Проза прочее

С Пиладом нас сразу связала такая сердечная дружба, что я в нарушение всех своих планов целых три недели провел в Микенах. Из вечера в вечер сидели мы друг подле друга и говорили обо всем. О своем отце я тоже узнал от него много такого, чего не слыхал раньше. Сейчас Пилад уже совсем старик, ему далеко…

Что-то горит, честь честью. Может быть, это мистер Протеро, который всегда засыпает после обеда с газетой на лице. Но он стоит посреди комнаты и говорит: "С праздником вас!" - и побивает дым шлепанцем. "Вызывай пожарных!" - орет миссис Протеро, колотя в обеденный набат. Вызовешь их, - говорит мистер…

- Может, ты слишком много ешь? - попробовал я найти утешительное предположение. - Или ешь то, чего тебе нельзя? Может, тебе надо избегать кальция... - Кальций, железо, витамин В, равно как и все остальные витамины, мне запрещены, - взорвался Кукоанеш. - За весь сегодняшний день я съел одну сухую корку…

Конечно, есть вопросы, к ответам на которые можно прийти путем умозаключений. Даже о будущем можно судить более или менее точно, когда речь идет о выводах из известных предпосылок, когда нужно лишь найти следствие известных причин. Но, кроме обычной причин­но-следственной связи, между явлениями может…

Она лежала на диване, против привычного положив ноги на подушку. Голова свисала с дивана и к ней приливала кровь. Она была погружена в свои мысли, готовясь ко сну, когда кто-то постучал в дверь. Правда, в приглашении не нуждались, в следующую секунду в комнате стоял взъерошенный и немного не опрятный…

– Здравствуйте, здравствуйте, – целовала и обнимала Мэген своих друзей. Хотела поздороваться с японцем, но не посмела окликнуть его. Он, не отрываясь, смотрел то на холст, то на пейзаж перед глазами. – Как прекрасна, как прекрасна, – прошептал он, чуть не плача. Мэген, хорошо зная и уважая тонкий…

И вот тогда, в этот довольно короткий момент: как-то раз я заметил, что за время, которое требуется мне, чтобы подняться со своего первого – то есть второго – этажа в ресторан, солнце успевает погрузиться в тучи ровно наполовину – в этот момент небо, меняющееся столь же быстро, будет именно желтым, как…

Гаврик кривить губи і хмикає. Стьопка зблід, але хутко зсотує нитки, зиркаючи на Федька. Спірка піднімає з землі камінь і кричить: — Ану, підійди! Ану! Але Федько навіть рук не виймає з кишень і таки підходить. — Давай сюди змія! Тут він уже вийма руки з кишені, бо Спірка затуляє собою Стьопку…

Волк слушал, я видел настороженное ухо. Сосновый бор почернел и придвинулся, где-то за ним закатилось солнце. Небо напоследок засветилось персиковым, нежным, почти волшебным сиянием. По диагонали протянулась ртутная жилка – след самолета. – Ну да! Вот если бы вас так, – я зло поддернул рюкзак, – безоружного……

– Но у нас имеется настоящее, Эмилия, наше светлое, чистое, безгрешное настоящее. – Что такое настоящее? Это – метеор, скользнувший и померкнувший. Это – миг, который, не родившись, спешит исчезнуть во мраке. Это – просто слово, которое теряет свое значение в ту самую минуту, когда оно произнесено.…

Мизанабим [2] Пасмурным ранним утром она выехала из промозглого гаражного общежития и, шлепая калошами резиновых колес, поплелась по огороженному полусонными пассажирами проспекту к конечной остановке. Распластавшиеся на асфальте лужи недовольно хрустели запекшейся коркой льдин и раздраженно…

Роман «Клетка» Саши Кругосветова – это явление. Кстати, возможно, роман будет переведен на немецкий, чешский и английские языки, что, мне кажется, очень правильно. Именно тогда можно будет начать большой дискурс. А уникальность вот в чем – текст написан на грани модернизма и постмодернизма. И это…

* * * «Хорошо бы побыть сейчас одному в купе. Может быть, повезёт», – думал он, глядя на подъезжающий поезд. Так хотелось обдумать прошедшие дни, помолиться, расслабиться, хотя бы несколько часов побыть без наблюдателей. Да ещё, не дай Бог, попадётся какой-нибудь болтун. Ему сейчас почему-то абсолютно…

«Все не важно, я не дам тебе меня сбить. Все не важно, все, я иду…» И она шагнула на сцену, растворившись в музыке, став частичкой чего-то большого, яркого и невыразимого – того, что из года в год, из столетия в столетие пытаются выразить, высказать и поймать шокированные красотой люди: композиторы…

Она не стала убегать – серебряные они или обычные – женщины от северных морей до южных, омывающих материки раздвинувшейся Гондваны, не убегают от елдораев, которые звенят. Мой, правда, еще не зазвенел, как утка в половине десятого. Сам не знаю, что это значит, не понимаю я теперь числительных, обозначающих…

— Внучка? — Племянница, сирота, — стала кричать старуха и пустилась в рассказ о том, что она так любила покойного брата, отца девочки, что ради него осталась в девушках, что это ему принадлежал этот постоялый двор, что его жена умерла уже двенадцать лет тому назад, а он сам восемь и все завещал в пожизненное…

вместе с ним в отеле. Дядюшка Густав. Видели этого, в пыльнике? Это офицер. Полковник. Еще один удрал с фронта. Они не любят, чтобы их видели. Но жрут за троих. Симона садится на цоколь бензиновой колонки и принимается читать книгу, которая лежала у нее в корзине. Жорж (за вином). Робер злит…

Он поворачивался на костылях и плелся к соседнему дому, где его ожидала такая же встреча. Женщины, стоя в дверях своих домов, переговаривались между собой: - Круглый год, что ли, кормить нам этого лодыря!.. Однако этому лодырю каждый день надо было есть. Он обошел Сент-Илер, Варвиль и Бийет,…

Матадор, который вышел из моды, был очень маленького роста, смуглый и важный. Он тоже ел за отдельным столом, улыбался редко и никогда не смеялся. Он был родом из Вальядолида, где не любят шуток, и он был способным матадором, но его стиль устарел, прежде чем он успел заслужить симпатии публики своими…

Подсев к нам как-то раз поболтать, он сказал, что впереди, в вагоне для иммигрантов, едет семейство "из-за океана", и направляются они туда же, куда и мы. - Никто из них по-английски ни слова не знает, кроме одной девочки, да и она только и может сказать: "Нам Черный Ястреб, Небраска". Ей лет двенадцать…