Проза

Я встал, чтобы размять застывшие ноги. Сидя на своем камне, N напоминал мне копенгагенскую русалку. — Не бойтесь традиционной формы. Пишите добротными немецкими фразами, что может быть лучше? Мне кажется, что высшая степень презрения к форме — это ее соблюдение. Пишите, Кристиан. Пишу. Описываю…

— Вы позволите, сэр? — Ну разумеется. Раппапорт извлек из кожаной куртки пухлый бумажник и сунул туда визитку Лоримера. — Не самое рядовое начало вашего рядового дня, как я догадываюсь, сэр. — Да уж… Крайне огорчительно, — согласился Лоример, рассматривая собеседника.…

— Куда ему прокатиться! — острили они. — Его скоро к татарам на живодёрню… — Татары его не возьмут. — Во! — Известно! Они для шкуры, а кому его шкура годится? Заплатанная! Несчастный, которому, таким образом, не было места и на живодёрне, забирался в пустынные переулки… Тут шаг его становился…

Даром это не прошло; прежнего мозга не стало — запамятывать стал. А коли ненастью быть — и заноет, заноет головушка по срощенному месту… Веретено мягко скоблит деревянную чашку. Снаружи, из-под обрыва доносятся удары о плетень волжской волны. Старуха зевает мягким, беззубым ртом: — Большая ноне прибыль……

— Во всяком случае, эфенди, моя жена очень старательно печет лаваши, — сказал Хемет. Купец ответил: — Я бы взял твою жену стряпкой, если бы ты сам убрался подальше. Если и не из города, то хотя бы подальше от моего двора. — Можете не беспокоиться, — спокойно согласился…

Рассказы Купряшиной — смешные и чистые. Смешные — поскольку главным героем рассказов выступает русское слово, умеющее выжить в любых условиях при условии авторского таланта. Чистые — потому что грязь жизни у Купряшиной побеждена «рискованным искусством» видеть моральную фальшь. А за ответами идите куда-нибудь…

— Ну, не так чтоб очень. Но все же… — Ладно, сам справлюсь. Садись в кабину. В такую погоду нечего ходить по лесу. Простудишься. Хочешь виски? — Ага. А откуда у тебя виски? Ой, так много! — Да тут на весь взвод. Послали. Привези, мол, к Рождеству. Вот и везу. Нажми-ка там на…

— Я здесь. — Да, Господи, — удалось выдавить Ною. — Ты праведник, Ной. Мало подобных тебе. В ответ Ной ничего не сказал. — Я призрел на тебя и сыновей твоих. Но не призрел я на многих других. Ты понимаешь? — Не совсем, Господи. — Я истреблю отступников.…

— Возьмите и вы, мадемуазель. — Тонкая и бледная ручка взяла сигарету и торопливо поискала в сумочке зажигалку. — Габриэль? Это Габриэль, — сказал полицейский, и оба приложили руки к кэпи. — Почему ты здесь? — Спроси господина префекта, — зажигалка Габриэль щелкнула, как взведенный курок. — Какого…

«Господи, сколько страданий, какой урон народному добру наносили пожары. Теперь вот новое несчастье. Да ещё крымский хан вот–вот прихлынет. То-то поруха будет державе!» В этот миг на колокольню влетел боярский сын Никита Свиблов. Он подбежал к Ивану Васильевичу и с поклоном доложил:    — Государь–батюшка,…

— Если хочешь узнать будущее, я могу указать тебе два вернейших способа или обратись к чудотворной иконе Влахернской, или же к пророчице Досифее, той, что ходит с хиосскими монахами. Ну, довольно, мне надо идти, проводи меня. Братья вышли из дому и пошли по направлению к Большому Дворцу. Они шли молча.…

Дитя! Ты спасен из реки и опять не боишься играть на берегу ее, кидать камешки по грозному пространству вод, которое чуть было не поглотило тебя… Ты уже забыл те страшные бессонные ночи, в которые ты даже плакать не мог… Припомни их… их много было! Ты терял в них счет… Да, я содрогаюсь теперь при мысли,…

Трос, соединяющий баржу и буксир, дрогнул и тяже­ло обвис к воде. Катя подплывает к остановившейся барже, влезает в лодку , и, уцепившись за киль, при общем молчании под­нимается на палубу. Шкипер, не оборачиваясь, идет к домику, с силой захлопывает дверь. Трос натянулся и снова потащил баржу…

Охранник выглядел неуверенным: — Ну… Все может быть… Может, опустится, а может, и нет. Inch’Allah… На все воля Всевышнего… Бедный Аллах, думаю я, удаляясь, надеюсь, у Него есть кто-нибудь в отделе прошений, кто занимается первичной сортировкой, прежде чем все это Ему отправлять… Во-вторых, мрак…

«Нимай дас и мышь» - это басня, вымышленный характер которой очевиден и понятен читателю. В ведической литературе также есть место басням. «Хито-падеша» - древний сборник историй на санскрите, где большинство главных героев - говорящие птицы и звери. В этом сборнике есть множество мудрых поучений, относящихся…

Времени на обдумывание обувных парадоксов не было, Кира еле-еле успела к девяти в офис. Оттуда, погрузившись в служебные машины, все участники презентации двинулась в «Алмаз - Отель», где в два часа должно было начаться мероприятие. «Драгоценный» отель Кире не нравился — обычный претенциозный монстр…

— Ладно. Два раза в неделю, от часа до трех. Только не сорить и не шуметь. Обратитесь к дежурному. Ребятам выдали длинные не по росту халаты, и они вошли в свой бывший класс, где помещались теперь тяжело раненные. Вид раненых поразил Костю. Желтые, заострившиеся, словно высушенные болью лица, с остановившимся,…

 В первый раз, кто-то подрезал тормоза и тягу руля на моём велосипеде, и я чудом осталась невредима, когда съезжала с крутого склона к дому. То, что на меня начали охоту, подтвердило ещё одно обстоятельство. После того, как я не смогла передвигаться на своем искорёженном велосипеде, на утро мне пришлось…

Полозов подошел к токарному участку. — Ну, как дела? — спросил он, пожимая руки рабочим. У конторки мастера сидели, кто на скамейке, кто просто на корточках, привалившись спиной к фанерной стенке «курятника», как называли конторку, человек шесть токарей. Полозов знал их давным-давно. Знал, кому…

Потянуло меня домой и потому, что после смерти Франко обстановка в стране стала меняться к лучшему. Как бы то ни было, я вернулся в Барселону, поселился с семьей в пятнадцати километрах от города, в живописной долине Сант-Кугат-дель-Вальес. И сел писать... Правда, поначалу мы с братом Маурисио — он юрист…