Водный Мир
Шрифт:
Узнать агентов практически невозможно. Они выглядят и ведут себя как обычные люди. Это говорил Лис.
Тони склоняется к Маре так низко, что она ощущает его дыхание у себя на щеке.
— Вот это моя девочка, — негромко произносит он. — Знаешь, я ведь давно положил на тебя глаз, Мара.
Дол хихикает, а Мара неловко поднимается и, пробормотав «спокойной ночи», быстро направляется к выходу из киберсоба. Дрожащими руками она натягивает моторолики и катит к Ленивому мостику, где должна в последний раз встретиться с Лисом. Проезжая по серебристому туннелю, Мара мечтает о том, чтобы всё отменилось и ничего этого не
Она хочет, чтобы всё остановилось.
Но этого не произойдет. Вирус уже запущен и размножается. Киберпотоп вот-вот затопит город, и Маре его не остановить.
Лис уже ждёт её. Он стоит, опираясь на перила, ещё более взлохмаченный, чем обычно, и с самым беспечным видом глядит в Зеркальный пруд. А Мара в отчаянии. Она не может, просто отказывается поверить в то, что больше никогда его не увидит. Они были вместе меньше недели, но за это время он стал её самым близким, самым лучшим, самым преданным другом, самым — она боится произнести это слово вслух — самым любимым человеком.
Мара резко тормозит рядом с ним. Лис оборачивается, и она пытается навечно запечатлеть в памяти его лицо — такое, как сейчас. Она будет помнить его всю оставшуюся жизнь.
— Началось, — шепчет Лис.
На лбу у него блестят капельки пота. Он сжимает её ладонь горячей рукой, и Мара, глубоко вздохнув, жмёт в ответ его руку. Они молча стоят рядом, пытаясь осознать грандиозность задачи, которую сами перед собой поставили.
— Мара, — хрипло говорит Лис, и голос его дрожит не только от волнения. — Я никогда тебя не забуду. Буду помнить тебя всю жизнь. Ты изменила меня. Полностью.
— Лис, я… я…
Она не может подыскать слов. Сейчас, когда пришло время прощаться, Мара вдруг понимает, что не сможет жить без него. Это невозможно, невыносимо! Её будущее должно включать Лиса, а иначе оно окажется пустым и лишённым всякого смысла. Но слов слишком много, а времени нет. Да и всё равно, слова ничего не изменят.
Поэтому она молчит.
Лис тяжело опирается на мостик.
— Останься. Останься со мной, — шепчет он как раз в тот момент, когда она думает, что он уже ничего больше не скажет. — Мы посадим всех на корабли, а потом ты сможешь остаться и бороться вместе со мной. Я не хочу, чтобы ты уезжала. Я никогда не встречал никого, похожего на тебя, в своем мире. И больше не встречу…
Он до боли сжимает её руку. Притяжение, которое Мара испытывала к нему с самого начала, становится почти мучительным.
Мара пытается сказать «да». Ей очень хочется сказать «да». Но она не может. Вместо этого Мара начинает говорить совсем другие слова, которые кажутся ненужными и ранят, как острый нож.
— Я боюсь, что древогнёзды без меня не справятся. Они никогда не видели ни внешнего мира, ни неба, ни океана. Никто из них, кроме Кэндлриггс — да и она видела всё это очень-очень давно. Она растеряется так же, как и остальные. Они не будут знать, что делать. А беженцы, а шпана… для них это единственная возможность обрести будущее. Я не могу их бросить, потому что тогда до конца своих дней буду гадать, как они, что с ними, и буду чувствовать себя виноватой за то, что бросила их, а чувства вины за ещё чью-либо смерть я просто не вынесу. Но я не хочу, не могу потерять тебя. Я не хочу уходить — я хочу быть с тобой!
Они не могут смотреть друг на друга, не могут говорить, только держатся за руки так крепко, что их невозможно разнять.
В конце концов
Лис говорит:— Мы будем встречаться в Сети. Ночью, каждую ночь! Я буду ждать тебя возле обрушившегося моста.
Мост в никуда, мысленно всхлипывает Мара.
Это будет совсем не то. Совсем не так, как с живым человеком! Теперь, когда она знает настоящего Лиса, киберлиса ей будет недостаточно. Но лучше встречаться так, чем вообще никак. По крайней мере, он не уйдет из её жизни полностью и бесповоротно.
— Я желаю тебе удачи, Мара, — говорит он. — И счастья.
Не знаю, существует ли ещё в этом мире счастье, думает Мара, но любовь есть, и, может быть, настолько сильная, что даже океан не сумеет разделить меня с Лисом.
Вообще, найти любовь, когда вокруг столько горя и ужаса, — это уже чудо, пусть даже придётся потерять её, едва успев обрести.
— Я буду приходить к мосту, — обещает Мара. — Каждую ночь, на мосту. Всегда!
Лис целует её. Его поцелуй обжигает, он полон горечи и боли.
А потом Лис уходит. Исчезает.
Мара склоняется над Зеркальным прудом, с трудом сдерживаясь, чтобы не закричать. Как будто у неё только что отрезали руку или ногу.
— Что, прекрасный роман окончен? — раздается позади знакомый голос. — Ну, ничего, подыщем тебе другого.
Тони Рекс. Человек, которого ей хочется видеть меньше всего.
— А я тебя искал, — сообщает он, хватая её за руку, чтобы не убежала. — Ты ничего, случаем, не теряла?
Мара с ужасом понимает, что теряла.
Рюкзак!
Тони снимает что-то с плеча, и Мара видит, что это её бесценный рюкзачок. Неужели он туда заглянул и нашёл все её сокровища?! Если да, и если он агент — она погибла. Потому что, кроме сокровищ погибшего мира и кибервиза, там лежат ещё и диски для кораблей, записанные Лисом. А к каждому диску, спрятанному в непромокаемый пакет, прилагается написанная Мариной рукой инструкция о том, как покинуть город.
— Спасибо. Это очень мило с твоей стороны, — холодно отвечает Мара, но голос её предательски дрожит.
— Рад был помочь.
Тони сочувственно улыбается, но Мара уверена, что он наслаждается каждой секундой её страха. Она берёт у него рюкзак негнущимися пальцами, с трепетом ожидая, что будет дальше.
— Спокойной ночи.
— Спокойной ночи, Мара. Не стоит грустить в одиночестве, — придвинувшись вплотную, шепчет он ей на ухо. — Ты же знаешь, я всегда неподалеку.
Он говорит это не для того, чтобы утешить. Мара уверена, что это угроза.
До полуночи остаётся чуть меньше двух часов. В полночь вирус оживёт, и нагрянет потоп.
Лёжа в спальном стручке, Мара слушает удары своего сердца и считает секунды. Спать она не может — слишком напугана Тони Рексом и тем, что ей предстоит совершить. Мара должна быть готова к решительным действиям — ведь ради этого она и проникла в Нью-Мунго. Но она совсем не чувствует себя готовой. И никогда не почувствует. Ей хочется утонуть в розовом сиянии, спрятаться ото всех и ни о чём не думать. Но даже здесь её не оставляют в покое мерцающие в темноте люмено-глаза.
Может, всё ещё можно бросить. Уговорить Лиса забыть об их плане. Дать потопу начаться и закончиться, а самим ничего не предпринимать. Мы бы так хорошо и уютно жили вместе здесь, в Нью-Мунго. Почему я должна изображать из себя какую-то героиню? Вообще, почему я? Пусть будет кто-нибудь другой. А мне слишком страшно. Я обычная девочка, которая хочет жить обычной жизнью, а не заниматься спасением мира. И я хочу быть Лисом. Я не вынесу разлуки с ним. Просто не вынесу.