Прочие Детективы

Потянулась за телефоном. Восемь утра. И мне звонят… с незнакомого номера. – Алло, – включила я громкую связь. – Татьяна Александровна? Здравствуйте, – ответил мне приятный мужской голос. – Можно просто Татьяна, – скривилась я. – Не такая уж я и старая, чтобы ко мне обращались по отчеству. – Хорошо,…

– Попробуйте мою карту. И девушке коктейль повторите, – обаятельный мачо сладострастно провёл рукой по оголённой спине Лейлы. Славик не подвёл. Через пару минут хорошенькая мордашка соблазнительницы перекосилась от боли. Девушка схватилась за живот и побежала пудрить носик. «Отлично!» – Анжела чуть…

Энна Дэйнтс говорила так, словно приговор о принудительном лечении был уже вынесен и определялся лично ею. – Вы меня понимаете? – Ага, – кивнул Джонатан.       Он был искренне рад, когда они наконец подошли к комнате его подзащитного и этот монолог прервался. Вежливо постучав, молодой человек зашел…

Таких знакомых у Марианны было пруд пруди, а Алинка Росомаха – одна. И что важно, Марианна тоже имела у нее особый статус. Они подружились на лекциях в университете – обе заканчивали юрфак. Защитив диплом, Алинка устроилась юрисконсультом в крупный промышленный холдинг, а Марианна пошла в полицейские,…

– Настя, я сегодня уже не вернусь, – сказала на выходе. Она только кивнула и напомнила: – Завтра в десять собеседование. – В девять смс пришли, – не оборачиваясь, помахала рукой. Пиво и чипсы пришлось отложить. Нет-нет, заседание прошло отлично, но едва я открыла дверь квартиры, как под ноги…

У самой двери «восторженный» возвращает документы и ключи: «Привет!» — действительно, акцента нет вовсе. Двадцать четыре часа — это кое-как собраться; вещи встают на дыбы, чемодан не желает закрываться. Таня молчит, она изо всех сил старается помочь и молчанием своим, и взглядом, глаза у нее — на пол-лица,…

– Лерочка! Валерия Львовна! – окликнул ее нерешительный голос со стороны соседнего участка. Любовь Матвеевна желает поздороваться, а Любовь Матвеевну обижать не следует. Во-первых, она милейшая дама запенсионного возраста, а во-вторых, именно она неизменно приглядывает за пионами, кустами жимолости…

В дом, роскошный, затерянный на лесном участке, она входила с улыбкой. А потом была лестница, открытая дверь в подвал – и резкий толчок в спину. – Извини, любимая, но какое-то время тебе предстоит пожить здесь. Он снова изменился – вернулся этот лихорадочный взгляд, дрожали руки, на лбу проступила…

– Что нам эти офисы. Мы на пенсии. – А дети и внуки тоже на пенсии? А так работу рядом с домом могут найти. И ездить никуда не надо. Вышел из дома и опаньки, уже на работе. –это был последний мой аргумент. Но как ни странно, именно он сработал. Бабульки задумались. – Ну я пошла. До свидания. – попрощалась…

– Да, понимаете, Дмитрий, у нас город маленький, население всего десять тысяч. Живем мирно, ничего серьезного не происходит. Никому сначала на ум не пришло, что это может быть похищение или убийство. Мы только на второй день, в понедельник, спохватились, что у нее телефон не отвечает, и то думали, что,…

Капитан зло бросает трубку на аппарат, сгребает все бумаги со стола и прячет в сейф. Закрывает свой кабинет и, идя по коридору, пробует войти в один кабинет, другой, третий – безуспешно, все закрыты. На первом этаже ему повезло: хозяин кабинета что-то писал, а женщина напротив театрально всхлипывала.…

Исходя из предположений Ники, в своих первоначальных показаниях Петя Одноногий слукавил, выгораживая своего дружка по кличке Негр. Негр забил самодельным топором бомжа по прозвищу Узбек, а потом при помощи Одноногого Пети сжег окровавленную одежду. Это все видела Петровна, которая сейчас в ходе очной…

Вокруг головы мужчины расплылось темно-бурое пятно. Ясно, что это кровь, а значит, у человека разбита голова. А поскольку сами себе люди разбивают головы редко (да и обо что тут было ее разбить – о старую иву, что ли?), то вывод напрашивался сам собою: незнакомца убили! Убили самым настоящим образом!…

В разговоре двух своих друзей он не участвовал, был слишком занят делом. Фима прошла дальше, но ей уже стало скучно. Ничего стоящего не находилось. Арсений не обращал на нее совершенно никакого внимания, всецело поглощенный своим хобби. И даже болтовня Юры не развлекала. Фима ненадолго остановилась…

– Ну Амфитрион, с тобой театра не надо. Ты каждый день мне устраиваешь такие представления, что я удивляюсь, как еще не умерла от смеха. В ответ Амфитрион заглотнул вторую половину огурца. На лице Пелагеи Егоровны, уже успевшей прийти в себя, отразилось явное недовольство: – Не понимаю, и как только…

Однако мои фантазии фантазиями и оказались. Вадим шагнул в прихожую, и стало ясно: он, что называется, трезв как стеклышко, мало того, никаких признаков недавнего возлияния я усмотреть не смогла. Хотя старалась. – Димка здесь? – спросил Воин, сбрасывая ботинки. – Нет. – Это хорошо. Я с опозданием…

На самом деле Иду звали Зиной, но разве может выговорить итальянский мужчина это имя, а быть Дзинаидой девушке совершенно не хотелось. Поэтому сначала в соцсетях, а затем и в жизни она переименовала себя в Иду. Зина-Ида периодически умирала от зависти то к Соньке, которая почему- то не только не рвалась…

Банковскому клерку, человеку женатому и респектабельному, не к лицу посещать подобные заведения. Запирая кассу перед тем, как уйти на обед, Кен решил: в «Сигале» – ни ногой. Отправится домой и будет скучать – как обычно. Он спустился в гардероб за шляпой. Паркер мыл руки. – Вот ты где, – сказал…

– Вы не понимаете, я честно ничего не помню, куда и зачем я должна выйти, кто вы, о каком ребенке вы говорите, я себя не помню, я с ума сойду от этой боли и этих мыслей, – и снова зарыдала, или даже скорее завыла. – Ладно, не ори так, а то сейчас вколю лекарство, и снова заснешь, лучше лежи и память…

Когда за Лукой закрылась дверь, я прислонилась к ней спиной и закрыла лицо руками. Ужасный день. Невообразимо ужасный день. День, который навсегда перечеркнет возможность хотя бы иногда проводить время с Лукой на тренировках или полигоне. Как же я допустила такое? Стоит признать, что моя свадьба…