Всеслава
Шрифт:
Слава покосилась на мужа, чувствуя, как заалели щеки. Он же спокойно стоял напротив, сложив руки за спиной. Поймав ее взгляд, подмигнул ей. Теперь-то она понимала, что эти виды борьбы не были для него новыми. Он с детства в них сражался. Знал все досконально. Обхитрил ее, умолчав о своем происхождении.
— Когда мне Богдан рассказал, я долго смеялась, — призналась Тешка, — это ж надо было умудриться заставить его в за-вороток биться! Вятича! Хотя я понимаю тебя, Слава. Будь он степняком вряд ли бы смог долго продержаться. Зато какие гуляния на Любомир! Будет что внукам рассказывать!
Взгляды Славы и Искро встретились. В ее глазах отразилось изумление
— Да ладно тебе, Искро. Я ведь не дурак, — посмотрел на него Богдан, и хмыкнул, видя потерянность друга, — хотя, наверное, дурак. Потому что именно Тешка мне сказала, что ты никакой не степняк, а наших кровей.
— И ты молчал?
— Мы решили, что раз ты не хочешь об этом говорить, значит на то есть причина, — пожала плечами Тешка, — но поверь, это случилось не так давно. Мы тебя и как степняка приняли.
— Кстати, Верислав тоже об этом знает. Проговорился, после твоего сватовства, — усмехнулся Богдан, — он тогда сказал что-то вроде, хорошую девицу для нашего вятича нашли. Уж не знаю, как он догадался.
Слава впервые видела, что муж не может справиться с эмоциями. Его лицо отражало всю гамму чувств, которые можно представить. Она посмотрела на Тешку.
— Как ты догадалась?
— Не сразу. Просто все сложилось в общую картинку. Его манера говорить, когда он взволнован. Ты же видишь, он чисто по-нашему говорит. Только, когда тревожится говор меняется. И то несильно. У степняков такого нет. Они всегда по другому речи молвят. Даже, если язык наш хорошо знают. А уж когда в гневе или не в себе, так вообще по-своему лопочут. Я никогда не слышала, чтобы Искро по-ихнему говорил. Он даже ругаться по-нашему предпочитает. — Слава мысленно согласилась с Тешкой. Та же продолжила, с улыбкой переводя взгляд с Искро на Славу и обратно:
— Потом, знание наших обрядов. Он хоть и не ходит на наши праздники, но я не видела, чтобы и иноземным богам поклонялся. Зато на наши капища с уважением заходит. — Здесь Слава была согласна с ней, вспомнив, как Искро вел себя на Любомир в капище Сварога а потом Лады. — С волхвами уважительно ведет. Рубахи вон с твоей обережной вышивкой носит. Не стал бы степняк этого делать.
Слава поймала на себе взгляд мужа.
— Может это он просто, чтобы меня не расстраивать? — нашлась она. Но Тешка покачала головой.
— Ты мало степняков в своей жизни видела, Слава. Нам с Богданом немного больше довелось их встречать. Еще до того, как мы сюда приехали, почти год они поселок, где мы жили в своих руках держали. Я сразу вижу разницу. И потом, это странное, на первый взгляд, желание сражаться против степняков.
— Я же наемник, — бросил Искро внимательно слушая Тешку. Та покачала головой.
— Не думаю, что ты бы на своих оружие поднял.
— Ты слишком внимательна, Тешка, — щурясь проговорил Искро. Она только кивнула. — Только наемник не будет смотреть на совесть. Коли платят, пойдет и на своих.
— Но она все правильно подметила, Искро, — встряла Слава.
— Она у меня такая, — в голосе Богдана звучали горделивые нотки, — именно поэтому нам с ней удалось выжить там. — Богдан неопределенно махнул головой куда-то в сторону.
Тешка улыбнулась мужу и вновь посмотрела на Славу.
— Когда ты единственная девочка в семье и растешь среди братьев, тебе приходится быть внимательной и смышлёной.
— Понимаю, о чем ты, — Слава вспомнила своих братьев, — я хоть и не единственная девочка в семье, но от братьев тоже доставалось. Пришлось быстро взрослеть.
Женщины переглянулись
улыбнувшись друг другу. Богдан закатил глаза.— У тебя есть сестры или братья, Искро? — спросила Тешка. Слава резко вскинула голову на мужа.
— Нет, — хрипло ответил он.
— Они погибли, — добавила Слава, чтобы больше не возвращаться к этому вопросу. Тешка и Богдан извиняюще посмотрели на него. Тешка поерзала в руках мужа, устраиваясь по удобнее. В этот момент ребенок видимо сильно пихнулся. Потому как Тешка тихонько ойкнула, прижав руки к животу. Богдан прижал жену к себе, положив свои руки поверх ее. Взгляд Славы затуманился, а губы слегка дрогнули в умиленной улыбке. Искро не проявлял открыто своих эмоций, но, когда они оставались наедине, непременно, обнимая ее, так же нежно и аккуратно клал руки на ее животик. Хотя ее фигура еще не сильно изменилась. Срок был небольшой. В такие моменты Слава замирала, давая возможность мужу привыкнуть к новым и незнакомым для него ощущениям. Осознать, что отныне он не только муж, но и отец. Глава Рода.
Тешка посмотрела на Славу и ее глаза хитро блеснули.
— У нас в деревне есть поверье, что той, кто только понесла надо положить руку на живот женщине, которая на сносях. Богиня Рожена благословляет обоих детей, связывая их одной судьбой.
Слава встретила ее взгляд. Рука Искро опустилась на ее плечо.
— Да хватит вам уже скрываться! — рассмеялась Тешка, видя их недоумение и растерянность. — Понимаю, что пересудов избегаете, да сглазы отвести хотите. Сама до последнего как могла молчала. Но нам-то можно признаться! Я ведь через это проходила, Слава. И когда тошнит от всяких запахов. И есть непонятно чего хочется. Причем постоянно, — она подмигнула Искро. — Наверное сейчас по более твоего ест, а?
Ее муж только кивнул. Слава обреченно вздохнула. Она и не замечала. Теперь будет внимательнее за собой следить. Искро выразительно на ее посмотрел, слегка сжав пальцы на ее плече.
— А еще вечно просит чего-то непонятного, — тихо проговорил он. — Давече, на озере были. Так она камни грызла.
Слава смущенно вспыхнула, а Тешка рассмеялась, похлопывая мужа по руке. Тот только многозначительно хмыкнул.
— Камни это еще ничего, — в тон жене ответил Богдан, ласково прижимая ее к себе, — моя мне все кожаные пояса сгрызла.
Слава посмотрела на пояс мужа на своей талии. Пока ее на такое не тянуло.
— Еще кто-то знает? — неожиданно хриплым голосом спросил Искро.
— О чем? — улыбаясь посмотрел на него Богдан. — О том, что ты наш или о том, что у вас будет малой?
— Богдан! — в голосе Искро прозвучали угрожающе нотки, которые только рассмешили их.
— Про беременность, вряд ли кто знает, — ответила Тешка, — да и я бы не догадалась, не заметь тебя в саду, за обе щеки улепетывающую пироги. А потом видела, как тебя мутило от рыбы.
— Про вятича ничего сказать не могу, — взглянув на товарища ответил Богдан, — я этот вопрос ни с кем не обсуждаю.
На лице Искро было такое выражение, словно только что свершилось чудо, и он стал его свидетелем. Слава понимала мужа. Фактически большую часть жизни он жил одиноко, привык никому не доверять и во всех видеть врагов. А рядом с ним были друзья. Поднявшись, она шагнула к мужу, обнимая его за талию. Он притянул ее к себе, невольно задев место удара. С губ девушки сорвался стон. Он тут же стал сосредоточенным и напряженным. Заметив это, Тешка и Богдан переглянулись. Понимая, что друзьям надо побыть наедине, Богдан поднялся, протягивая руку жене и помогая той встать.