Проза

— Музыка хорошая, — ответил падре, — но слова-то глупые. Слова можно переставлять туда-сюда и обратно, и все одно и то же. «Унесет меня этот сон в море твоих ладей». Улыбаясь собственной остроте, он повернулся и направился к алтарю, чтобы зажечь на нем свечи. Тринидад последовала за ним. На ней был…

Вэс, не заводись, сказала я. Не заводись ей, видите ли, сказал Вэс. Но через минуту взял себя в руки и сел на диван со мной рядом. Закинул ногу на ногу, стал теребить пуговицы на рубашке. Я взяла его за руку. Стала говорить. Говорила про это лето. Но поймала себя на том, что говорю будто о прошлом. По…

Сцена эта разыгрывалась между нами еще несколько раз. То ему нужно было в одном тазу со мной пускать лодочки, то нужна была моя шпага, хотя у него была такая же. Припадки его раз от разу делались страшнее и глубже, выходил он из своего состояния все тяжелее и словно с меньшей охотой. Мать моя не догадывалась…

Но по-разному, надо сказать. Германцев мучает призрак страшного прошлого, чудовищного преступления, которое они, а на самом деле не они, учитывая, что тех, кто натягивал на себя восхитительную эсэсовскую форму, уже нет среди нас, среди них, немцев, совершали когда-то, ничто немцем не помогает, ни скромное…

И я понял, что голоса доносятся из подземной тьмы. «В безжизненной пустыне полуночи видали вот что. Некто, как отец ваш, вооруженный с ног до головы, является и величавым шагом…» Теряясь во тьме, голоса снова возрождались при свете: «Коль ты отца когда-нибудь любил, отмсти за гнусное его убийство!» …

— Не надо ему говорить, что я здесь, — прошептала она. — Он очень рассердится. — Нет, — ответила сестра. — Никто на вас не рассердится. — Нет, рассердится. И он имеет на это право. На самом деле она никогда не видела, чтобы он сердился. По крайней мере, на нее.…

Что скажу я в пользу моей книги? Халев и Иисус Навин принесли из Палестины значительный груз винограда; увы, моя книга не даст ничего столь питательного, да и мы живем в ту эпоху, когда люди предпочитают точное определение любому запасу плодов. Не знаю, можно ли найти привлекательность в отрицательности?…

Но сейчас его отправили за границу, и дом опустел. Вот и жилой флигель. Детская, гостиная, спальня. Нормальная человеческая трешка, затерянная в бесконечных кишках этого дворца. Теперь главное — не шуметь. Не разбудить ее. Жена, жаворонок, призраков не слышала и засыпала рано. Тогда Президент потихоньку…

Слишком занятый нескладным посетителем, я не сразу заметил появление еще одной гостьи. Лишь когда она разместилась прямо между мной и заведующим погодой, я обратил на нее внимание. Это оказалась прелестная юная девица, одетая в пеструю мантию самой чудесной расцветки; ее голову венчала зеленая чалма,…

— Как она? Как она? — В полном порядке, — ответил я улыбаясь как можно более естественно. — Операция окончена. Скоро они ее выкатят из операционной. — Да… но как она? Как? — Они возбужденно твердили одно и то же. — С ней все в порядке, — сказал я. —…

Мы с Лидией Васильевной синхронно вздохнули. Я работаю в отделении пятый год, а в кабинете у Суходольской всего второй раз. Визит в кабинет заведующей означает серьезный разговор. Первый такой случился года три назад. Тогда она снимала с меня и Вани Рюрикова стружку, причем с Вани заочно. Абсолютно…

— Мальчики, мальчики! — урезонивал жрец. — Вам предстоит нести святыню ! Прекратите эти плебейские, эти хамские хохмочки , уважайте Юнону! А ну вот тут, за ушами, между пальцами, под крайней плотью! Поскреби–ка ещё эти ленивые коленки! Мы видели, что сержант готов был сказать: «Они недавно из боя,…

Видимо, я очень внимательно разглядывал его шею. – Это изображение "ничего". Я сказал, что не понял. – Вот почему нельзя пропускать завтрак. Ни руку пожать, ни подумать. Смотри… Дэл взял салфетку, сложил ее пополам. Разорвал. Затем взял соль и обильно посыпал клочья. Основательно прочистил…

— Ну, дона Мунда… — Это не я говорю, это он. А еще рассказывает, что его дед перед смертью покрылся чешуей… Если верить Бартоломеу, это у них семейное — перед смертью превращаться в ящерицу. Вот и он постепенно ящеризируется. Тело, правда, еще кое-как держится, но душа-бедняга уже пресмыкается вовсю.…

В последние годы жизни Базиле был связан дружбой с молодым герцогом Галеаццо Пинелли, не чуждым литературных увлечений. Заседания «Академии бездельников» устраивались теперь в городке Джульяно, находившемся во владении семьи Пинелли, во дворике францисканского монастыря. Есть основания считать, что перенести…

Вы должны были бы поглядеть на того атеиста, который на палубе отрицал существование Б-га, смеялся над всем миром, над всеми законами. Как он задвигал руками! Как он вздыхал и охал, призывая Б-га на помощь! А женщина, та самая, что на пароходе держалась, как мужчина, — тут, увы, совсем потерялась. Она…

— Где испустят? — спрашивал его Васька. — Где нос затыкать, прямо здесь или, может быть, неподалеку? — Твой вопрос мелкий и непринципиальный, — отвечал Гога. — Можешь иронизировать для веселья своей слабой башки — я тебе прощаю, потому что главное — знать истину. Увидеть в себе Путь Реки. Этот Гога…

Я стояла во дворе. Я не понимала: почему он поет? Я не знала, куда его повезут. Только когда увидела, как гажё к машине железной его подтолкнули, крикнула: "Тйтэ! Тйтэ!" Отец оглянулся. На соседей глянул, на солнце вольное глянул. "Люди! Помните дядю Тому! - крикнул.- Живите, как соль с хлебом!"…

Линг продал одного за другим своих рабов, вещи из нефрита и рыб из фонтана, чтобы обеспечить учителя баночками пурпуровой краски, привозимой из западных стран. Когда в доме ничего не осталось, они покинули его, и Линг закрыл за собой дверь прошлой жизни. Ванг–Фо устал от города, где лица больше не таили…

А когда Камар аз-Заману исполнился еще один год, его отец призвал его к себе и сказал ему: «О дитя мое, не выслушаешь ли ты меня?» И Камар аз-Заман пал на землю перед своим отцом из почтительного страха перед ним и устыдился и воскликнул: «О батюшка, как мне тебя не выслушать, когда Аллах мне велел тебе…