Жрец Лейлы
Шрифт:
— Как хорошо иметь такого меркантильного жреца. — Лейла рассмеялась.
— Именно это в нем и привлекает мою темную душу. — Оборотень обнажил острые белые клыки в улыбке.
— А как же моя неземная красота? — оскорбился я.
— О, прекрасный! — закатил глаза темный. — Мне нет прощения, что я упустил это из виду.
— Так-то лучше, — хмыкнул я.
Лейла внезапно растворилась в воздухе.
— Развлекаетесь? — заглянул Кристиан. — Я услышал голоса и смех…
— Заходи, — кивнул я. — Мы тут строим планы
— Путешествие? — Его зеленые глаза взглянули на меня с какой-то непонятной растерянностью. — Ты уезжаешь?
— Да, — кивнул я. — Здесь дела завершены. А у меня еще долг жреца. Я должен отправляться в путь.
— Ли… — Слова выталкивались тяжело, с какой-то мучительной напряженностью.
Я насторожился.
— Я… хотел извиниться… — Мой брат наконец смог сказать, зачем пришел. — Извинится за все.
Я обогнул Кэртиса и обнял брата.
— Крис, тебе не за что извиняться. Я сделал все, чтобы никто не знал правды обо мне.
— Ты не понимаешь… я сомневаюсь в тебе даже сейчас, — тихо ответил он.
Я отстранился и безмятежно улыбнулся:
— Ты воин. Ты защищаешь Мирейю. Ты должен сомневаться. Особенно в том человеке, который всю твою сознательную жизнь считался ненадежным, по всеобщему мнению. Мало того, потом вдруг проявил неожиданную силу и власть. Я могу только гордиться твоим недоверием, Крис, потому что ты теперь видишь во мне не бесполезное создание, а равного противника.
— Ты страшный человек, — помолчав, прошептал он.
— Спасибо.
Кэртис за нашими спинами хмыкнул:
— Я сейчас разрыдаюсь от умиления. Может, мы все же вернемся на праздник и как следует повеселимся?
Кристиан отступил на шаг и улыбнулся:
— Веселитесь. А мне еще дежурить всю ночь.
Он вышел из комнаты и скрылся в коридоре, а Кэртис встал рядом со мной.
— Значит, нас ждет путешествие в Белую Ложу?
— Да. В пустыню Совирис, через Прибрежные королевства.
— Длинный путь…
— Зато интересный, — отозвался я.
Кириан попытался запустить пальцы в свою шевелюру, но, натолкнувшись на обруч кроны, досадливо дернул плечом и опустил руку.
— Я надеялся, что ты останешься подольше.
— Я тоже так думал. Но у меня очень много дел, как, впрочем, и у тебя. И твоим подданным будет намного спокойнее, если страшный жрец Лейлы будет наведываться урывками и не смущать их умы.
— Кирилл расстроился.
Я вздохнул:
— Пригляди за ним, ладно? У него необычная судьба, и, боюсь, его путь будет отнюдь не легким.
— Тебе что-то шепнула твоя богиня?
— Она молчит про Кирилла, — покачал я головой. — И это уже настораживает. У него странная аура. Это и Тайриг видит. Но сказал, что Доэр тоже молчит.
— Я, наверное, не скоро привыкну, что вы двое вот так просто разговариваете со своими богами, — тяжело вздохнул
король Мирейи. Я улыбнулся:— Мы оба так и не привыкли. Кир, сделай его своим другом. Тайриг не только любимец своего бога, он еще и очень мудрый человек. Наша мать ему доверяла.
— Я знаю. Не волнуйся, — кивнул он.
— Что-то мне подсказывает, что я вернусь из своего путешествия в Мирейю с каким-то новым сюрпризом, — вздохнул я. — Знать бы еще, с каким именно.
— Главное — возвращайся, — отозвался Кириан. — Запомни, этот город — твой дом. И дома тебя ждут.
— Спасибо за это, Кириан.
— Пойдем, — он повернулся ко входу, — Кирилл хотел с тобой попрощаться.
— Эй! — Кэртис отвел ветви деревьев и вышел на поляну с ручьем, неподалеку от которой они остановились вчера вечером. — Ты где там?
Они путешествовали уже около полутора месяцев, так как решили обогнуть земли Черной Ложи по просьбе Лейлы, которая так и не объяснила, зачем это ей нужно. Хотя, двигаясь напрямую, путь сократили бы значительно. Они миновали город, где в свое время Лилиана завербовали в наемники, проехали Талиг, который медленно, но верно восстанавливался уже под рукой наместника от Черной Ложи.
Сейчас они двигались через лес, который граничил с новыми землями Черной Ложи и отделял Прибрежные королевства. Так что через пару дней они рассчитывали выйти к первому из Прибрежный королевств, точнее, к одному из его городов — Мигару.
Лилиан плеснул себе в лицо прозрачной водой в последний раз и поднялся на ноги:
— Ты бы тоже искупался.
— Намокну, — скривился оборотень. Жрец рассмеялся:
— Кошка.
— Кот, — поправил его друг и протянул чистую рубашку. — Держи, чистюля. И пошли завтракать, а то сбежит.
— Кто? Завтрак? — Лилиан стряхнул с рук капли воды, прежде чем прикоснуться к ткани. — Ты забыл, я не имею животной сущности и предпочитаю есть мертвую еду.
— Ну так поспеши, пока она не пропахла мертвечиной, — недовольно отозвался Кэртис.
Оба рассмеялись. Жрец натянул рубашку, которая тут же прилипла к чистой, влажной коже.
— Пошли.
Но, сделав лишь два шага в сторону, где их ждал костер и завтрак, оборотень напрягся, втягивая воздух. Лилиан вытянул из-за голенища сапога узкий стилет, и оба бесшумно направились к своей стоянке.
К ним повернулось несколько фигур. Один из незнакомцев держал поджаристую утку, явно только что снятую с огня, на импровизированном вертеле — ветке.
Голубые глаза приветливо улыбнулись обоим странникам:
— Простите, господа, но я испугался, что завтрак пригорит.
Золотой каскад длинных волос, спускающийся ниже ягодиц, больше подходил девушке, чем мужчине, облаченному во все черное и облегающее, что подчеркивало его хорошо развитое тело и… сексуальную привлекательность.