Чтение онлайн

— Второй день пока, — признался Гарри Четвёртый. — Вчера нас трое было.

— Меня вчера не было, — честно признался Леголас.

— Хорошо, значит одну порцию запечёного в ардунцах вяка с пряными травами на всех.

Гарри кивнули.

Долго никто не задерживался. Обычно собирались поболтать, поделиться новостями, посмеяться. Все Гарри по очереди что-то комментировали, иногда спорили сами с собой, Первый вошедшего Третьего хотел вызвать на дуэль на кулаках за то, что он не выполняет его поручения, но воздержался, потому как Третий сказал, что шансы абсолютно равны, а кровотечение он унял.

— Завтра поеду в Андремуэрмар, нашлись добровольцы, —

сказал Гарри Первый.

— И кто же? — спросил Гарри Второй.

— А ты будто не знаешь? — возмутился из-за стойки Гарри Четвёртый.

— Хватит разговаривать самому с собой! — не выдержала Валькра и стукнула кулаком по столу.

Сеамни расхохоталась, а потом вдруг побледнела:

— Завтра в полдень на краю леса голодная и в одном платье… — прошептала она и стала хватать губами воздух.

Все притихли. Гарри тут же стал один, подошёл из-за лавки, положил руку эльфийке на плечо. Та дёрнулась и шумно вдохнула. Глаза её были подёрнуты дымкой, она смотрела на всех по очереди и не моргала. Леголас помнил подобное. Нет, не с Сеамни, а с Его Королевой. Это было то немногое, что он помнил — дар пророчества своей Госпожи.

— Что-то ещё видела? — спросил вдруг Гарри, сделавшись самой серьёзностью.

— Нет, только это. Место похоже на то, что около Вэдаэн Гот, — взгляд её снова подёрнулся пеленой, она вновь выдохнула и не могла вдохнуть. Гарри вновь сделал пару пассов и на этот раз скривился.

— Первое правило! — строго приказал он.

— Увидела, рассказала, забыла… — прошептала эльфийка.

Леголасу не понравился тон, однако он мог спустить этот тон именно этому человеку. Ведь именно этот человек заботился о его эльфийке может быть даже больше, чем он сам.

— Возвращайся целым, — шепнула Сеамни, отпуская Леголаса на охоту.

Так было каждый день.

Он уходил на охоту и видел Гарри, который шёл иногда с опаленными волосами, иногда в проступившей сединой и морщинистым лицом, иногда с молниями, бьющими по кустам из его макушки. Каждый день комментарий был разный, но суть была одна.

— Эксперимент ставил. Понимаешь, я решил построить структуру не на основании хексогональной архитектуры с идеальной симметрией, а асимметричную относительно внутреннего контура. По расчётам она должна была стабилизироваться после первого импульса, но почему-то пошёл наклон оси, ну и жахнуло.

Раз он шёл без пальца.

— Не получилось, — жал плечами он. — Я пробовал снять с себя кольцо. Банальное мыло не помогло. Заклятья я перепробовал тоже, даже смог создать локальный портал тороидной формы. Локальный тороидный портал, понимаешь? В общем он мне палец и отхерачил. Вот он, — он сунул руку в карман и достал палец, уже сделавшийся синим. Кольца на пальце не было. — Кольцо вот, если интересно, — показал он указательный палец. — Само там оказалось. Мне кажется, лишись я хоть всех пальцев кольцо останется. Интересно, куда оно переместится?

— А как оно перемещается? — стало интересно Леголасу.

— О, блин! — удивился Гарри, глядя на Леголаса круглыми глазами. — Ты, оказывается, утром разговаривать умеешь, — он посмеялся. — Я вот не имею ни малейшего понятия. Нужно кристаллы растить, может понятней станет.

Лес менялся, медленно погружаясь в зимнюю спячку. Перо птицы-нагай для Луанны Леголас нашёл. Достал так же клык гнилого кабана, а ещё принёс коготь гарпии. От заказа на гаргону он отказался. На гаргону в одиночку не ходят. Раз, одним холодным днём, он

нашёл в лесу Френка. Тот сидел, спиной прислонившись к дереву, и курил какую-то траву, поминутно кашляя.

— Как жизнь? — окликнул он бывшего вояку.

— Да вот как видишь… — буркнул он. — Терпение моё долгое, да скоро и дно покажется, — он обнял голову руками. На голове проклюнулись первые седые волосы. — То душа в душу, и всё хорошо так и замечательно, то на тебе!

— Если не ладится — ищи другую, — посоветовал Леголас.

— Да ладится всё, просто разлаживается потом почему-то, — вздохнул Френк. — Ты, может, не слушай меня, иди дальше охоться, я тут посижу — остыну.

Глаза Френка были мокрыми и воспалёнными, рука, держащая тлеющий скруток, мелко тряслась. Он затянулся и закашлялся, сплёвывая на снег.

Эльф ничего больше не сказал, лишь ушёл глубже в лес.

В кабаке тоже каждый день был странным. То Гарри приходил с бородой, то с рогами, то с кошачьими глазами. Трактирщик в принципе привык и уже не хватался за сердце. Зато за сердце схватилась вся их маленькая компашка, когда к ним за стол подсел Крион и начал их отчитывать. Валькра даже выхватила пистолет:

— Заткнись. Гарри, я говорю тебе, если это ты, то это очень плохая шутка. Я тебе бошку прострелю и не посмотрю, что это можешь быть ты! — предупредила она.

Гарри решил всё же пожалеть психику и Крион просто исчез.

Сеамни иногда сообщала о новых людях, которым нужна помощь. Никогда ничего другого, только новоприбывшие. Сообщала с невероятной точностью и точное время. Люди просто появлялись и Гарри чесал затылок, пытаясь проследить, откуда же они возникали. Ощущение было, что просто возникали. Он пытался что-то объяснить Леголасу и на этот раз эльфу пришлось признать, что он ничего не понял. У Гарри появилось много свободного времени, которым он умело распоряжался, при этом он старался общаться со всеми окружающими, борясь со странной замкнутостью внутри себя.

— Это как… Я даже не могу тебе сказать, как. Это как был ты обезьянкой, а потом стал вдруг человеком. Не в обиду тебе будет сказано, — признался он как-то вечером после совместной пробежки и небольшого спарринга. — Ты только не подумай, что я вас тут всех животными считаю. Просто стал бы человек разговаривать с животными и пытаться что-то у них выяснить? У меня такие же ощущения и я считаю, что они неправильные. Почему? — он не ответил.

— Неправильно лишь то, что приносит вред, — высказал свою точку зрения эльф.

Скоротечные отношения приносят вред, — подумалось ему и он вспомнил Френка.

— Сложно оценить, принесёт замкнутость вред или пользу, пока не попробуешь. Но если попробовать замкнутость, то можно не вернуться из этого состояния, — рассудил маг. — Лучше не пробовать.

Потому он день за днём пытался что-то рассказать и день за днём становился всё более грустным — никто его не понимал. Люди не видели этой грусти. Они видели человека, который шутит, который держится достойно, который знает всё вокруг, выясняет и разъясняет, а его отряды, собранные в Груваале, Амиваэле и Андремуэрмаре уже успели отбить несколько нападений и начали приносить ощутимую пользу. Леголас же видел что-то: мгновенные выражения лица, изменения интонации. Не на людях, а в простом общении. Там, в кабаке, где Гарри, словно актёр, примерял чужие личины, подражая всем, включая его, Леголаса. В единственное время и в единственном месте, где Гарри мог хотя бы на эти мгновения расслабиться и быть собой, пусть он даже не осознавал этого до конца.