Чтение онлайн

Сам Том все обвинения и намеки категорически отрицал. Говорил, что честно исполнял долг перед богами, начальством и Родиной, вот и поднялся. Мало кто в это верил, но все делали вид, что верят, потому что Том сделался грозен и суров, и ругаться с ним было страшно.

Жил Том в верхнем городе, на улице Очарования, в небольшом, но богато отделанном двухэтажном особняке. Три года назад Том женился на некоей Джеми Трясогузке, очень красивой дворянке из захудалого рода. Многие друзья осудили этот выбор, дескать, недостаточно знатная невеста, но Том им говорил:

— Да мне покласть, хоть дворянка, хоть крестьянка, хоть вила зеленая. Вы поглядите, какая она здоровая, умная и красивая! Каких сыновей

и дочерей она мне нарожает!

Господин Кидд, бывший в то время непосредственным начальником Тома, в ответ хмыкнул и сказал:

— Если так подходить, лучше бы ты на шлюхе женился. Но чтобы здоровая.

Стражники, присутствовавшие при разговоре, охнули и приготовились хватать Тома, когда тот станет отвечать на оскорбление. Но он не оскорбился, а рассмеялся и сказал:

— Нет, на шлюхе жениться я не буду. Во-первых, здоровых шлюх не бывает, а во-вторых, они все морально неуравновешенные. И в-третьих, я их всех уже трахал, а хочется новизны!

Господин Кидд рассмеялся, хлопнул Тома по плечу и в итоге они так и не поругались. Потому что Том Заяц был человеком высоких дипломатических способностей.

Сейчас Том и Джеми воспитывали двоих детей: сына двух лет и дочь-младенца. Что из них вырастет, судить рано, но оба живы и здоровы, и жена не померла родами, и слава богам. Впрочем, со здоровьем у нее не все в порядке, со времен родов за ворота не выходит, даже на базар посылает вместо себя рабыню-домоправительницу.

Том не опровергал слухи, что его жене поплохело на вторых родах. Он справедливо решил, что пусть лучше болтают так, чем станет известна правда. А правда была в том, что Том боялся раставедьм.

Когда он только-только приступал к исполнению новых обязанностей, он полагал, что борьба с ведьмами будет таким же простым и веселым делом, как и борьба с наркоманами. Он думал не столько о том, как извести ведьминскую заразу, сколько о том, как подзаработать по ходу. Все казалось предельно простым: наловить но улицах сотню-другую черножопых баб, каждую допросить, бесперспективных продать в рабство, а с перспективных собрать показания, наловить по этим показаниям богатых дурочек, предъявить обвинения… Все организовать будет довольно трудно, но если удастся справиться, то за год немудрено и миллион поиметь.

Прошел месяц, и Том перестал думать, как поиметь миллион за год. К его огромному удивлению, черножопые ведьмы оказались вовсе не безобидными нарушительницами порядка, как все думали. Оказалось, что это мощная и эффективная организация, которая не просто организует развлекательные шабаши, но ставит целью ниспровержение всего миропорядка, и покровительствуют ей непосредственно темные боги: Кали, Рьяк и прочая мерзость, они, оказывается, присутствуют в мире не только как символы человечьих пороков, но и как злобные надмировые сущности, в прошлом лишенные власти, а теперь желающие взять реванш — уничтожить вселенную и начать заново, с нуля. Перестроить мир по собственному разумению, чтобы в нем не нашлось места ни светлым богам, ни светлым чувствам, чтобы миром правило злобное механистичное равнодушие. Ужас.

Только то спасло Тома, что враг не сразу принял его всерьез. Ведьмы, о нем наводившие справки, отнеслись к поставленной задаче спустя рукава, и не заглянули под маскировку, какую Том надевал, общаясь с государственными чиновниками. Решили, что перед ними бюрократ, маскирующийся под интригана, а то, что перед ними интриган, маскирующийся под бюрократа, маскирующегося под интригана — этого ведьмы не поняли, это для них оказалось слишком сложно. Слава светлым богам, что уберегли, а то пропал бы ни за грош, как Кай Мертвяк, и тело не нашли бы, ведь тело Кая нашли случайно, тоже светлые боги помогли, не иначе. Жаль, что избавить Кая от смерти богам стало не под силу. Ну спасибо

и на том, что не дали врагу спрятать тело.

К счастью для Тома, ни рядовые ведьмы, ни их начальницы, непосредственно работающие с богами, не смыслят в оперативной работе ни черта. Они смотрят на мир просто — врага убивай, а дураку пропаривай мозги и делай другом. А завербовать человека, чтобы тот исподволь подтачивал вражью армию, разрушал изнутри — это для них слишком сложно, такому они в своих тропических лесах не обучались. Но учатся они быстро, зря люди говорят, что черножопые все глупые. Если они и глупее белокожих, то совсем чуть-чуть, дать ведьмам еще год-два, чтобы окончательно обвыклись в городе — подомнут под себя всю страну однозначно, и на императорском троне будет сидеть обезьяна в перьях и трясти голыми сиськами.

Том не собирался давать ведьмам время. Он был убежден, что решающее сражение сил добра с растаманской мразью состоится в ближайшее время, и ничейного исхода не будет. Либо секты черножопых будут полностью истреблены, либо миру придет конец. И случилось так, что именно Тома выбрали светлые боги, чтобы миру не пришел конец. Да, он недостоин, но это не повод отказываться от божьего доверия. И он не отказался, он сделал все, что в человеческих силах, а все дальнейшее в руках божьих.

Том назначил спасение мира на сегодняшний вечер. Все подготовлено, в нужный момент в десятках разбросанных по столице тайных убежищ распахнутся двери, бойцы войдут внутрь, начнется резня. Это будет именно резня, следствие разрешается проводить только в спорных случаях, если под раздачу вдруг попадет белая девица. Том надеялся, что еще не слишком много столичных жительниц успели погрузиться в растаманскую ересь по-настоящему глубоко. Потому что если это не так, то империю уже ничто не спасет.

Бахнула пушка. Обычно она стреляет раз в день, в полдень, сегодняшний вечер — исключение. Некоторые агенты доносили нечто невнятное насчет того, что ведьмы умеют читать мысли, иногда даже не входя в визуальный контакт, врут, скорее всего, но чем черти не шутят… Поэтому Том распорядился организовать дополнительный выстрел в неурочное время, чтобы все частные операции начать строго одновременно, и тогда чтение мыслей ведьмам не поможет.

Дверь бесшумно распахнулась. Свистнул кистень, хрустнули кости черепа, черножопый раб-привратник повалился на пороге лицом вниз. Рассчитывал на свободу, дурачок, не знал, что плата за предательство всегда одна, даже если предаешь плохое дело в пользу хорошего. А теперь вперед, ребята, с нами божья сила! Птааг, Митра и прочие, не оставьте в беде возлюбленных чад своих…

Двое громил с перевязанными лицами, чтобы потом никто не опознал, ворвались внутрь. Какая-то женщина вспискнула, затем захрипела, грузно осела на пол. Ну, понеслось…

Том поправил повязку на лице, провел рукой по краям ткани, вроде не сползла. Не дай боги показать лицо этим тварям хоть раз, в тот же день найдут и уничтожат, и не только тебя самого, но и семью, и всех, кто тебе дорог. Знать бы, как они всегда угадывают… Бедный Кай…

В доме загрохотало, завизжало, в окнах замерцали колдовские сполохи. Все, побоище началось, можно не скрываться.

— Стрелкам внимание! — крикнул Том.

Вовремя крикнул — в центральном окне второго этажа распахнулись рамы, в ночное небо взмыла голая баба верхом на метле. Была бы баба черная — так и улетела бы, и хрен бы кто в нее попал в темноте. А так свистнули стрелы, и полетела мерзавка с метлы вниз башкой прямо на мостовую. Но позвоночник не захрустел, повезло чертовке, то ли метла на излете дала чуть-чуть остаточной тяги, то ли из здания повеяло колдовством, короче, приземлилась ведьма не на жесткие камни, а на мягкую кучу, не то компостную, не то мусорную. Уберегли суку темные боги.