Вступление
Шрифт:
Я печатаю « да» и кидаю телефон в карман. Лоуренс обнимает меня крепче, его тепло
покрывает холод в моём позвоночнике. Он начинает меня расспрашивать, когда экран меняет
адрес. Мы оба тихо сидим на диване напротив телевизора, ожидая услышать, что они скажут о
нападении.
Президент Картье, мама Лоуренса, сидит в центре длинного стола. Справа и слева от неё
три мировых лидера, и посаженный в конец стола Зевс Кастелло — единственный лидер Древних.
Президент Картье меньше
выглядит ребёнком в кресле взрослого. Её каштановые кудри лежат прекрасными волнами, точно
так же как у Лоуренса. Её оливковая кожа показывает её возраст, изгибаясь тонкими линиями на её
лице, самые тяжёлые линии находятся вокруг глаз. Справа от нее сидит Аластер Крейн —
Европейский президент, известный своим потрясающе высоким ростом и неотразимой красотой.
Его кожа, глаза и волосы черны, как ночное небо. Дальше за столом, слева от президента Картье,
находятся африканский и азиатский президенты. Африканский президент — единственная
женщина помимо президента Картье, и ее кожа такая же, как и моя, но в то же время, у меня
волосы почти черные, а у неё — огненно-красные. Азиатский лидер сидит спокойно. Он всегда
тих, как будто он больше предпочитает думать, а не говорить. Его внешность совершенно
симметрична, и я думаю, он был очень красивым, когда был молод.
Когда мои глаза перемещаются к Зевсу, у меня перехватывает дыхание. Он смотрит в экран,
он такой зловещий и могущественный, словно знает на много больше, чем кто-либо. Я никогда с
ним не встречалась, и я молюсь, что никогда не сделаю этого. Я изучаю его так, словно вижу в
первый раз. Длинные белые волосы, которые, должно быть, достигают середины его спины. Глаза,
как у хищника. Он выглядит как человек, как Джексон и другие Скрытные Древние, но сейчас,
когда я смотрю на него ближе, я понимаю, что в нём совершенно нет теплоты. Начиная с
выражения его лица и заканчивая его позой. Всё в Зевсе излучает опасность. Я прочищаю горло,
прогоняя страх.
Они начинают с обычных дел — законов договора, обсуждения поправок (таковых никогда
не было) и напоминания о нашей ответственности, как людей. Я почти кричу им, чтобы они
поговорили об атаке. Ло выглядит так же напряжённо, как я себя чувствую.
Наконец, президент Картье фокусируется на главной камере, её лицо серьёзно.
— Сегодня по всему миру было совершено четыре атаки, по одной в каждой управляемой
территории. Мы считаем, что эти действия произошли из-за группы Древних. Все они были
задержаны, чтобы привести наш мир в порядок, — она поворачивается к Зевсу. — Господин
Кастелло, насколько вы можете гарантировать, что нет никаких других групп, представляющих
угрозу, и, кроме того, согласны ли вы сохранить наше мирное разделение для сосуществования в
безопасности?
— Древние Вигиланты2? — спрашивает Ло, но
я слишком потрясена, чтобы ответить.Потому что Зевс Кастелло только что ушёл со сцены.
Лидеры вскакивают. Один из них кричит ему вслед.
Экран становится чёрным.
Глава 5
Несколько часов спустя, я нахожусь одна в своей комнате, оставленная со своими
параноидальными мыслями. Папа и мама пришли домой сразу же после обращения, выглядя
разбитыми от беспокойства. Папа направился прямо в свой кабинет, а мама, спросив меня
миллион раз в порядке ли я, и, проверив меня на признаки стресса, сразу пошла спать. Какое-то
время я пыталась подслушивать у офиса отца, надеясь, что он скажет хоть что-нибудь, что бы
придало смысл всему этому, но потом он выбежал из своего кабинета, почти врезался в меня, и
велел мне ложиться в постель.
Я включаю монитор и жду, пока Гретхен и Ло авторизуются. Может быть, они слышали
что-то. Появляется несколько сообщений от преподавателей. Домашнее задание от тренера
Сандерса. Каждая крошечная записка приходит в виде виртуального конверта и затем исчезает, как
только я её прочту. Мы должны архивировать все сообщения от школы и Троицы, но сегодня я
слишком обессилена, чтобы заботиться об этом.
2Вигиланты — персоны или группы, целью которых является преследование лиц, обвиняемых в настоящих или
вымышленных проступках и не получивших заслуженного наказания, в обход правовых процедур.
Я бросаю взгляд на часы. 11:50. Мне надо подготовиться. Я уже тянусь к кнопке
отключения питания, когда сообщение пролетает по экрану. Я сажусь обратно на стул, смотря, как
записка мигает от жёлтого к зелёному, от зелёного к жёлтому. На письме надпись — имя
отправителя — Джексон Лок.
Я навожу курсор на письмо и затем говорю:
— Открыть.
Оно переворачивается, и появляется записка.
Я забыл сказать тебе: постарайся не кричать.
— Д
Я смотрю на надпись, пытаясь проанализировать слова, словно в них есть что-то ещё. Я
понятия не имею, что он имеет в виду. Я нажимаю на удаление записи, колеблюсь, и вместо этого
архивирую.
Мой будильник издаёт звуковой сигнал. 11:59. Я ложусь, но не беспокоюсь о своём патче. Я
даже не проверила, в кейсе ли он. Теперь это бессмысленно.
Звучит оконная сигнализация, и я заставляю себя сделать долгий, ровный вдох.
Расслабиться — расслабиться — расслабиться — расслабиться. Я повторяю эту мантру снова и
снова, надеясь, что слова подействуют на моё подсознание, потому что внутри я взволнована. Что-
то говорит мне, что сегодняшняя ночь изменит всё.
Ветер дует в только что открытое окно, заполняя комнату запахом сосны и жимолости.