Чтение онлайн

– Добрый день, мистер Козинцер, – сказал Эндрю, обращаясь к Алику.

– Слушаю тебя Эндрю, что ты хотел?

– Полчаса назад, ваш отец внезапно впал в кому. Однако мне известно, что несмотря на тяжелое состояние, он до сих пор, напрягая остатки своих жизненных сил, подсознательно пытается донести до вас некое сообщение, которое вероятно, означает прощание. Если вы сможете добраться сюда, в дом своего отца, достаточно быстро и предоставите свое согласие на ментальное сканирование, я постараюсь создать мост, соединяющий ваши сознания.

Алик не стал зря тратить время на разговоры с роботом. Перед тем как отключиться, он приказал Эндрю начать подготовку к процессу и заверил его в своем скором приезде.

Козинцер подошел

вплотную к роботу и посмотрел ему прямо в глаза.

– Что ты делаешь, скажи мне, к чему такая спешка? Я еще не готов, я не могу сейчас!

– Вы никогда не будете к этому готовы, мистер Козинцер, пойдемте скорее, прошу вас.

Эндрю велел Козинцеру лечь на край платформы релаксатора, после чего, перехватив управление системой, сказал:

– Снимите ментальную блокаду. Просто скажите вслух: «ментальное сканирование разрешаю».

После того, как Козинцер произнес эти слова, глаза его начали непроизвольно слипаться и он, еще не до конца согласившийся с происходящим, заснул, подчиняясь программе релаксатора.

Получив разрешение системы безопасности, Алик вбежал в дом, бросил на Эндрю быстрый взгляд и заспешил в спальню Козинцера.

– Что с ним, он умирает? Почему до сих пор не прибыл медицинский бот?

Увидав, наконец, тело отца, он замер, остановившись в нескольких шагах от релаксатора.

– Медики будут с минуты на минуту, сэр, – сказал Эндрю. – Однако у меня вызывает беспокойство их появление, которое может помешать осуществлению прямого ментального контакта между вами и вашим отцом. Нужно поторопиться!

Алик заколебался.

– Эндрю, ты сможешь управлять этим крайне сложным процессом так, чтобы не нанести вред нашему здоровью?

– Конечно, мистер Козинцер, вам же прекрасно известно насколько надежны и предусмотрительны машины моей серии. Прошу вас, располагайтесь рядом со своим отцом, места здесь должно хватить.

Алик опустился на платформу релаксатора и сердце его защемило. Пусть эти двое мужчин, лежавшие рядом и выглядели сейчас практически одинаково, но стоило Алику прикоснуться к отцу, как он вдруг испытал давно забытое чувство из своего детства и вновь ощутил себя его сыном, таким маленьким и беззащитным. К сожалению, так уж повелось, что свою истинную природу люди в состоянии познать лишь в минуты отчаяния.

По требованию Эндрю, Козинцер младший избавился от ментальной блокады точно таким же способом, как и его отец, после чего забылся в беспокойном сне, не предвещавшем ему ничего хорошего.

Процесс шел долго, несколько длинных месяцев, но в итоге прецедент все же состоялся. В результате, Алик Козинцер получил разрешение на реализацию своего законного права стать донором и передать реципиенту, кибернетическому организму модели EN3, серийный номер 00178654, остаток своей жизненной энергии. Процедура передачи энергии была формальной и заключалась в одобрении соответствующими органами продления срока службы изделия под номером, указанном в документах с предоставлением ему необходимой технической поддержки. В этот сложный период, Макка Козинцер приложил немало усилий, встав на сторону своего сына и пытаясь обосновать некоторым излишне консервативным противникам назревших перемен, необходимость передачи жизненной энергии, роботу. В итоге, чашу весов перевесила циничная прагматичность, по праву ставшая истинным символом наступившей эпохи. Продлить срок обслуживания кибернетического организма оказалось значительно проще, дешевле и попросту практичней, чем способствовать дополнительному пребыванию на Земле представителю хомо-сапиенс, сокращающему самим своим существованием, количество оставшихся планете дней. Спустя год, число доноров, пожелавших передать остаток своей жизненной энергии организмам, обладающим искусственным разумом превысило число тех, кто решил, как и их предшественники отдать свою жизнь людям. На волне этих изменений был принят ряд законов,

защищающих права кибернетических организмов и признающих существование у них самосознания. Отдать остаток своей бесполезной жизни роботу, способному улучшить этот мир, стало целью многих людей, чувствующих постоянный дискомфорт от того, что они понапрасну растрачивают ресурсы планеты, ничего не предлагая взамен.

Через тринадцать лет, численность стремительно сокращающегося населения Земли упало до катастрофически малого значения, соответствующего численности планеты, зафиксированной в середине двадцатого столетия. То, что случилось, было неизбежно и предопределило начавшийся великий исход.

Козинцер стоял в гостиной своего дома, задумчиво оглядываясь по сторонам.

– Что еще мне следует прихватить с собой, Эндрю?

– Все что угодно, сэр, но еще не более двух килограммов груза. Если добавите больше, произойдет превышение установленного лимита.

Козинцер уезжал. Он покидал это место навсегда, впрочем, как и большинство других жителей планеты, решивших оставить свои дома, оставить Землю в этот злополучный двадцать второй год, двадцать третьего века. Хорошо, когда есть объединенный электронный разум, высшая сила, присматривающая за человечеством. Благодаря вовремя сработавшему предупреждению, теперь людям предстояло переселение на спутник Земли, Зеркальную Слободу, где они смогут наконец преодолеть сложный этап в своем развитии и уцелеть, как вид. Вовсе не все покидали родные места с такой же легкостью, как это делал Козинцер, однако все без исключения понимали, что для человечества это вынужденное переселение является единственно возможным шансом уйти от набравшего обороты демографического коллапса.

Еще раз беспомощно оглядевшись по сторонам, Козинцер, вдруг что-то вспомнив, заспешил в сервисную комнату. Он открыл один из узких ящиков и достал из него небольшую стеклянную коробочку, в которой хранился старый микропроцессор.

– Помнишь, что это? – улыбнувшись, обратился он к появившемуся в дверном проеме, роботу. – Бывший элемент твоей системы! Если ты не против, я возьму его с собой, как сувенир на память.

Эндрю ничего не ответил, продолжая молча следить за последними минутами пребывания своего хозяина здесь, в этом доме, который он когда-то считал своим.

Полет челнока прошел в штатном режиме, в результате чего переброска очередной группы переселенцев на Зеркальную Слободу завершилась благополучно. Оказавшись внутри стыковочного шлюза, Козинцер подошел к уже знакомому терминалу, намереваясь обналичить столько средств, сколько сможет унести. Его ждало разочарование. Денежные единицы Земли прекратили здесь свое хождение, все обменные операции оказались заблокированы. Зато внизу экрана пробежала строка, вызвавшая у Козинцера лишь грустную улыбку, гласившая о том, что каждому гражданину, имеющему статус переселенца, полагается выплата единовременного пособия в размере двухсот слоданов, которые можно получить у служащего, выдающего паспорт. По вполне понятным соображениям, никто из представителей местной власти, вдруг в одночасье ставших реальной политической силой, не захотел мириться с бесконтрольным импортированием обломков отныне несуществующей экономики на территорию, которую они теперь в полной мере считали своей.

Покинув шлюз, Козинцер почувствовал, как начал стремительно терять и без того призрачную связь со своими биочипами. Сделав несколько шагов, он вдруг совершенно неожиданно лишился чувств, рухнув на гладкий пол.

По всей видимости, очнулся Козинцер практически сразу, не успев привлечь излишнего внимания окружающих. Разве что несколько человек продолжали стоять в нерешительности, опасаясь повторить его путь, миновав стеклянные двери отделявшие шлюз от холла. И тут на Козинцера, со всей своей бескомпромиссностью, обрушилась способность мыслить как прежде, больше не скованная цепями ментальных запретов.