему лет шестьдесят. На нем была (позвольте мне поподробнее его описать) короткая куртка, штаны чуть ниже колен, какие носят лодочники на Темзе, высокая конусообразная шапка - все из шкурок мехом наружу - и прочные сандалии.…

На каучуковых плантациях пеоны сдают каучук за гроши и платят втридорога за одежду; работают по нескольку лет и остаются должниками за первый месяц работы; дети наследуют огромные долги, оставшиеся от убитого отца, от замученной матери, и им не покрыть этого долга за всю свою многострадальна жизнь. …

Пришло – но слишком поздно. Все приходит слиш­ком поздно, и мои милые жамки были только звонком к началу этого дурацкого спектакля. Хотел я дальше пу­тешествовать… и как хотел! Вам понятна эта страсть к новым странам и новым берегам, и я не раз подмечал в ваших глазах, когда рассказывал о моих скитаниях…

Кейя Хайятиан, еще один мой киноагент, — потрясающий человек, который никогда не жалеет на меня времени. Merci! Или, если предпочитаешь, Маmnoon! Харви-Джейн Коваль и Сона Фогель, мои литературные редакторы, отличаются невероятным терпением, учитывая тот факт, что я всегда затягиваю со сроками.…

1 С чего же начать? Пожалуй, сперва лучше всего рассказать немного о себе. Вам следует знать, что происхожу я из очень религиозной семьи, среди моих предков были настоящие святые. Со стороны матери наш род восходит к Шабтаю Коэну, а, как вам прекрасно известно, потомки Шабтая Коэна в…

— Я не вас и зову. — Я согласен, — ответил Карташев. Наташа поехала на своей Голубке, Карташев на Орлике. — Хочешь, поедем в Криницы… — предложил брат. — Может, Одарку увидим… Как странно: Одарка замужем… — Хорошо… Маму надо спросить… Аглаида Васильевна разрешила,…

Кухня была самым излюбленным местом Саймона еще и потому, что, как он теперь признавался себе, Кэролайн здесь редко бывала. Они с Эрнестом сами ее спланировали, оборудовав на профессиональном уровне огромным гарнитуром «Корню», тяжеленными чугунными и медными сковородами и кастрюлями, ножами всевозможных…

— Ты, старая сука, сама ссы, — еще один у них пробудился, и Гаврилов знал, кто: всей России известный отчаянный вор по имени Сухоруков, молодой мужик с черными веселыми глазами. — Айда, голуби, айда! Слышно было, как они вставали, кряхтя и бранясь. Ударившись о прут, звякали цепи. — Дзенькую, пан, —…

Поскольку, впрочем, приписанные мне речи по богатству мыслей и богословскому великолепию не уступают проповедям Боссюэ, я не стал посылать в «Кельнскую газету» заметки с разоблачением коварных приемов, к каким прибегает изощренная германская ученость ради победы над незамысловатой пиренейской верой.…

Но такой свежей и светлой степь открывалась только весной, в солнечные дни, а сейчас, на пороге суховейного лета и при тихом, беспорывном закате, она наполняла сердце грустным покоем. Печальной была и пустая, безлюдная дорога — когда-то шумный ямщицкий тракт, — устало вытянувшаяся до горизонта. На ней…

— Я знаю, о ком ты думаешь, — сказал Джерард. — И о ком же? — О Синклере. — Ты прав. В этот момент Роуз как раз не думала о Синклере, но мысли о нем столь глубоко были связаны с мыслями о Джерарде, что она не покривила душой, соглашаясь. Синклер был братом Роуз, «золотым мальчиком», который давно…

Я стоял у раскрытого шкафа и, задумчиво покачиваясь корпусом, выбирал одежду, более всего подходящую к условиям предстоящей экспедиции. На самом деле, кто знает, что может случиться, как изменятся погодные условия или в какую переделку могу я попасть. Время на дворе непростое, если судить по телевизионным…

— Ты, кажется, вообще недоволен делом Мерцалова? — Не в восторге, во всяком случае, — присаживаясь на край стола, хмуро замечает Волков. — Откровенно тебе скажу, Михаил Ильич: не ожидал я, что проведешь ты его так грубо. Как же можно было арестовывать Мерцалова, не установив всех его связей? — Но…