Чтение онлайн

Темнота надвинулась вплотную и гул стал ярким свечением. А десятки солнц, сойдясь вместе, отгрохотали и стихли.

Выкатившись в темноту, я упал.

Когда попадаешь под высокое напряжение существует вероятность, что тебя не притянет, а отбросит. Пятьдесят на пятьдесят.

Сперва я решил, что так и произошло: всё случилось настолько быстро, что перехода я почти не заметил. Оставаясь в этот раз в сознании, лишь свет померк да смолкли крики. Подо мной железный пол, слышно ровное гудение... Не шевелясь я ждал, что вот-вот меня подымут, и...

Так прошла томительная секунда.

В следующую я уже стоял на ногах:

'Бежать, валить отсюда! Сейчас появятся они, и тогда...' - руки лихорадочно дёргали замок. Дверь со скрипом подалась, и я выпал наружу.

В какой-то миг мне опять почудилось, что всё по-прежнему: те, в камуфляже просто притихли и сейчас-то меня схомутают. Возьмут за шкварник, и...

Но - нет! Вокруг тот же лес - но с дорогой внизу! А вон и мои следы, и следы протектора! Нашего уазика! А будка за спиной - та самая, железная!!!

Вскочив, я припустил со всей дури. Запинаясь и падая, но вскакивая и работая ослабевшими ногами, как никогда. Позади не раздавалось ни звука.

Я бежал по лесу наслаждаясь ещё одним обстоятельством, придававшим духа. Нёсся изо всех сил, слушая самый великолепный в мире шум. Такой родной и близкий после пережитого. Означающий, что я в привычном мире, где нет линчеваний со стрельбой и всё по-прежнему. Гул оживлённого шоссе неподалёку.

И радость вновь слышать город заслоняла куда более насущные вопросы. К примеру, где моя бригада, хоть не прошло и часа. Так как в случае моей пропажи те обязаны были сидеть на месте, дожидаясь начальство и тех же ментов. И сорвать их отсюда могла ну очень веская причина. Приказ всё того же начальства, допустим, а то и кого круче. Ибо электрики своих - в беде не бросают, писано кровью и жизнями. Многими.

Вид вывалянного в грязи, белого как мел чувака в форме 'Горэнерго' наверняка отпугивал. И потому прошло несколько минут, прежде чем надо мной сжалилась старенькая 'десятка'.

Угрюмый мужик лет пятидесяти хмуро оглядел меня, бросив:

– Куда тебе?

– В город подкинь.

– Город здесь!
– загоготал тот, дёрнув передачу.

Мужик был прав - лес находился хоть и на окраине, но в городской черте - первые многоэтажки торчали за вершинами деревьев.

– Ленина сто десять-бэ!
– протараторил я.

– В 'Горэнерго'?

– Да!

– Пятьсот.

Учитывая даже состояние дважды воскресшего и чудом избежавшего пули с виселицей, внутри я припупел от суммы:

'За пятихатник можно лимузин вызвать, да с эскортом!..'

Но торговаться не стал, упав рядом и хлопнув дверью. Потому что мысль о лимузине окончательно вернула меня на землю. Заставив вспомнить про телефон в кармане.

Под лязг набирающего скорость хлама я торопливо обшаривал робу. Смарт отыскался во внутреннем, и я облегчённо выдохнул - эм-те-эс выглядел, как обычно. Безо всяких там 'два'.

Два долгих гудка.

– Слушаю.

Ни дежурной прибаутки, ни тебе привычного: 'Кремль на проводе'... Ни фирменного 'мля' на худой конец. Голос Василича звучал серьёзно и как-то подавлено, что ли?

Но над этим я не заморачивался. Рявкнул так, что водила вздрогнул:

– Василич!.. Какого...

Далее, как говорится, шла непереводимая комбинация слов. На русском.

Спокойно меня выслушав, тот ответил:

– А ты где сейчас, Сергей?

–

Еду...
– ответил я обалдевше.

– Куда?

– В контору. А ты ничего не хоч...

– А где ты едешь, Сергей?

– Скоро буду...

Я поглядел на экран. То, что говорило со мной - не могло зваться Василичем. Начиная с 'Сергея' и заканчивая литературной манерой речи. Которой бывалый электрик не страдал отродясь, особенно когда его обкладывали. Надпись, однако, не оставляла сомнений: 'Старый хрен'.

– Где, говоришь?
– слышалось из динамика.

– У тебя всё в порядке, Деда? Чё с тобой? Вы куда свалили?!..

Короткие гудки. И тут же в ладонь отдало вибрацией. Незнакомый номер.

– Да?

Вызов сразу сбросили. Когда я перезвонил, женский голос вежливо проворковал:

– Номер не обслуживается.

В ступоре я откинулся на сиденье, не зная, что и думать. В душу вкрадчиво, извилистой змейкой стало вползать липкое чувство.

'Приеду в контору - всё выясню.
– я постарался расслабиться.
– Не страдай паранойей раньше времени!'

За окном мелькали городские кварталы. Водила прибавил магнитолу:

'Парень с зоны бежал, а за ним - мусора...' - разнеслось по салону. После чего колоритный бас доложил под музыку, как несчастный беглец повстречался с волком и тот не стал его трогать. Потому что также несчастен и одинок, как и вообще все волки. '...В небо взмыла ракета...' - хрипело из колонок.

– Совсем оборзели...
– мужик неожиданно ругнулся, тормозя. Но не успел: перестраивающийся впереди Лексус опасно приблизился и через мгновение раздалось глухое 'бу-м-м-м'. Процарапав на серебристом боку японца полосу, десятка встала.

– Приехали...
– водила выругался.
– Платить-то будешь?
– с надеждой спросил он.

– Держи! На восстановление тебе!
– бросив сотню на панель, я вышел из машины. Хоть и легко мог бы организовать его клон на острове посланных. Далеко не единственный, судя по всему.

Высотка 'Горэнерго' торчала из-за домов и решив пройти две улицы пешком, я влился в толпу прохожих.

Спешащие пешеходы, серый город. Кому-то в нём есть дело до грязевика, топающего навстречу? Сколько таких сантехников, строителей, каких-нибудь отделочников и просто: рабочих в грязных спецовках попадается на пути? В лучшем случае мы брезгливо отстранимся, чтобы не запачкаться. В худшем - постараемся не заметить и потопаем по своим делам. Разве, какой-нибудь выпивший субъект в пятницу, залив своё горе прокричит что-то, тоскливо выплеснув одиночество. Но и тогда мы постараемся скорей пройти мимо: 'вечер на дворе. Мало ли, что в башке... Пьянь и быдло!'

Рабочие, тем временем, существуют в своём мире, приводя жизнь вокруг в порядок. Обособленном и чуждом большинству из нас. Обеспечивая бесперебойную подачу газа в квартиры, чинят канализацию, водопровод, свет... И даже новая детская площадка во дворе возникла не абы как, а руками тех же замарашек в грязных робах. Быстро сделавших своё дело и ушедших возводить другой объект.

А если такой работяга отмочит, что побывал в другом мире? Побывал и вернулся сквозь десять тысяч вольт? И только что, полчаса назад в него стреляли на поражение, собираясь повесить? Никому же нет до этого дела? В лучшем случае решим, что покурил что-то не то и брезгливо отвернёмся.