Чтение онлайн

— Мир по дороге, добрые хозяева! — громко сказала Феликса, как только смогла тоже разглядеть стражей.

— Мир по дороге, странники, — осторожно ответил один из стражей.

Второй прищурился, втянул широкими ноздрями воздух и вдруг радостно заорал:

— Стальная Гарпия! Ты ли это?

— Я за четыре года не настолько постарела, чтобы меня не узнать, — хмыкнула Феликса. — А вот вы все успели возмужать, да так, что я одного от другого не отличу, уж прости меня…

— Все правильно, — сардан засмеялся и замахал руками. — Это женщинам нужно быть всегда одинаково красивыми. А мужчине не грех и парой шрамов

Данатос и остальные спутники Феликсы уставились на полосу бугристой светлой кожи, прерывающую вязь белой татуировки на плече темнокожего юноши.

— Метка той химеры, — гордо сообщил он. — Такого посвящения больше ни у кого не было!

Второй страж скрестил руки на груди и стоял с каменным лицом. “Похоже, они стали воинами не одновременно, — рассудил Данатос. — Может, он даже завидует, но виду не показывает”.

— Твои люди? — более молчаливый страж обратился к Феликсе.

— Мои друзья, как и вы, — решительно ответила она. — Со всеми ними я проливала кровь, как и с вами. Если верите мне — можете верить и им.

Феликса сделала пару шагов назад, показывая, что каждый пришедший с ней — ее равный товарищ, и Данатос заметил, как она потом спохватилась — Анаштара ведь тоже пришла с ними… Но демоница держалась наособицу, позади Брисигиды.

— Марнака вас проводит, — сардан кивнул на своего товарища, узнавшего Феликсу. — Времена становятся не самые мирные… Вернуться не забудь!

Этот стражник явно был старше Марнаки, хоть и ненамного. Проходя мимо стража, все здоровались с ним по примеру Феликсы, и Данатос тоже. Он даже протянул ему руку:

— Мир по дороге, добрый воин, — сказал оборотень.

После секундного колебания сардан тоже протянул ему руку и пожал. Его глаза расширились от удивления:

— Ты избран духом-хранителем! — воскликнул воин. — И очень сильным. Тебе повезло.

— Ты чувствуешь мою силу? — в свою очередь поразился Данатос. — Среди вас есть подобные мне?

— Тебе — нет, — ответил темнокожий юноша. — Моя мать была из тех, кто слышал голос Джораакинли. Я унаследовал малую толику ее дара, поэтому чувствую иногда магию духов. Счастливо племя, где есть подобные тебе!

Данатос ощутил, как по его щекам расцветают жаркие пятна. Он не знал, как реагировать на подобные откровения. Подумав немного, он вытащил из поясного кошеля один из когтей, которые он сбрасывал в форме пумы.

— Спасибо тебе на добром слове, — сказал оборотень, сам стесняясь своего подарка. — Да хранит тебя Великая Мать.

Сардан — впервые с тех пор, как они подошли к их селению, — улыбнулся так, как умеет только его народ: широко и искренне.

Младший из стражей некоторое время вел их по извилистой, едва заметной среди папоротников тропе. Данатос различал множество запахов, влажных, пряных и даже ядовитых. Но запах человеческого пота от других стражей, прячущихся среди брызжущей зелени, различал четче всего.

— Марнака, — тихонько позвал Данатос, — зачем так много стражей стоят за стеной?

— Если ты их видишь, плохи дела, — нахмурился сардан.

— Не вижу. У меня нюх звериный, — успокоил его перевертыш. — Твой друг сказал, что времена нынче не самые спокойные. Вы воюете?

— Нет, — покачал головой Марнака. — Только отваживаем непрошенных гостей. Арделорея прислала в Кессах послов, но среди них нет тех, кто заключал с нами союз.

— И правильно делает! — забеспокоился Лаэрт. Феликса согласно кивнула. — У Арделореи нынче другие власти. Они что, пытались скрыть от вас революцию?

Марнака резко остановился, посмотрел в глаза Феликсе, Лаэрту, потом обратился к чародейке.

— Вам нужно говорить об этом с вождем, — заявил юноша.

Вскоре Данатос стал замечать первые строения Серебристых Форелей, вплетенные прямо в зеленый лесной свод. На сторожевые коконы из лиан и листьев ему указал зоркий Лаэрт. Жилые надземные комплексы он смог разглядеть уже сам. Данатос никогда не думал, что в современном мире кто-то еще живет так. Сарданы из племени Серебристых Форелей, безусловно, не были дикарями, но их цивилизация отличалась от той, что что они встретили на побережье Сарданафара, так же разительно, как величественные горы от суетливых муравейников.

— Эвона!.. — восхищался за спиной оборотня Кистень. — Глядишь — вроде кусты. А присмотришься — так там целый дворец! Ишь как оно! Да… слов не подобрать.

— Это ты верно говоришь, штурман, — отвечал ему Ранжисона. — О Форелях слава далеко идет, но словами такое не описать. Даже птицы так ловко гнезд не вьют!

Некоторые из домов Форелей и правда напоминали гнезда сарданских ткачиков или колибри. Вся их архитектура тяготела к природным неправильным или округлым формам, но выглядела удивительно гармонично. Стены, полы и крыши, плотно сотканные из лиан и веточек разной толщины, создавали надежные убежища даже для больших семей.

— Деревья-великаны, — с теплотой прошептала Феликса. — Вот где живет настоящее волшебство!

— А что за деревья, кстати? — полюбопытствовала Брисигида. — Я разбираюсь в растениях, но эти мне совсем не знакомы.

— Мы зовем их динициями, — сообщил Марнака, все еще встревоженный известиями о смене власти в Арделорее. — Но в городах все говорят — ангелим. Они растут только под сенью Джораакинли, где сухо.

— Очень красиво… — выдохнула жрица. Кажется, она впервые перестала хмуриться с тех пор, как покорила Анаштару.

— Я когда-то бывала в подобном месте, — тихо прокомментировала демоница.

***

Марнака повел их к одному из немногих наземных строений — самому большому из тех, что они видели. Только этот дом был возведен на каменном основании, но большую его часть все так же образовывали живые деревья, плотно оплетенные разными растениями.

— Дом вождя, — вспомнила Феликса. — Кто нынче ведет Серебристых Форелей? Ушшака Молот?

— Да, — отозвался их сопровождающий. — Подождите здесь. Пусть только Гарпия войдет.

Феликса виновато пожала плечами, отдала поводья Тьярра Лаэрту и скрылась в огромном зеленом шаре.

— Здравствуй, вождь Ушшака, — Феликса скрестила руки на груди и слегка поклонилась.

— Вот это гости к нам пожаловали! — расплылся в сверкающей сарданской улыбке вождь. — Сколько лет прошло, а, девочка? Выросла Гарпия, ничего не скажешь. Хоть и не ростом.

— Четыре года миновало, — заметила Феликса. — Но тебя словно не коснулись!

Вождь шутливо погрозил ей пальцем:

— Льстишь ведь! Как же, вот, смотри, — рослый мужчина чуть наклонил голову, — макушка серебром обрастает. А ты здесь какими судьбами? К послам своим на помощь поспешила?