Классическая проза

Въ душ я хотлъ, чтобы такъ оно именно и было, но на самомъ дл въ памяти моей не оставалось даже искорки отъ этого „вчера“! Конечно, представлялось наиболе благоразумнымъ тотчасъ же откровенно выяснить недоразумніе, но мн показалось это слишкомъ обиднымъ посл комплимента молодой двушки что я узналъ ее!…

И вот добрый малый в них потупился, негодяй осклабился, а благородный герой побледнел от негодования. Звездные царьки, руководители галактических профсоюзов — вылитые копии энергичных белобрысых менеджеров из здешних преуспевающих компаний; их мелкие причуды призваны убедить нас в достоверности историй,…

Нора не ответила. Она сидела на стуле у кроватки – локти на коленях, подбородок в ладонях. Она слышала, как открылась дверь – родители с братом вышли во двор; их голоса удалялись и, наконец, затихли – они вышли с тропинки на дорогу. Нора начала представлять, что там происходит. Вот чудесная прямая…

— Да слышала... Сестра Секлета дурно поступила... Для бога все надо стерпеть... Устина закашлялась. — Не очень ли быстро идем?.. Надо терпеть... Не стерпишь, если Аркадия на всех плетет матушке игуменье! Та за работой стояла, а эта ленится, та есть не хочет за трапезой, отдельно в келье свое ест...…

— Варвара! Варвара!..— послышался из столовой раздраженный голос Чубинского.— Почему до сих пор ставни не открыты? Пани Наталя задержала рукой Варвару и бросилась в столовую. Там стоял ее полуодетый муж и щурил подслеповатые глаза. Он еще не успел надеть очки, плохо видел, и лицо его, обрамленное…

— Бобе!.. Бобе Эстерка!.. Внизу дрожали все те же звуки. — Бобе!.. Послушайте, бобе! Пение стихло, и послышалось продолжительное жалобное сморкание. Когда они рассказали ей, зачем пришли, она молча встала и простерла во тьму дрожащие руки, ища опоры. Ее взяли под руки и повели. Двери темной хаты…

Что касается меня, то я не стану возражать противъ приведеннаго выше мннія Тоби Векка, такъ какъ я ни мало не сомнваюсь, что онъ имлъ достаточно случаевъ, чтобы хорошо его обдумать и выработать. И такъ все, что ни говорилъ Тоби Веккъ, я повторяю за нимъ и всегда готовъ постоять за него, хотя это и и…

Все сильнее пахнет акация по мере того, как сиреневеют сумерки, в домах позажигали лампы, с улицы видно, что кто делает в нижнем этаже. Вот сидит, через дорогу, девица у пианино; окно раскрыто, и исполняет она полонез Огинского. Мой товарищ останавливается, и я вижу ясно ореол внезапного вдохновения…

— А? (что, собственно, тут следует: вопросительный знак (?) или восклицательный (!) — обстоятельства не решили). — Я его провел в комнатку, где жил немец, что изволили отпустить. — А! — Он просил сказать, когда изволите проснуться. — Позови его. И лицо Алексея Абрамовича сделалось доблестнее…

Такая любовь неизбежно эгоистична и направлена не на любимое существо, а на самое себя. Нет, это не самокопание, как можно было бы подумать, не обнаруживание в собственных поступках неких себялюбивых низких побуждений (что случается, скажем, в «Исповеди» Руссо) — это стремление выявить некие общие закономерности…

Но было еще кое-что, беспокоившее его больше, чем этот шум ! Это были крысы. Особенно когда он был ребенком, ничто так не мучило его и не приводило в такой ужас, как крысы. Именно эти мерзкие животные сбегались на запах горящих свечей, которые ставили у него в ногах. Они обгладывали его одежду, и он…

Ганс Касторп – так зовут молодого человека – с его ручным чемоданчиком из крокодиловой кожи, подарком дяди и воспитателя – консула Тинапеля, которого мы сразу же и назовем, – Ганс Касторп, с его портпледом и зимним пальто, мотающимся на крючке, был один в маленьком, обитом серым сукном купе; он сидел…

Воспользовавшись тем, что тетя и бабушка заняты разговором, мальчик берет большой кусок сахару и кладет за щеку. Тетя Рытлина подозрительно смотрит на него и отодвигает сахар. – А вдруг они не захотят его взять? Ведь он ему не родной сын,– говорит она вполголоса. Ринтын часто слышал эти слова –…

– Молчи! – махнула рукой грузная, широколицая старуха в старинном повойнике с ярким парчовым донышком. – Я, суседка, и то не узнала, а ему чего дивья. Много ли он видал ей? Я видал Катерину, видал не один раз и даже, помнится, лет пять-семь назад чай у них пил, но большая ли радость смотреть на деревенскую…

Красные колпаки уже кончали работу; могила была зарыта, и они тщательно закладывали ее дерном. Выполнив это, они насыпали поверх сухих листьев. – А теперь, – сказал их начальник, – сам черт не отыщет! – Убийцы! – невольно вырвалось из уст Сэма. Вся шайка всполошилась, и, взглянув наверх, они увидели…

И еще о друзьях. Конрад был вхож в английские литературные круги, с энтузиазмом встретившие его первые литературные опыты. Все его новые рассказы, повести и романы, прежде чем выйти отдельными книгами, печатались в солидных литературных журналах. Но его финансовое положение оставалось нестабильным: тиражи…

Учился мальчик недолго и особого прилежания не проявлял. «Я не столько посещал школу, — вспоминал он в одном из писем, — сколько увиливал от нее, моля Бога чудом ниспослать мне знания». В тринадцать лет он бежал из дома в Перуджу и стал там учеником переплетчика. Общение с книгой не прошло даром: в 1511…

А через год схоронила и отца. Второй земляной холмик с незабудками появился под сосной. III А годы все шли, им нипочем чужие смерти; бегут без оглядки на чужие жизни, забирают всяких за собой и оставляют на отрезках прошлого в виде холмиков. А ее забирать не спешили. …

Приятель ушел, а я уселся на суфе у парикмахерской и, стараясь не привлекать внимания, принялся разглядывать Кори Ишкамбу. Он оказался человеком среднего роста, и живот у него действительно был непомерно большой – такого я не видел ни у кого из толстяков. Жирное, расплывшееся тело и толстая короткая…

— Нет, совсем нет, это вышло самой собой. Но ты должен поменьше удивляться и пить больше вина. А с патроном дело обстоит так: эта барка изначально вообще никакому человеку не принадлежала. — Гракх, одна просьба. Расскажи мне сначала кратко, но связно твою историю. Потому что, если честно признаться,…