Историческая проза

Эта книга написана в основном по воспоминаниям товарищей Дундича — бойцов и командиров Первой Конной, а также участников и свидетелей тех событий, в меньшей степени — по оперативным сводкам, приказам и другим архивным документам. Повесть не претендует на завершенный рассказ о легендарной личности, она…

Вот теперь можно и к «ящику» повернуться: – А ну-ка! Что там у нас в Гондурасе? А в Гондурасе всё спокойно. И тебя, после двух-трёх кадров, уносят прокладки с крылышками куда-то далеко-далеко, где глохнут все звуки, и остаются только умиротворение и покой. Откроешь глаза, а в экране вместо картинки…

— Кажется, сегодня эти молодцы что-то замышляют… Тальма махнул рукой: пусть! Тальма играл Нерона, коварного жестокого и несчастного, который всевластен и бессилен, злобен, горек, одинок. — Пусть!.. У Тальмы была хорошая память. Теперь его ругают «якобинцем»? Что же, прежде ему кричали «жирондист».…

Пройдя по всему порядку изб, Ананий развёл возле кузницы, где когда-то работал сам, а теперь работает сын Страшко, небольшой костерок, присел под навесом на дубовый обрубок с прикреплённой к нему наковальней и задремал. Снилось ему, будто он - совсем ещё молодой, такой же весёлый да складный, как внук…

Я руководил вскрытием и бальзамированием, я лично обрабатывал сердце Марата. Я участвовал в погребальной процессии и своими глазами видел народные любовь и горе. А затем я ушел. Моя профессия могла меня прокормить в любом месте — я был независим, и я расстался с политикой и людьми, которых знал раньше.…

Гамилькар покачал головой. – Что прикажешь делать, Гамилькар? – Теоптолем переминался с ноги на ногу, – Куда мне их отвести? – Проводи их в столовую, что расположена рядом с шатром Совещаний! Пусть подкрепятся. Я спущусь чуть позже! Есть над чем поразмыслить! Да, Теоптолем! – окликнул, повернувшегося…

Жара выжимает последние капли пота, одежда пропитана солью, лица исполосованы ожогами. Но люди идут. Идут днем и ночью, боясь остановиться и отдохнуть, боясь ночевок и сна, боясь отстать друг от друга… Не жара страшит их. Их гонит враг. Жестокий, как волк, бесчисленный, как саранча. Аулы Великого…

– Твоїми вустами Бога цілувати. До речі, серденько… – У тебе стільки милих слів!.. Мабуть, за них я й кохаю тебе. – Ти покохала мене за голос. – Я покохала тебе всього. І голос твій теж. Кохають – ніколи не знають за що. Не кохають за ніс, за губи, за брови – кохають усього. А коли отак в розбіг…

Глава I Я не начну своих воспоминаний, как мог это делать талантливый автор писем из эпохи Крымской войны И. С. Аксаков, – с самых первых дней моей молодости: она прошла так, как в то старое время проходила жизнь девушек нашего звания, то есть в выездах, занятиях музыкой, рисованием, домашними спектаклями,…

– Да сколько тебе уж сказывали, Заряна, нельзя Тришке жениться! – укоризненно вздохнула Соломея. – Холоп он, на службу с батюшкой али братом моим выходит, в порубежье со схизматиками и басурманами рубится, татей ловит, в походы ратные выступает. А ну, убьют его в сече, что тогда? Вдовой с сиротами останешься,…

   — Мне некогда, если честно, — признался настоятель и добавил неожиданно мягко: — Вы правда отслужите мессу, потом расскажете, не изменились ли ваши желания. Нужно было идти, но Иероним Надаль всё топтался в настоятельской келье.    — Отец Игнатий... а когда вы впервые почувствовали в себе призвание?…

   — Сто дней, — вновь заговорил он. — Хвала богам, я знаю, сколько мне отпущено, и успею подготовиться к своей смерти. Я желаю, чтобы ты, Вебуллен, отправился в Германию, где стоит войско моего наследника Тиберия, и передал ему мой приказ прибыть в Нолу. Я тоже отправлюсь в этот город. В последний раз…

Сэррей видел, что рука лорда дрожала, и когда его взоры последовали за пламенным взором Уорвика, то он различил белое платье, видневшееся сквозь сеть ветвей. Место, где они притаились, было крайне уединенно, и Сэррей не мог сомневаться, что лорд подслушивает тайны людей, пришедших на условленное свидание.…

Я была поистине дьяволенком, обожавшим отцовских лошадей и изводившим мальчика, водившего их на водопой, чтобы он посадил меня у себя за спиной. Я умела кричать «Но!» и «Пру!», умела свистеть, умела швыряться камнями. Один военный, драгун, который часто заходил к моему отцу, подружился со мной и стал…

— Ну вот, давай в этом русле работать, — предложил Мордыхай. Надо признать: отцы марксистского учения излагали свои мысли четко, ясно, последовательно в отличие от своего верного ученика Ленина. У Ленина слог, как он сам писал: шаг вперед, два шага назад. Излагая свои мысли, он был страшно безалаберным,…

– Покойный отец мой, – начал он деловой разговор, – совсем недавно выплатил дань Гиреям крымским, чтобы они дали нам пожить спокойно. Но, получив дань, вероломные татары уже вторглись в наши южные «кресы», угоняя в Крым многие тысячи пленников. Теперь, если выкупать их на рынках Кафы [1] , нужны деньги,…

Цирк этот имел почти овальную форму. Западная часть его была срезана по прямой линии, а восточная замыкалась полукругом. В западной части был расположен оппидум – сооружение с тринадцатью арками; под средней находился главный вход – так называемые Парадные ворота. Из них перед началом ристалищ на арену…

- Всегда худая была, а теперь, с короткими волосами, вообще малолетка, - ответила Саша, - Волосы жалко, всегда длинные были. - Потом отрастишь, - ответила женщина, - В длинных волосах на каторге зоопарк заведется. Кое-как против воли доев баланду и отдав хлеб соседке, которая смотрела на него голодным…

Лето от сотворения мира 6946, день святого мученика Патрикия Седьмой месяц мы во фряжской земле. Видели много городов, больших, каменных, по улицам каналы проложены, и вода в них студёна и сладка. Народ всё больше степенный, спокойный, пожалуй, только вина много пьют. Объясняют так: вода у них хоть…

Вечная борьба старого с новым – вечный спутник веков… Глава 1 Приветствующие у входа в музыкальный зал хозяева усадьбы улыбались и обменивались приветственными фразами с прибывающими на их бал гостями… – Маркиз, – поклонилась одна из молодых дам хозяину. – Графиня, – кивнул тот в ответ. …