Звезда должна гореть
Шрифт:
Юноша замолчал, осмысливая сказанное. Уж больно все это походило на сказку.
– И все-таки, я не понимаю. Что за силу может иметь слово? Это что — такая особая магия?
– Называй как угодно. Каждое слово, каждая произнесенная нами фраза, обладает возможностью к исполнению. Но именно возможностью. Не все слова исполняются. Не все заклинания свершаются. И у развитого существа вероятность того, что любое его слово станет правдой, воплотившись в реальном мире, очень высока.
– Но как слово может обладать силой? Я никогда не замечал этого.
Рениус положил котомку
– Чтобы слово стало силой необходимо соблюдение нескольких условий, - продолжил он.
– И одно из них — речь, не замусоренная посторонними, ничего не значащими словами. Чистая речь. Положение некоторых демонов даже смешно, если смотреть на это правило: они считают себя сильными, свободными и значимыми, используя и продвигая испорченный язык, а в действительности проявляют слабость, зависимость и полное убожество. Слово не может воплотиться, не может быть услышано, если его подавляет слишком много постороннего шума.
– Это как с водопадом, да?
– Правильно. Нужно слишком громко кричать, чтобы перекричать водопад.
– А еще какие условия есть? Почему могут не исполняться слова?
– Многословие и болтливость. Когда слов слишком много, они не успевают накопить свою силу. Просто утекают. Склонность привирать, неумение сдерживать даже малые обещания тоже не дают силе проявиться. Чтобы слова стали силой, надо самому постараться, чтобы обещания не расходились с делом. Сперва ты работаешь над воплощением слов. А потом слова сами работают на тебя, свершая сказанное. А еще это большой труд и большая ответственность.
– Но демоны? Разве они всего этого не знают?
Рениус открыл глаза и выдохнул:
– Уф-ф-ф… Кто-то знает, кто-то нет. Если ты заметил, те, которых мы встретили, свою речь совсем не контролировали, не желая сковывать собственную «свободу» и «самовыражение». А в итоге все самовыражение ушло в серость и неотличимость от всех подобных. Грязные, оскверненные слова стали контролировать их речь. А через речь — и их поведение, их дальнейшую судьбу. Помнишь, про водопад? Когда мусора слишком много, и он способен совершить нечто отвратительное. Но зависеть это уже будет не от самих демонов — они будут лишь инструментом.
Воин приподнялся и сел. Протянул руку к своему щиту и знаком показал молчать. Зал замер.
Так они просидели минуту. Наконец Рениус расслабился:
– Показалось. Но нам следует быть начеку.
Он поднялся и потянулся руками вверх, совершая своеобразную зарядку.
– А еще слова лучше срабатывают, когда они выражены в ритмичной форме. Стихами, например. Их хорошо слышат некоторые существа. И даже могут отозваться, - неожиданно произнес он.
– Попробуй как-нибудь на досуге.
– Скажешь тоже, - Зал смущенно махнул рукой.
– У меня в рифму не очень получается. Я уже пробовал.
– Это неважно. Важно, что ты чувствуешь природу и ее ритм. Ты же общался с теку? Разве нет?
– Рениус сел на землю, повернувшись к собеседнику.
– Не-а. Я просто с ними играл.
– Это почти то же самое. Для них игра и общение — практически одно и тоже.
– А у вас они тоже есть?
–
– А, ну да — у вас же водный мир.
– Вот именно. Хорошее отношение с их стороны стоит ценить. И тогда они обязательно придут на помощь. Но воспринимают просьбы только в рифму.
– Как интересно. Хорошо, я попробую как-нибудь.
– А попробуй сейчас. Уверен, должно получиться!
Юноша задумался, подбирая слова. Мешало отсутствие должного настроения и того, что хотелось сказать.
Рениус неожиданно вскочил, хватая щит и делая предупредительный знак. Зал, поддавшись тревоге, тоже вскочил и замер.
Лишь легкий ветерок гулял по кронам деревьев, гоняя увядший мусор. Ни звука больше не вмешивалось в игру свободолюбивых воздушных существ. Рениус, тем не менее, не спешил расслабляться.
– Мне кажется, что за нами наблюдают. Только я не пойму откуда.
– Может пойти проверить?
– Зал попытался сделать шаг, но был неожиданно остановлен.
– Стой, куда?! Я не могу рисковать тобой.
– А что делать?
– Попробуй в рифму обратиться к… как у вас их называют? Вайи?
– Ага. Они хорошие, - Зал улыбнулся.
– Вот. Попроси их узнать, кто прячется рядом. Создай рифму.
Юноша подумал, что Рениус смеется над ним. Но подняв взгляд, он увидел, что его друг вполне серьезен.
– Мне нужно немного времени.
– Хорошо. Я буду стоять тут. На страже. Если они нападут.
Странное, конечно, желание. Спорить Зал не стал и присел, сочиняя рифмованную просьбу. В успех верилось не сильно, но кто знает. Вряд ли Рениус станет так глупо шутить.
Вокруг по-прежнему было тихо. Прикидывая слог, юноша несколько раз бормотал про себя рифмы. И, наконец, подобрал то, что хотел:
– Ветра свободные дети,
Духи ветров на планете.
Есть ли кто рядом? Скажите!
Хитрость его покажите.
Легкая группа вайев, вместе с неожиданно образовавшимся ветерком, облетела, еле слышно смеясь, вокруг юноши в серой, льняной одежде с заплатками, затем вокруг Рениуса, замершего на выходе из укрытия и резко выскочила прочь. Странное дело — Зал продолжал слышать их веселый смех, даже когда они унеслись прочь. Вот они облетели одно высокое дерево, наполовину облетевший куст, гору мусора, покружились вокруг серого песчаного камня и подлетели к небольшой яме, закрытой высоким папоротником. Шелест ветра донес до него образ чуждого существа, с большой пастью, вонючим дыханием и костяным воротником, защищающим мощную шею.
– Это Бальд!
– удивленным тем, что ему открылось при помощи маленьких воздушных существ, произнес Зал.
– Он там, в яме под папоротниками. Следит.
– Вот негодяй! Не иначе как гадость замыслил, - Рениус сделал шаг к выходу из укрытия.
– Придется поговорить с ним по душам.
Вайи тем временем продолжали свой полет, оставив замершего Бальда, взлетев куда-то под небеса. Их быстрый стремительный полет захватывал дух. Но они явно что-то хотели сказать еще, окружив нечто темное, большое и крылатое.