Волчья Яма
Шрифт:
Начальник разведки с любопытством рассматривал Алана, стоящего напротив. От его внимания не укрылись ни болезненный вид гостя, ни тёмные круги под глазами.
— Садись, — произнес он, кивнув на стул.
Алан не заставил себя ждать и, усевшись, уставился на собеседника.
— Чего смотришь зверенышем? — Александр Геннадьевич едва заметно улыбнулся одними уголками губ.
Алан продолжал молчать, боясь сказать что-то лишнее или грубое.
— Ты говорить-то собираешься? Выглядишь, кстати, паршиво, — добавил Александр Геннадьевич, пытаясь вывести его из оцепенения.
Их неожиданно
— Что будете заказывать? — раздался механический голос.
— Ничего! — буркнул Алан, даже не взглянув на робота.
— Вот что, — вмешался Александр Геннадьевич, — ему то же самое, что и мне.
Он зевнул, слегка прищурив левый глаз.
— Сейчас мы спокойно поедим, а потом поговорим. Не порти мне, пожалуйста, аппетит. Хорошо?
Алан согласно кивнул, но внутри всё кипело. Ему хотелось вскочить, схватить этого человека за грудки и вытрясти из него, где Никки, но он сдержался. Робот-официант вернулся быстро и, поставив тарелки перед Аланом, поинтересовался, не нужно ли ему что-то ещё. Получив отрицательный ответ, удалился.
— Приятного аппетита, — произнёс Александр Геннадьевич и, взяв ложку, зачерпнул ароматного густого супа.
Они ели в полной тишине. Алану ложка не лезла в рот, и вкуса еды он не чувствовал, но старался казаться спокойным. Минут через двадцать, когда привезли чай и десерт, Александр Геннадьевич откинулся на спинку стула.
— С твоей красавицей всё в порядке. Плохого с ней ничего не случилось. Но ты должен забыть о ней.
— Как мне её забрать? — Алан поднял глаза, полные отчаяния.
— Никак. Забыть и жить дальше. Вы теперь из разных миров, — пожал плечами Александр Геннадьевич.
— Но… — начал было Алан, и тут же лицо его собеседника изменилось с расслабленно-добродушного на хищное.
— Я ценю то, что ты набрался смелости и приехал сюда спасать свою женщину. Смелость — хорошее качество, но глупость… — он подался вперед и, облокотившись на стол локтями, пристально уставился на Алана. — Ты даже сейчас не понимаешь, что натворил? Между городом и кварталами был договор о выдаче виронтов, но ты его нарушил. Я мог просто арестовать тебя и засадить пожизненно, но решил не портить тебе жизнь. В конце концов, я тоже был молодым и влюблялся.
— Без неё она и так испорчена.
— Вот как? Придётся смириться. Не в твоих силах забрать её.
Алан хотел сказать, что никогда не смирится, но, вспомнив слова Вениамина Сергеевича, промолчал, стиснув зубы. В душе бушевали гнев и отчаяние.
— Значит так! — Александр Геннадьевич не отрывал от него своих холодных глаз. — Ты сейчас возвращаешься домой, забываешь о Никки, и мы делаем вид, что ничего не произошло. Я забуду о твоем нарушении. Ну или ты идешь в тюрьму и в любом случае не увидишь её, но и свободы тебе не видать.
— Но почему? Ведь она просто тиасорс. В городе их и так полно.
— В кварталах запрещено проживать любым тиасорсам. Ты же сам всё прекрасно знаешь. Вы не желаете жить по нашим правилам и признавать технологии, поэтому вам запрещено пользоваться ими.
— Но Никки не технология! Она человек! — возмутился Алан, не в силах больше сдерживать эмоции.
— Любой человек со способностями является технологией,
иначе едва ли люди смогли бы выжить. Даже ты со своими слабыми силами — проект технологий. Без введённого при родах тирсиалума они бы у тебя не проявились. Но между тобой и Никки огромная разница. Её сила абсолютна, и она может стать лучшим представителем нового мира, а ты навсегда останешься отребьем, — на мгновение в его глазах сверкнула ненависть. Это длилось лишь секунду, но Алан заметил.— Почему вы нас ненавидите? — изумился он.
— Ненавижу? — усмехнулся Александр Геннадьевич. — Скорее, презираю. Вас отделили, потому что вы ничего не могли дать новому обществу, более того, вы постоянно протестовали и были недовольны. Вы не можете сделать ничего полезного и предсказуемо деградируете в своих кварталах. Без нашей поддержки продуктами и ресурсами вас бы уже не было. И ты… как кроникс, должен понимать это в первую очередь.
Никки… Она другая, и то, что натворила её мать, было просто глупо. Теперь всё встало на свои места, и она дома. А любовь… Расспроси Вениамина, куда она его привела, — он саркастически посмотрел на Алана. — Езжай домой, мальчик, и не доставляй горя своим родителям. Моё обеденное время почти закончилось, а я так и не притронулся к десерту. Ты всё-таки умудрился испортить мне аппетит.
— Но Никки… — начал было Алан, голос его дрогнул.
— Никки, Никки… — раздражённо перебил Александр Геннадьевич. — Она у профессора Загренова, а это уже не моя юрисдикция. Даже если бы я захотел помочь тебе, то не смог бы. Никто не в силах её вернуть, потому что твоя Никки не совсем то, чем кажется. Впрочем, я уже сказал больше, чем следовало, — он нетерпеливо махнул рукой, указывая Алану на выход, и, взяв небольшую изящную ложку, отломил кусочек пирожного, лежащего перед ним на тарелке.
Алан поднялся, но не спешил уходить.
— Скажите, что с ней будет дальше? — в его голосе звучало отчаяние.
Неспешно прожевав кусок пирожного и запив его чаем, Александр Геннадьевич нехотя ответил:
— Ничего особенного, — пожал он плечами. — Она будет работать на город, тиасорсом или кем-то ещё. Её выдадут замуж за подходящего человека, чтобы соединить их способности. И проживет она долгую и счастливую жизнь. Уходи, пока я не передумал и не дал приказ арестовать тебя.
Алан, не говоря ни слова, развернулся и направился к двери. Двое охранников, стоявших у входа, даже не взглянули на него, оставаясь неподвижными, словно статуи. Зато Тимур, увидев босса, заулыбался во весь рот.
— Отпустили? — с облегчением спросил он.
— Пилюля Вениамина помогла, но я едва сдерживался, чтобы не прибить его прямо там. Давай домой, — сказал Алан, тяжело выдохнув. Перед тем как сесть в машину, он обернулся и посмотрел в окно. Хотя рассмотреть, что происходит внутри, было невозможно, он был уверен, что начальник разведки наблюдает за ним.
До пропускного пункта они ехали молча. Когда перед ними распахнулись ворота, Алан вдруг остановил Тимура.
— Разворачивайся!
— Куда едем? — спросил Тимур, сбитый с толку.
— К Центру научных экспериментов, — решительно ответил Алан.
Центр научных экспериментов находился почти у городской стены, ближе к кварталам. Белоснежное здание с тёмными блестящими стёклами устремлялось ввысь. Алан и его друзья не раз любовались этой башней, задаваясь вопросом, что же происходит за её стенами. Сейчас он стоял перед ней, задрав голову, и думал о том, на каком этаже может быть Никки.