Золотой дракон
Шрифт:
'О-о-о-о..., а-а-а...?'
– Не переживай так и не пугайся, я не забыл ничего, но вот плохо мне было долго, слабость, лихорадка. Эльфы не болеют, никогда не думал, что мне придется в жизни испытать такое... да и Маринина особенность очень пригодилась, мы на основе ее крови сделали лекарство, для всех адептов. Да и тебя спасли...- потом Фир помолчал, смотря в окно, вздохнул и посмотрел на меня.
– Марина... она... мы с ней поговорили тогда... и, в общем... она решила уйти с моего факультета... она попросилась к ректору... она будет теперь у него учиться, хоть так и не делают... но ты же видишь, ваш набор, вообще, необычен... так что... ты сильно не расстраивайся. Она, скорее всего, теперь с тобой не захочет общаться из-за того, что произошло в кабинете тогда.
'Извини меня, я не хотела влезать в ваши отношения с ней. Поэтому и не приходила к тебе так долго'.
– Кьяра-Кьяра,
'Эльфа ей захотелось', - зло прошипел мысленно Фир, потом посидел, успокаиваясь, и продолжил:
– Да и хорошо, что сейчас все выяснили, а не позже. Да и я тебе не раз говорил, чтобы не придумывала себе всякую ерунду, а если есть сомнения или вопросы, приходила ко мне и спрашивала. Ладно, оставим это в прошлом, надеюсь, если ты себе вдруг еще что-то надумаешь, то поговоришь со мной прежде, чем отдаляться или принимать какие-нибудь серьезные решения.
'Извини, что тебе из-за меня тоже пришлось болеть'.
– Да-а-а, - улыбнулся Фир, - незабываемые были ощущения. Не переживай, даже если бы все опять случилось, я бы поступил так же, и еще раз, и еще раз, каждый раз я бы поступал одинаково, пусть мне тоже перепало, ты же это знаешь, мышонок, но главное, что все обошлось, и с тобой все хорошо...
'Ага, вот только голоса все равно нет...'
– Нет, и не скоро будет, так орать, удивляюсь, что он, вообще, появится. Да ладно, шучу я, шучу, не пугайся и не смущайся так. Просто, первая стадия очень болезненная и все очень сильно кричат, вот и срывают голосовые связки, и магия не дает им зажить, пока не проснешься, или очухаешься от действия зелья. Никто из преподавателей сильно не подвергся зелью, так что не кричали. Вот только то, что от тебя мне перепало, и то хрипел, и у меня тоже с трудом заживало горло, хоть почти и сразу смог говорить. Все, а теперь давай покушаешь, и будем спать.
'Опять кушать, эту кашу? И где ее вы только нашли, фу-у-у-у...'
Глава 17
Последствия.
Сама встала, я только через день. Две недели прошли почти незаметно, а события я начала вспоминать на следующий день. Фир сам проверял мои успехи. А еще, притаскивал кучи книг, чтобы у меня не оставалось времени скучать и думать о чем-то неположенном, по его мнению. Постепенно, я смогла говорить, правда, меня ждал небольшой сюрприз, да не только меня. Все, кто в той или иной мере, хоть на чуть поддался действию зелья - получили хрипловатый голос, да и из-за голоса, который долго нам нельзя было напрягать, привыкли говорить почти шепотом.
Первые из заснувших, начали просыпаться почти через три недели после того, как я очнулась. Дара не было почти у большей половины проснувшихся, и Фир сказал, что тот адепт тоже лишился дара. Видимо, Боги его наказали. А всем остальным, в том числе и нашим магистрам, и деканам, да даже ректору, пришлось учиться заново управлять своим даром, но если наши преподаватели справились с этим довольно быстро, то вот нам, адептам, было очень и очень плохо. Особенно не повезло огню и воздуху, как самым нестабильным стихиям. А мне, как представителю обоих стихий, было, вообще, 'весело', меня просто сметало с пути моей же силой. Только больше, чем через четыре месяца я смогла вернуться к тому же самому, что было при поступлении в академию, то есть ничего не могла, но хоть со мной рядом безопасно было стоять. У остальных адептов дела были приблизительно такие же. Конечно, чем старше и чем опытнее, тем быстрее они справлялись с новыми силами.
Сложнее, намного сложнее, было ментальным магам. Наш дар срабатывал неожиданно, и не в самых подходящих местах и моментах. Но тут мне особо и помочь было некому. Дар сам должен был успокоиться в течение нескольких лет, скольких, точно никто не знает, так как такое прежде не встречалось, и только потом я могла опять начать учиться.
Поэтому, после того, как нам все это объяснил декан факультета ментальной магии, страдающий от той же проблемы что и мы, его адепты, было решено, что он нам пока продолжает давать знания и теорию, а на практике мы уже будем потом обрабатывать.
Единственное, о чём он нас предупредил, что если мы не хотим знать и чувствовать все и всех вокруг, то должны стараться не встречаться ни с кем глазами, и ни до кого не дотрагиваться и, вообще, избегать многолюдных
мест, особенно, когда там полно разных переживаний.Чтобы как-то обезопасить менталистов, нас всех одели полностью в одежду из кожи диниранга, хоть она и была очень дорогой. Каждому из нас, выдали по четыре комплекта этой одежды. Одежда из нее, была: мягкой, дышащей, легкой, темно-серого цвета, плохо снашивалась и могла служить легкими доспехами. Нас полностью завернули в эту одежду. Штаны, сапоги, рубашка под горло, и плащи с капюшонами, и даже на руки нам предстояло одевать перчатки. Да еще, как дополнительная защита были длинные рукава плащей, закрывающие полностью руки, с разрезом со стороны ладоней для удобства, да и капюшоны в плащах тоже закрывали полностью лицо, хоть и были сделаны так, что все было видно. Они спасали, но опять-таки не настолько, чтобы мы хотели сами по своей воле находиться в местах скопления народа. Вот только менталистов всегда было мало, и последние несколько наборов, вообще, никого не взяли, кроме меня. Просто некого было брать. Так что, с каждым из менталистов наш декан занимался индивидуально, да и, вообще, они все были намного меня старше и опытнее, так что, в отличие от меня быстрее разобрались со своими новыми возможностями.
Занятия в академии начались только после праздников середины зимы и то, не для всех. Конечно, все адепты до этого времени совсем не гуляли, а читали, учили, но без практики. Каждый сам для начала учился, просто жить. Жить и не покалечиться с новыми увеличившимися способностями, кто-то что-то вспоминал, а кто-то, вообще, учился жить без способностей. Им было тяжелее всего. Их всех перевели на факультеты алхимии и лекарств, а еще, с ними усиленно стали заниматься физической подготовкой владения всем оружием, какое только нашли в академии. В общем, вышло неплохо для них - прибил и тут же можешь вылечить, а если вдруг передумал, то и отравить следом.
Марина, как и говорил Фир, со мной больше не общалась, она, вообще, переехала поближе к ректору. Когда мы пересекались в академии, она отворачивалась и проходила мимо, сначала я пыталась с ней поговорить, но вскоре поняла всю тщетность своих попыток. Да и неожиданно проснувшийся дар, все мне рассказал, о чем я и не догадывалась ранее. Марина завидовала, мне завидовала. Нашла чему? Она хотела получить Фира, но не потому, что любит, а ей нужно было для 'статуса'. Красивый, богатый, успешный. А еще, она меня считала наивной дурой, и, вообще, как я поняла, друзей у нее не было - за всю жизнь ни разу, и всех она использовала в каких- то своих целях. Со мной все просто, она хотела подружиться из-за того, что я быстро отвечала на вступительных, и она хотела мной воспользоваться во время обучения, да и потом, как оказалось, моя магия очень полезна. Да что там скрывать, она мной и пользовалась. А Фир ведь ещё тогда её считал, и тоже все это знал, хоть он намекал на ее такую натуру, но я все пропускала мимо ушей. Но самое ужасное, что это она тогда была зачинщицей случая с ягодами. Она испугалась, что я могу все рассказать Фиру и такое сотворила. Вот теперь у нее не выгорело с Фиром, и она переключилась на ректора и спит с ним... Фу-у-у... как противно-то знать все темные желания и скелеты в шкафу. Дар у менталистов успокоился приблизительно через полгода, и к тому моменту мы уже умудрились узнать все тайны и страхи, почти всех в академии, хоть и старались избегать народ. Даже если кто из менталистов и был при поступлении наивен, или неопытен, или ему не хватало знаний, или умений, то теперь он этим похвастаться ну никак не мог. Если раньше менталисты учились призывать свой дар в нужную минуту, то теперь нам всем приходилось учиться наоборот, его подавлять. Но пока мы с этим справились, то насмотрелись, и начитались. Нам теперь каждому хватило тайн, знаний, опыта и умений, а особенно грязи на несколько сот жизней. Чего тут только не было: измены, предательства, пытки, насилие, убийства, темные ритуалы, светлые ритуалы, кто с кем спит, кто кого хочет, кто кому что подстраивает. Особенно страшно было встречаться с некромантами. Их не просто так приняла в свои представители Темная Богиня, они все перенесли насильственную смерть и своими муками выстрадали второй шанс в жизни...
Конечно, было и хорошее в жизни, и приятные воспоминания у всех считанных, но по сравнению с плохим, оно быстро терялось или забывалось. Проще всего, и главное приятнее, было общаться с Фиром, я его никак не могла прочитать, чему очень радовалась. Фир меня давно предупредил, какой он, и я очень боялась, что прочитав его, у меня при его виде будет появляться та же горечь во рту, как и от остальных.
За это время мы очень с ним сблизились, из-за моего такого нестабильного дара, я многое узнала о людях, и о нелюдях, да и о жизни, в общем, того чего мне никак не хотелось бы знать.