Чтение онлайн

свекольное карпаччо со сливочным козьим сыром. Запеченное на гриле говяжье филе с красным

луком-шалот в карамели, картофельные палочки и белая спаржа. На вкус все это просто

изумительно, и если бы я не была сосредоточена на том, как бы меня не стошнило, я бы, в самом

деле, получила от этого удовольствие. Под конец, когда я уже не могу ничего съесть, вносят

десерт.

В тот момент, когда я отправляю в рот последний кусочек, вспыхивает свет. Входит

прислуга, чтобы разобрать столики и проводить гостей постарше

на этаж ниже. Вот и настал этот

момент. У лидеров будет прекрасная возможность улизнуть на встречу незамеченными.

Мои глаза бегают вокруг в поисках Ло, а затем и Джексона, но они оба исчезли. Собрание

начнется в любую минуту, и мне кажется, будет не очень хорошо, попасть туда после принятия

решения. Я двигаюсь сквозь толпу, вовсю распахнув глаза. Свет тускнеет, а музыканты занимают

место в центре сцены. Они выглядят грубее, чем обычно. Все в кожаной — хорошо, из

искусственной кожи — одежде, с фиолетово-черными волосами и серебряными, золотыми

татуировками.

Воздух наполняется барабанной дробью, свет тускнеет, пока мы полностью не погружаемся

во мрак. Цветные огни мерцают по всему залу, и почти все направляются на танцпол, их тела

отбрасывают на стены танцующие тени. Я напрягаюсь и оглядываюсь вокруг, опасаясь, что

Джексон и Ло ушли на встречу без меня, и вдруг, чувствую прикосновение к моему плечу,

оборачиваюсь и вижу Джексона, который приложил палец к губам. Он направляет меня и

показывает жестом, чтобы я пошла влево, когда сам идет вправо.

Я прокладываю свой путь вокруг толпы по направлению к лестнице, мельком оглядываясь

назад, пока не взбираюсь на самый верх. Поднявшись туда, я встречаю Ло и Джексона, стоящих

близко друг к другу, у них обоих тяжелый тон, словно они спорят. Они замолкают, как только

видят меня.

— Постарайтесь в следующий раз делать это не так заметно, — говорю я. — Не хотите ли

поделиться со мной темой вашего разговора?

Ло нажимает на кнопку лифта.

— Мы объясним позже, так, Джек?

Джексон стреляет в него взглядом и произносит сквозь стиснутые зубы:

— Конечно.

У меня нет времени поднимать этот вопрос, потому что мы уже выходим из лифта в дом Ло.

Он машет охраннику, стоящему снаружи, и ведет нас вверх по лестнице, как будто мы идем в его

комнату, но как только мы исчезаем из вида, он ныряет влево, направляя нас к двери в конце

коридора. Он прикладывает ключ-карту, и за дверью открывается еще одна лестница. Мы

проскальзываем в открывшееся пространство и ждем, когда щелкнет дверь, закрывшись.

Лестничная клетка настолько тесная, что едва ли хватает места для двух человек, стоящих бок о

бок. Она поднимается всего на один пролет и упирается в еще одно открытое пространство, как то,

в котором мы находимся сейчас — с двумя дверями: одна с правой стороны, а другая с левой.

Предполагаю, они ведут на главный этаж, однако, от лестничной

площадки отходит вниз еще один

пролет, и я не уверена, куда ведет он.

— Хорошо, — шепчет Ло. — Кому-то надо остаться здесь в качестве караульного, или

«караульной», как в твоем случае, Ари, — Он улыбается так, словно придумал умнейшую шутку

на планете.

Я закатываю глаза.

— Смешно. Итак, кто остается здесь?

— Что ж, не должен ли это сделать ты, Ло? — спрашивает Джексон. — Предполагается, что

именно у тебя есть доступ к лестничной клетке?

— Я думал об этом, но если нас здесь поймают, то будет лучше, если словят именно Ари

или меня, чем тебя.

Я могу видеть, как Джексон начинает понимать логику этого суждения, и в конечном итоге

он кивает.

— Отлично, но какой у нас сигнал тревоги?

Ло ухмыляется.

— Зачем что-то придумывать? Кричи, и мы поймем, что кто-то идет.

Джексон смотрит так, словно он готов ударить Ло, но вместо этого сжимает зубы вместе.

— В таком случае, уже идите. Поторопитесь.

Мы проходим вторую лестничную площадку и спускаемся по следующему пролету, прежде

чем я тяну Ло за руку, останавливая его.

— Что это было? — шепчу я.

— Спроси его, — Затем он прислоняет палец к губам. — Мы почти на месте.

Ло спускается на носочках по последнему лестничному пролету, который заканчивается

еще одной площадкой. Внизу три двери: справа, слева, и прямо перед нами двойная дверь. Он

проводит ключ-картой возле двойной двери и проводит меня в личный кабинет президента Картье.

Комната погружена во мрак, горит только несколько крошечных лампочек, и хотя здесь нет никого

кроме нас, я все равно не могу избавиться от холодка, пробегающего по позвоночнику. Это

слишком рискованно.

Ее офис напоминает кабинет отца — вокруг трех стен выстроены книжные полки, четыре

окна. Напротив окон находится огромный стол из красного дерева с подходящим к нему стулом,

сделанным из того же материала и располагающимся прямо перед ним. Помимо стола в кабинете

больше нет мебели.

Мы проходим мимо стола к еще одним двойным дверям, расположенным прямо напротив

тех, через которые мы только что вошли, и вдруг я слышу голос, заставляющий меня замереть —

голос отца, оглушительный и сердитый, грохочущий по ту сторону стены.

— Ситуация больше не поддается переговорам, — говорит он. — Я голосую за

незамедлительную атаку, после заключительного анализа.

— Но насколько точны ваши данные? — произносит голос, который я не узнаю, однако, его

акцент наводит на мысль, что его обладатель работает на президента Крейна. — Осознаете ли вы

последствия, которые отразятся на человеческих жизнях, если вы не правы? Наряду с Древними

могут умереть люди! Нам необходимо провести больше исследований. Отправьте ваши находки в