Заклятие счастья
Шрифт:
«Тогда… Тогда говори часть правды! – орал дед ему в то самое ухо, которое накручивал. – Это твое спасение, олух! Часть правды, которая тебе не навредит!..»
Вот он будто услыхал сейчас глухой басистый голос деда. И пожелал ему царствия небесного! Молодец был дед, знал, что советовать.
Ведь начни он сейчас врать, кто знает, чем обернется! Сашка хоть и не обращала на них внимания, но наверняка в курсе была, о чем они шушукаются. А что касается Аллы Геннадьевны…
– Что вы делали с Аллой Геннадьевной? – вдруг спросил Хмелев.
И Вадик едва не заржал
– Мы рассматривали карты ее покойного мужа, его записи, разговаривали об этом, – не стал он врать.
И по тому, какой силы вырвался из груди Огнева облегченный выдох, понял, что молодец. Стопроцентный молодец!
– И что? Рассматривали… и?
Сергей Иванович с загорелыми плечами явно был разочарован. Он ждал чего-то другого.
– И ничего! – фыркнул Вадик. – Все обсуждали, а существуют ли на самом деле эти сокровища или это так – вымысел. У моего отца с дедом тоже были такие карты, но все оказалось лажей.
Вот и…
– Что было на картах Беликова? – вдруг спросил Хмелев, выпрямившись в кресле. – Там было указано, где эти самые награбленные богатства?
– Мы ничего не поняли, если честно, – снова не соврал Вадик. – Карта, главная карта, она зашифрована. Да что вы меня-то допрашиваете? Вы у Аллы Геннадьевны спросите! Она вам сама скажет! И карты покажет!
– Не покажет, Вадим. – Огнев печально улыбнулся. – Все документы из дома Беликовых исчезли. Карты, записи, все исчезло!
– Как исчезло?!
Он почувствовал, что белеет, это было хорошо. Это свидетельствовало о том, что он удивлен искренне. И кажется, все прониклись. Даже загорелый!
– Вот мы у тебя и хотели спросить – как? – насупился Хмелев и снова откинулся на спинку кресла с обивкой в нелепый цветочек. – Кто-то вошел в дом и, пользуясь отсутствием хозяев, все документы забрал. И уничтожил записи с камер видеонаблюдения! Не хочешь ничего рассказать по этому поводу?
– Вы что, на меня намекаете?! – ахнул Вадик, решив играть до конца удивление. – Что это я все забрал?!
– А что, не мог? – криво ухмыльнулся Сергей Иванович от окна, где сборил своей задницей домашнюю шторку. – Ты знал, где все это лежит, ты знал…
– Да мне-то зачем, если я все эти бумаги изучил вдоль и поперек?! – заверещал Вадик, в самом деле считая ментов самым тупым племенем, он растопырил пальцы и поводил ими перед своими глазами туда-сюда. – Мы с Аллой Геннадьевной не одну неделю их рассматривали. Все перечитывали, сравнивали! Зачем мне в их дом в их отсутствие соваться и красть документы, если я в их присутствии все это этими вот руками щупал?!
Ответ был таким умным, таким логичным, что Огнев, казалось, сейчас начнет ему аплодировать. Но Вадик решил закрепить успех и добавил:
– Вы спросите у Аллы Геннадьевны, у Саши спросите. Они подтвердят.
– Спросим, не сомневайся, – буркнул Хмелев. Шлепнул себя по коленкам, выполз из кресла и навис над Вадиком. – Ну и инцидент
сочту исчерпанным, если ты нам сейчас поминутно расскажешь, где провел сегодняшний день, начиная с полудня и заканчивая половиной шестого вечера. И хорошо бы, чтобы нашлись люди, которые это смогут подтвердить.– С полудня…
Вадик сдавил ладони коленками, качнулся, покусал губу, начав стремительно соображать, какую часть правды может рассказать и кто ее подтвердить сможет.
– Я по городу все больше катался, – недоуменно дернул он плечами. – Я так люблю. Просто без цели колесить, на девчонок смотреть. Отдыхающих много. Все почти голенькие, загорелые…
Сергей Иванович громко фыркнул. Вадик не обратил на это внимания. Пусть фыркает. Намекает на то, что к Саше в гости ходил в надежде завоевать ее внимание, а сам тем временем на девок голоногих таращился? А он не монах, между прочим. И обетов никаких не давал.
– В кафе на набережной часа полтора провел. Там меня видели. Я там обедал. Да и по городу можно по камерам на магазинах отследить, если вам так уж нужно. – Вадик назвал несколько крупных торговых точек, мимо которых сегодня ездил днем.
Конечно, в его вояже были провалы. Час, полчаса, минут сорок потом. Это когда он был на «объекте». На том самом, где, по его подозрениям, были зарыты сокровища. Но он это место не покажет даже под пытками. Это только его дело! Его, его покойного отца и деда! Он унаследовал их страсть, азарт к разгадке этой тайны, и он ее не выдаст, когда так близко подобрался.
– То есть сегодня вы не были у Беликовых? – вдруг спросил Сергей Иванович, заставив Вадика вздрогнуть, он что-то отвлекся, вспоминая свой дневной азарт.
– Нет, не был, – он поочередно выдержал взгляд каждого из присутствующих.
– С Аллой Геннадьевной не контактировали?
– Нет! Говорю же! Да вы у нее спросите сами!
– И не созванивались с ней? – продолжил гнуть свою линию загорелый.
– Нет. – Вадик с раздражением вздохнул. – Что она вам говорит сама-то на этот счет?
– Она не может нам ничего сказать, сынок, она пропала, – вдруг выпалил Огнев, невзирая на предупредительное шиканье Хмелева.
– Как пропала? – Он не хотел, да открыл рот. И даже кисти рук у него побелели. – Как пропала? Что значит пропала?
И вдруг ему сделалось так страшно, что он едва не обмочился в штаны.
Они что же, хотят повесить на него ее исчезновение?! Хотят обвинить его в том, что пропали документы и карты, что пропала эта старая лошадь?! Пусть докажут сначала! Пусть докажут.
– Она исчезла из своего дома, будто растворилась, – продолжил печальным голосом Огнев, не обращая внимания на суровый взгляд начальника. – Ты ничего не хочешь нам сказать на этот счет?
– Нет… – еле шевельнул он ноющими от страха губами.
– И про бумаги, которые исчезли, тоже ничего не знаешь?
– Нет… – прошептал Вадик. И, оглядев снова каждого по очереди, жалобно спросил: – Как пропала?..
Глава 11
– Ты чего так поздно?