Прочие Детективы

– Да, слово емкое и вызывающее уважение, – согласился Крячко. – А тогда – поезжай-ка ты домой. Ляг на диван, и пускай твоя Мария над тобой поколдует. Она это может, я знаю. Ну, даст какую-нибудь мазь, порошок, сделает припарку… – Придется, – раздраженно проговорил Гуров. – Какой из меня работник при…

Сначала журнал осаждали толпы Сушковых Елен, а также Сушко, Сухаревых, Сухих и т.д. Удивительно, но ни одна даже по возрасту не подходила на роль потерянной девочки. Первый вариант пока не оправдал надежд. Но вдруг позвонил ювелир Бережко из Новосибирска. Он сообщил, что именно такой старинный золотой…

«Вот тебе и на!» пробормотал он вслух и нервно рассмеялся. В последнее время его часто приглашали на ток-шоу в качестве аналитика и комментатора в передачах, посвящённых криминальной хронике, нашумевшим делам, висякам, орудиям убийства, пыткам и похищениям, изнасилованиям, но ещё никогда на обсуждение…

Ее родители, Джон и Шарлотта Грин, были весьма успешными врачами: отец – хирургом, мать – патологоанатомом. У них было много друзей, их все уважали. Каждое воскресенье отец устраивал барбекю, собирая всех соседей в округе. Тогда Хлоя была обычной девушкой, радующейся каждому дню, посещающей студенческие…

– Ты очень красиво разложила всё, – сказал он со смешным акцентом. Поначалу Джуди с трудом понимала его английский. Но со временем и она привыкла, и он стал говорить чуть лучше. Сама она на путунхуа могла сказать только привет и спасибо. – Спасибо, Лю. Что ты принёс? – Это с локуса Д4, – ответил…

– Совсем сдурел?! – Быченко покрутил ему, ну а потом и себе. – В окно взгляни – шесть утра!.. Отряды спят, начнёшь стрелять – разбудишь лагерь. – Вы абсолютно правы, капитан, – кивнул майор Гилязитинов, – Шуметь не надо, нежелательно. Когда зэки пронюхают в чём дело, то на работы точно не пойдут. Им…

– Одежда у нее думаю отличалась – сказал мужчина, делая снимки. – Да много что отличалось. Не будем романтизировать ту эпоху. Хочу лишь частично к ней прикоснуться, а не устроить полную реконструкцию – сказала женщина. Пара провела на острове ровно час и уже ожидали мистера Уолша на берегу, чтобы…

«Волнуется…» – подумалось Черкашину.  Волошин Егор Кузьмич, шестьдесят пять лет. Доктор наук. Начальник Сывермской экспедиции. Всё это плотно улеглось в памяти следователя. Судя по всему, мужик неплохой, только рассеянный какой-то. Впрочем, как и все учёные.  Вертолёт ждали. У площадки, выложенной…

Сегодня что-то сбилось в отлаженном механизме: не успела Марина сполоснуть посуду после завтрака, позвонила Ульянка, что скоро приедет. Не Бог весть, какое важное событие, но все же развлечение. Ульяна, программист по образованию и дизайнер по призванию, была компаньоном Андрея в его первой маленькой…

Сама я так и не решилась на ребенка. С серьезными отношениями не сложилось. Пока все вокруг выскакивали замуж, разводились и выскакивали вновь, я твердо верила в то, что уж я-то выберу настоящий бриллиант. Раз и навсегда. Но все, кто проявлял ко мне интерес были, по моим меркам, неудачниками. А мне хотелось…

– Так, – не стал спорить психолог. Это имя ему ни о чем не говорило. – И мне нужна ваша помощь. «Точно, пациент по рекомендации», – мелькнуло в голове, и Лихута сказал: – Давайте встретимся завтра в Центре, если моя помощь не нужна вам немедленно. – Подождите, – перебил его незнакомец. – Выслушайте…

– Успокойтесь и постарайтесь все вспомнить, – офицеры насторожились и переглянулись. Нападение в вечернее время на белого, всем видом намекавшего, что при деньгах, в районе, где и днем-то для таких, как он, небезопасно, типовая ситуация для патрульных, сулившая кучу проблем и бумажной волокиты. – Как…

– Мне нужны мои рубашки, галстуки и носки. И еще ремень! – Ремень один? – Что? – осекся папа. – Рубашки и галстуки ты употребил во множественном числе. А ремень в единственном. Значить, ремень тебе нужен всего один? – Разумеется, один! Он и был один! Зачем мне два ремня? – Но рубашек было несколько?…

В трех километрах от позиций жилье у офицерского состава было чуть получше. Командному составу досталось несколько изб, в которых можно было хоть как-то отгородиться от остальных. Соболев, как старший офицер, имел даже свою конурку с окошком. Его, правда, пришлось завесить тряпьем, но так было даже теплее.…

–  Знаю я, все знаю, что ты! Вечно лезешь куда не следует! Суешь свой длинный нос в мои расследования! – грозно закончил Свистунов. –  Но я… –  Не перебивай меня, и на сегодняшний вечер я тебя очень прошу… нет, даже требую… веди себя как горничная… Твоя задача… –  Приготовить и принести на стол, –…

– Конечка, – в который раз озвучил свою любимую нетленку Тагир. В кабинете уже урчал верный товарищ оперативников – растрескавшийся Бош. В начале названия едва угадывался контур недавно соскрёбанной приписки. Орудовал ножом лично Тагир, когда узнал, что вскоре их с Адилем коллектив ожидает временное…

Мстиславский же воспринимал живопись именно как живопись: изображение, в котором есть жизнь и душа. За это он был готов простить художникам, о которых писал и говорил, всё, ну или почти всё. Вкусы его сформировались в молодости – когда он, кучерявый и длинноносый, со свежим дипломом МГУ, без гроша…

Дождь продолжал накрапывать. Девушка встала, на негнущихся ногах приблизилась к надгробию и сняла с него целлофан. Укрыться? А то совсем можно промокнуть… Пытаясь справиться с непослушным трофеем, Ника мельком взглянула на соседнюю плиту. «Спиридонова Марианна Борисовна (1934–1990)», – прочла она стертые…

Кто-то внизу вскрикнул, от нее требовали быть осторожней и не рисковать понапрасну. Совет совершенно бесполезный, но в опасных ситуациях все почему-то так говорят: будь осторожна! Как будто она сама не знает, что спускаться со второго этажа по заледенелой трубе нужно осторожно. Как дети, честное слово.…

Рыжий глянул на мокрую ладонь и, вытерев ее о брюки, включил в салоне свет. – Простите… – извинился полицейский и наконец заметил Аню, торт, ее бинты. Глаза его расширились, и Аня решила зачем-то объяснить: – Дизель попался с характером. – Это называется руки из жопы. – оборвал Рыжий. – К делу.…