Жрец Лейлы
Шрифт:
Шепот Пириса затих.
— Мы прибыли, радость моя. Ты почему-то молчалив.
Я улыбнулся одними губами, принимая его руку, чтобы спешиться.
— Это все луна, мой лорд. Она так прекрасна сегодня.
— О да, ты прав. — Его волчьи глаза почти сияли от возбуждения и предвкушения.
Я последовал за ним под своды храма бога мрака. Тот храм отличался от капища, где собирались принести в жертву Кэртиса и где я столкнулся с Растином. Здесь все было на несколько порядков богаче, вычурнее и как-то тяжелее.
Я только головой покачал, когда из теней выскользнули
— Лорд Пирис, — я поднял на него глаза, — что это значит?
Он обернулся, и теперь я бы не назвал его лицо красивым.
Его изуродовала маска жажды силы и власти.
— Мой милый убийца, ты мое последнее звено. Твоя кровь станет идеальным компонентом для Камня Дракона. Я заменю твое сердце этим артефактом. И ты будешь жить вечно.
Я отступил на шаг. Вообще-то мне казалось, что меня просто убьют, как жертву, такой расклад был несколько неожиданным.
— Пирис?
— Ты же хочешь жить вечно? И быть со мной, любовь моя?
Меня всего передернуло. Вот это было не по плану. Этот придурок в меня что, влюбился?
— Твоя душа будет принадлежать Рою, а твое тело обретет невиданную мощь. Вместе мы будем владеть всем миром! И я заменю Верховного жреца моего бога.
В какой-то момент меня настигло странное чувство, что я действительно нахожусь в какой-то легенде, которую сейчас демонстрируют со сцены актеры. И это не я стою в середине круга воинов бога мрака.
Потом до меня дошли последние слова Пириса, и я не сдержался. Хохот просто выплеснулся из моего горла. Я действительно не смог сдержаться.
— Лилиан? Чему ты смеешься? — прозвучал тихий и опасный вопрос.
Я усилием воли заставил себя успокоиться:
— Простите, лорд Пирис. Просто мне показалось немного смешным то, что лорд Растин невольно станет моим должником.
— Что ты имеешь в виду, Лилиан?
Я усталым движением развязал завязки плаща, который до сих пор полностью скрывал мою фигуру, и скинул камзол летящего силуэта, который так надежно скрывал мою совсем другую одежду.
— Я думаю, сейчас я могу ответить на ваш вопрос, заданный всего полчаса назад, когда мы только подъезжали к храму. Я не могу стать воином вашего бога. Потому что я уже служу другой богине. И я не собираюсь жить с тобой вечно. Если моя госпожа позволит, я проживу столько, сколько она пожелает. И мне совсем не улыбается стать игрушкой с каменным сердцем в твоих руках. Мало того… — Я поднял на него веселые глаза и вытянул руку, призывая Синее Пламя. — Ты не поверишь, но Растина я собираюсь убить самостоятельно, исключительно по причине личных и религиозных разногласий.
— Ты не принц Лилиан Катани? — мрачно осведомился он, наблюдая, как в моей ладони появляется рукоять моего верного меча.
— Вот здесь я тебе не соврал ни полслова, — покачал я головой. — Правда, я уже пару месяцев как не являюсь изгнанником, король Кириан любезно восстановил меня во всех моих правах. Как Верховный жрец Лейлы я отказался от трона. Королевская жизнь мне не очень интересна.
Пирис печально покачал
головой:— А ведь я действительно полюбил тебя, Лилиан.
Я цокнул языком, настороженно наблюдая за воинами, которые меня окружали.
— Знаешь, несмотря на все, что тебе обо мне известно, должен сказать, больше всего я ненавижу, когда на меня западают мужики. Таких я готов резать за просто так. Я блевал каждый раз, когда приходил от тебя. Должен сказать, Ольгар Безумный задолжал мне за это…
— Что?! — Он резко вскинулся. — Ольгар?!!
Один из окружавших нас воинов шевельнулся, повел плечами и внезапно заслонил меня от остальных. Я удовлетворенно кивнул, рассматривая широченный разворот его плеч.
— Ну здравствуй, Пир. Давно не виделись. Скажи-ка, что это Камень Дракона делает на алтаре Роя? Никак ты решил его вернуть законным владельцам?
— Убейте их! — Голос Пириса прошипел приказ, наполненный страхом и ненавистью.
Я облизнул губы, рассматривая остальных, но внезапно все воины развернулись и встали рядом с Ольгаром. Один из них тряхнул тяжелой мерной косой и знакомым голосом сообщил:
— Видишь ли… не можем мы этого сделать. Ведь мы все пришли за твоей жизнью, друг мой.
— П-п-предатели?!
— О нет, — покачал головой оборотень. — Совсем не так дело обстоит. Просто все твои воины отправились на вечный покой, и мы решили, дабы не тревожить тебя понапрасну, временно их подменить. Ольгар — хороший Хранитель, а не просто мститель-одиночка. Неужели ты не знал, что у него есть свои люди? Я же всего лишь наблюдатель от Черной Ложи, чтобы перед вопрошающим взором нашего любимого повелителя в подробностях поведать об исполнении смертного приговора, вынесенного тебе.
Я убрал Синее Пламя. Здесь мне было делать нечего. Моя роль сыграна, и актеру пора удалиться со сцены, предоставив драме закончиться как должно.
Пирис сглупил, оставив храм пустым. Он надеялся, что, после того как овладеет Камнем Дракона, он и его горстка верных последователей захватят власть сначала в этом храме, а после и над всеми остальными. Он рассчитывал стать Верховным жрецом. У него вполне могло бы получиться, только вот судьба распорядилась иначе. И у меня возникло смутное подозрение… Я вдохнул свежий воздух ночи, отрешившись от криков и грохота, которые доносились из храма.
«Лейла?»
Она ответила не сразу, хотя ее присутствие ощущалось.
«Это своеобразная отдача долга, Ли. Когда-то Рой спас меня. Это было очень давно, наша ненависть еще не проявила себя. Этот его поступок был полон корысти, но он имел место. И сегодня я отдала долг. Тем более Пирис, овладев Камнем Дракона, стал бы очень опасным противником, намного опаснее, чем Растин сейчас. И кто знает, чем бы могла окончиться ваша встреча, уже после обретения им силы. Я не против перемен, но Растин в противниках предпочтительнее безумного Пириса, чьи планы простирались еще дальше. Камень Дракона не зря в свое время был отдан Тьме. Она лучше всех знала, как им распорядиться». Она не договаривала и не говорила всей правды. Но, наверное, я был пока к этому не готов.