Я буду только для тебя
Шрифт:
Сказано это было жестким и обидным голосом, от которого она немного опешила, не ожидая от него гневной речи, но приняла точку зрения своего сына и только огорчённо кивнула.
Решение по мобилизации мужчин вылилось в долгий спор с Петром. Взвесив все доводы и возражения, они пришли к окончательному решению, что следует мобилизовать мужчин с двадцати до ста лет в городах, а в деревнях всё мужское население.
Потому что им в первую очередь придётся первыми сталкиваться с варягами.
Почему остановились на частичном призыве? Были две причины: первая — они точно не знали, пойдут ли основные отряды Иеслава в их сторону или нет. А вторая, — не
В данный момент воинский призыв был продиктован необходимостью в связи с тревожным положением на их территории.
Как и ожидал Пётр в городе стали возмущаться, что это не их дело махать мечами. И ей пришлось созывать всех людей на городскую площадь. Ещё на подходе к ней она услышала возмущённые голоса и как только появилась в сопровождении воинов, голоса стали стихать, а толпа пропускала её к возвышению.
Оливия поднялась на него и окинула море людей. И ощутила себя под прицелом не одной пары глаз, в которых плескались разные эмоции. Кто-то снисходительно посматривал на неё: мол, что взять с женщины, которой место у печи, а не принимать решения за мужчин. Другие бросали сердитые взгляды: надумала же глупая баба их спокойный образ жизни нарушить. Но и видела злые взгляды, говорящие о нежелании слушаться и подчиняться женщине, пусть она и Княгиня.
У неё гулко забилось сердце от таких эмоций, и она на какой-то миг засомневалась уже в своих силах и в своём решении, но приподняла подбородок и:
—Говорите, не ваше дело махать мечом? А ваше дело печь хлеб, ковать подковы или стоять у прилавка? Так скажите мне, что будете печь, когда варяги заберут всё зерно? Что будете продавать, когда не будет у вас возможности купить ни молоко, ни мясо? Его просто не будет. Они забирают всё и при этом разоряют деревни, грабят, убивают, насилуют. Так что? Будете ждать их спокойно в городе, утешая себя словами: это не моё дело?
Может, ещё красную дорожку им постелить? Приходите, мы вам двери своего дома откроем. Жену или дочь подложим. Вы этого хотите? — её голос с каждым словом нарастал и становился гневным. Послышался ропот в толпе, но она не дала ему разрастаться. — Они не будут вас жалеть! Ни ваших жён, ни ваших детей! Они пока как крысы: приходят, берут и уходят. Пока! Когда они почуют, что нет никаких ответных действий на их наглое поведение, они придут хозяевами в ваш дом. Вы думаете, ваш дом только здесь? Нет, ошибаетесь! Наш дом — это весь княжеский удел! Мы все зависим друг от друга. Один пашет и снабжает зерном, другой это зерно мелет, третий печёт хлеб. Мы все кормим и поддерживаем друг друга. И к нам в дом пришли крысы. Они только узнают: что же мы будем делать? Проглотим их присутствие или поставим капкан? На нашу землю пришли враги, которые хотят нас уничтожить, лишить крова, лишить наших детей будущего. Так вы мужи или нет? Вы должны встать на защиту своего дома, своих жён, сестёр, детей. Или вы будете прятать свои глаза, глядя на их страдания?
—Так мы не умеем с мечом обращаться! — раздался громкий голос.
—Не поверю! Вы забыли, что когда-то были детьми и махали деревянными мечами? Вас будут обучать. У нас есть немного времени. Зимой они навряд ли будут нападать. Следы выдадут их. И за это время вы сможете стать воинами. А весной они придут. И если мы не примем меры, то они дойдут до города. И кого вы будете тогда винить? Так что я, Княгиня Оливия Зарецкая, объявляю военное положение в моём уделе и в связи с этим ввожу призыв на военную службу, как долг каждого гражданина перед своими
родными и Родиной.Все затихли, и на какое-то мгновение ей показалось, что пространство застыло, как перед грозой. И сейчас: или рванёт, и люди воспротивятся её приказу, громко и яростно крича и отказываясь выполнять прихоти бабы, или примут её предводительство и пойдут за ней.
Она больше всего боялась, что люди просто пошлют её куда подальше, только из-за шовинизма по отношению к женскому полу. Не привыкли они подчиняться женщине, пусть даже и Княгине.
И в душе Оливии грыз червячок сомнения в признание её власти на княжеском поприще
И тогда ей останется только собрать детей и, не дожидаясь приемника, уехать туда, где её не знают.
«В глушь, в Сибирь», —пронеслось далёким эхом.
—Я готов пойти в твоё войско, Княгиня, — раздался голос здоровяка, нарушая тишину.
—Командуй Петр! Вот и первый ополченец, — распорядилась она, облегчённо вздохнув и поняв, что первый раунд выигран.
Теперь она не сомневалась в людях, стоящих на площади, и она надеялась, что её слова дошли не только до их сознания, но и до сердца.
Это был только шаг навстречу всем трудностям, с которыми ей пришлось в дальнейшем встретиться.
На хрупкие женские плечи опустился груз, который и не каждый мужчина сможет выдержать.
И уже вечером состоялось оперативное совещание, где вырабатывались дальнейшая стратегия и тактика по защите их территории.
На сборный пункт потянулись не только ополченцы, подходящие под призыв по возрасту, но и добровольцы.
И приходилось в спешном порядке распределять людей по отрядам, потому что не ожидали такого притока людей.
Она не сомневалась, что о переписи населения в этом мире и понятия не имеют.
Но Пётр и его назначенные люди на должность командиров справлялись с этой задачей по-военному. Не зря Князь нанимал их в свою охрану. Здесь и сказывался их военный опыт.
И на совещание было решено, что будут сразу распределять по деревням людей, укрепляя, таким образом, места возможного нападения. А это в основном самые крайние пограничные деревни с двумя княжествами.
И там, уже на местах, сразу обучать их вместе с деревенским контингентом. На сборном пункте активно работали кухни, где женщины тоже подрядились помогать Княгине и не захотели оставаться в стороне: новобранцев тоже необходимо было накормить.
Иван, несмотря на свой возраст, тренировался с остальными, а Марья помогала на кухне вместе с женщинами.
И завертелось колесо жизни, набирая скорость. Только умелая рука могла направить его в нужное направление, чтобы не сбилось и чтобы не завалилось на полпути.
Распределив первых ополченцев по деревням, которые через день отправились на место службы, они вплотную занялись другими вопросами, которые, как прорвавшаяся река, заполняла весь день, давая немного времени на отдых.
Оливия вспомнила из исторических фильмов, как оповещали раньше о набегах и взяли за основу их метод. В деревнях стали строить вышки, на которых располагались большие чаши с хворостом и маслом для быстрого розжига костра.
При нападении дежурный на вышке должен разжечь костёр, дым которого будет виден в другой деревне, и та в свою очередь будет зажигать свой.
Таким образом подавался знак, доходящий быстрее до города, чем бы прискакал гонец.
Так предполагалось получать быстрый посыл о приближении варягов. Пусть и примитивное было послание, ведь по дыму неизвестно, в какой деревне нападение: Но хоть что-то!