Чтение онлайн

Внезапная вспышка ослепительно белого света залила все вокруг, раздался резкий щелчок, и тело обезьянки подлетело высоко в воздух. Вместе с ним взлетело золотистое облачко: были ли то волосы Лиры? Или ее собственная шерсть? Что бы это ни было, оно немедленно развеялось во тьме. Судорога так резко пронзила правую руку миссис Коултер, что рука прикипела к сетке, оставив женщину наполовину лежать, наполовину висеть на клетке с опущенной головой и тяжело бьющимся сердцем.

Но что-то случилось с ее зрением. Ее глаза видели все с ужасающей ясностью, они обладали способностью разобрать мельчайшие подробности, и они были сфокусированы на одной лишь мелочи, которая

только и имела значение во вселенной: на одном-единственном темно-золотом волоске, прилипшем к щечке зажима.

Миссис Коултер взвыла от отчаяния, и принялась трясти и трясти клетку, пытаясь изо всех оставшихся сил освободить волосок. Президент провел руками по лицу, стряхивая дождевые капли. Его губы двигались, как будто он что-то говорил, но она не могла разобрать ни слова. Беспомощная, она кинулась на сетку и затем всем своим весом навалилась на машину как раз в тот момент, когда он соединил два проводка, выбив искру. В гробовой тишине рухнуло вниз блестящее серебряное лезвие.

Что-то где-то взорвалось, но миссис Коултер уже не почувствовала этого.

Чьи-то руки подняли её: руки лорда Азриэля. Миссис Коултер уже больше ничто не могло удивить. За его спиной прямо на склоне как на ровной поверхности стоял перемещатель. Лорд Азриэль поднял её на руки и отнес к аппарату, не обращая внимания на залпы огня, стелящийся дым, крики встревоженных и растерявшихся людей.

— Он мёртв? Бомба взорвалась? — пыталась спросить она.

Лорд Азриэль занял место в перемещателе рядом с ней, а за ними впрыгнул и снежный барс с почти бесчувственной обезьянкой в пасти. Лорд Азриэль взял управление на себя и аппарат тотчас же взмыл в воздух. Миссис Коултер неясным от боли взором смотрела вниз на горный склон. Люди бегали взад-вперед как муравьи; кто-то лежал замертво, в то время как другие кое-как тащились по камням; посреди этой неразберихи змеился огромный кабель, единственное, что в этой картине не утратило смысла, ведущий из генераторной станции к поблескивающей бомбе, где в клетке лежало скрюченное тело Президента.

— Лорд Роук? — Спросил лорд Азриэль.

— Мёртв. — Прошептала она.

Он нажал кнопку и огненное копьё вонзилось в рвущийся и пляшущий на ветру цеппелин. Секундой позже на месте воздушного судна расцвела огненно белая роза, поглотившая перемещатель, который неподвижно завис в ее центре абсолютно невредимый. Лорд Азриэль не торопясь повел аппарат прочь, и они наблюдали как ярко пылающий цеппелин медленно-медленно накрывает всю сцену: бомбу, кабель, солдат и прочее. И все это в обьятиях дыма и пламени несется вниз с горы, набирая скорость и поджигая на своем пути хвойные деревья, пока не обрушивается в белые струи водопада, который увлекает их прочь во тьму.

Лорд Азриэль вновь дотронулся до ручек управления и перемещатель начал стремительно удаляться к северу. Но миссис Коултер была не в силах оторваться от происходящего; обернувшись, она долго и пристально смотрела на пожар полными слез глазами, пока он не превратился в оранжевую вертикальную царапину на темном небе, истекающую дымом и паром, а за тем и её не стало.

Кругом было темно, обволакивавшая путников чернота так давила Лире на глаза, что она почти ощущала тяжесть многих тысяч тонн камня над ними. Дорогу им освещал лишь светящийся хвост стрекозы леди Салмакии, но и он уже угасал; бедные насекомые не нашли себе пищи в мире мёртвых, и стрекоза шевалье недавно умерла.

Тиалис сидел на плече у Уилла, а Лира держала в руках стрекозу

леди, которая успокаивала дрожащую летунью, что-то шептала ей, кормила её: сначала крошками печенья, а потом собственной кровью. Если бы Лира это видела, она бы предложила свою кровь, потому что её было больше, но всё, что она могла, это сосредоточиться и смотреть, куда ступает и избегать нависавших над головой частей скалы.

Гарпия Нет Имени завела их в пещеры, через которые, как она утверждала, можно было выйти туда, где мир мёртвых был ближе всего к миру живых, и где они могли открыть окно. За ними бесконечной вереницей двигались духи. В тоннеле был слышен шёпот: впереди идущие подбадривали задних, храбрые подгоняли малодушных, а старые давали надежду молодым.

— Нет Имени, нам ещё очень далеко? — тихо спросила Лира. — Потому что эта бедная стрекоза умирает, и её огонёк потухнет.

Гарпия остановилась, и, повернувшись к ней, ответила:

— Просто иди за мной. Если не видишь, слушай. Если не слышишь, иди наощупь.

Её яростные глаза сияли во мраке. Лира кивнула и сказала:

— Да, я пойду, но я уже не такая сильная, как раньше, и я не смелая, по крайней мере, не очень. Пожалуйста, не останавливайся. Я пойду за тобой, мы все пойдём.

Пожалуйста, Нет Имени, лети дальше.

Гарпия отвернулась и двинулась дальше. Свет стрекозы слабел с каждой минутой, и Лира знала, что вскоре он совсем потухнет.

Она, спотыкаясь, пошла дальше, и вдруг совсем рядом раздался голос, знакомый голос.

— Лира, Лира, дитя…

Она обрадованно обернулась.

— Мистер Скорсби! О, как я рада вас слышать! И это вы, теперь я вижу, вы, о, если бы я могла до вас дотронуться!

Различив в тусклом-тусклом свете сухощавую фигуру и сардоническую улыбку техасского воздухоплавателя, она, сама того не желая, тщетно протянула к нему руку.

— Я тоже хотел бы, милая. Но послушай меня, они там готовят кое-какие неприятности, и готовят они их тебе, только не спрашивай меня, какие именно. Это и есть мальчик с ножом?

Уилл сначала смотрел на него — ему хотелось увидеть старого товарища Лиры, но теперь его глаза смотрели мимо него, на духа рядом с Ли. Лира сразу же увидела, кто это, и с удивлением смотрела на эту взрослую копию Уилла: та же сжатая челюсть, так же держит голову.

Уилл замер без слов, но его отец сказал:

— Слушай, обсуждать это нет времени, просто сделай, как я скажу. Возьми нож и найди то место, где у Лиры отрезали локон.

Он говорил настоятельно, и Уилл не стал терять время на расспросы, зачем. Лира, встревожившись, с широко открытыми глазами, взяла стрекозу в одну руку, а другой пощупала свои волосы.

— Нет, — сказал Уилл. — Убери руку, мне не видно.

И в слабом свете он увидел: прямо над правым виском небольшой клочок волос был короче остальных.

— Кто это сделал? — спросила Лира. — И…

— Помолчи, — сказал Уилл и спросил у духа своего отца: — Что я должен сделать?

— Отрежь короткие волосы, прямо от головы. Аккуратно собери их все, каждый волосок. Не потеряй ни одного. Потом открой другой мир, сойдёт любой, положи в окно волосы, а потом снова его закрой. Давай, сейчас же.

Гарпия смотрела на них, духи столпились у них за спиной. Лира видела в полумраке их бледные лица. Она стояла, закусив губу, испуганная и изумлённая, а Уилл делал то, что велел ему отец. Приблизив лицо к лезвию ножа, в меркнущем свете стрекозы он прорезал небольшое пустое место в скале другого мира, положил туда все крошечные золотые волоски, вставил кусок камня обратно и закрыл окно.